Непоследовательность смысла слов смущала, а ужасный акцент резал слух. Но главное я поняла, и свой выбор уже сделала.
— Я хочу кобылу, — махнула я рукой в сторону, где стояла загулявшая лошадь, — и заберу её даже если она брюхатая.
Отверженная жемчужина* для отверженной Кронцессы, не самый дурной выбор.
Шаман, стоявший по правую руку от главного табунщика, закашлялся, выпуская дым из легких неравными порциями, и лишь спустя несколько мгновений я поняла, что он смеется. А потом, удивительно твердой походкой для такого немощного тела, он подошёл ко мне и положив большой палец сморщенной руки нарисовал что-то на лбу, шепнув слово на местном наречии. Кажется Айла**, обязательно посмотрю, что оно обозначает.
— Так тому и быть… — ответил Тамир.
Следующим утром я покинула табун. Тума прекрасно слушалась седла, понимала меня с полуслова, была покладиста и резва. В общем идеальной кобылой. Свиток с шикарной шаримахской родословной сожгли при мне, да и не к чему мне бумажка, если я приобрела друга, а не племенную кобылу.
Дорога меня вела в столицу Ориума, соседнего с Демистаном государства, лидеру стран четверки. В огромном Оруме было обширное поле для деятельности, назревающая смута после смерти Стефано Виверна была мне лишь на руку. К тому же мысль освоить медицину пустила корни в моём мозгу, и пока Кроу будет осторожничать с наследником венца, у меня будет возможность получить образование, к которому я всегда стремилась. А уж каким шикарным прикрытием это будет для моей основной работы.
Второй по значимости город, пусть и курортный, после Орума — Сорумские Вары. Помимо моря, термальных и грязевых источников, купален и знаменитых винокурен страны здесь были лучшие модистки. Не могла Кронцесса соседнего государства явиться без сундуков с нарядами. С драгоценностями было сложнее, но рубины, то есть плата за выполненные задания были неплохим подспорьем к приобретению пары гарнитуров. А еще, здесь была самая мощная контрабандная сеть на континенте. И если заказать гардероб не составило мне никакого труда, начиная от шляпки и заканчивая туфельками, то с надежными поставщиками зелий, оружия и ткани х’ами пришлось повозиться.
Лезть самой мне не пришлось, достаточно было заявиться в гости к теневому герцогу Вар.
В спальню.
Ночью.
С молнией.
А уж после демонстрации запоны и щедрой порции брукладди***, мне для удовольствия, гостеприимному хозяину для того, чтобы прийти в себя, (он думал что я пришла по его гнилую душу, глупец, в этом случае я не стала бы его будить) мы быстро сговорились о цене, времени когда мне доставят ткань, а так же о нескольких возможных для меня заказах. Обговорив детали, касательно процента для пансиона и посредника, оплаты и сроков, я удалилась так же, как и пришла, прихватив бутылку с отличным виски.
Как и подобает каждой благородной несси, начиная с пяти, меня учили домашним делам от вышивки до согласования меню, то, без чего, по мнению матушки, девушке не составить удачную партию. Признаться честно, вышивка никогда не вдохновляла меня в достаточной степени, но наставник по «рукоделию» КаноНуб привил каждой из своих учениц страстную любовь к ручному пошиву х’ами. Так называлась и ткань, и сам рабочий костюм ассасина.
Тончайшую нить тутового шелкопряда и паучих неосколхона**** обрабатывали магией для улучшения свойств. Прочная, невесомая, пластичная, но самое главное адаптирующаяся к окружающей среде ткань всегда поддерживала нужную температуру тела, гасила остаточный след ауры и на время сращивала края костюма. Даже получив глубокий разрез, но не в коем случае не рваную рану, х’ами способствовала меньшей потере крови и скорейшему заживлению. Именно поэтому она была так дорога, но стоила она каждого золотого, потраченного на странный и удивительный симбиоз магии и ткацких технологий.
А вот почему шить костюм необходимо было самой, я поняла на первом задании. Никто кроме тебя не знает потребностей твоего тела, не единожды подгоняемая по фигуре, облегающая каждый изгиб и впадинки рабочая одежда могла как спасти жизнь, так и предать, выдав твое месторасположение или не заживив огнестрел, кроме того, из-за магической составляющей у каждого отреза ткани, как бы дико это не звучало, был свой характер и словно живое существо, костюм был благодарен за бережную и кропотливую работу.
Отшивали мы первый костюм на третьей ступени и до окончания пансиона мой х’ами прослужил мне верой и правдой. Пережив бесконечные тренировки, полевые испытания и промежуточные задания-экзамены. Теперь он пришел в негодность, растеряв свою силу и свойства, и без сожалений распрощавшись со старым, я потратила несколько унов, чтобы сшить новый, получив от «теневого» отрез ткани по договоренной цене.