Читаем Магнат полностью

— Первопроходцы всегда самые инициативные, — довольно улыбнулся глава экспедиции и уже с явной грустью в голосе посетовал: — С первой партией эмигрантов проблем не будет, а вот последующие волны накатят мутные. Придётся расселять народ в отдельные поселения. Ведь набегут и анархисты с монархистами, и староверы с евреями — всяко разно изгоев из Русской державы нахлынет: всех религиозных конфессий и политических воззрений.

— Настоящая анархия, — даже с некоторым злорадством хохотнул парагвайский президент, ему совсем не хотелось зарождения под боком сильной автономной республики. — С такой сборной солянкой единого государства не построишь.

Алексей подошёл к борту броненосца, задумчивым взором устремился к подкрашенным багрянцем тучам на горизонте.

— Если государство сумеет обеспечить гармоничное развитие народов разных национальностей и религий, то держава будет крепка. Сильные и слабые, большие и малые, должны чувствовать, что только в рамках единого государства они смогут продуктивно развиваться.

— Верные слова о государстве, только не ожидал услышать их из уст ярого анархиста, отрицающего единую власть, — указал на диссонанс опытный политик.

— Вот такой я странный анархист! — рассмеявшись, обернулся и развёл руками атаман. — За крепкое народное государство воюю.

— Так казаки своего президента выбирать не собираются? — с опаской вглядываясь в глаза Алексея, наклонился к нему Перейра.

— На периоды похода и военных действий, атамана избирают, а в мирное время в каждом посёлке будет самоуправление со своими законами. Понимаешь, товарищ Перейра, русский народ един, но уж слишком разный.

— Без мощного центра управления воцарится хаос, — отрицательно затряс бородкой президент.

— Центр управления будет, но только экономический, — хитро подмигнул анархист–затейник. — Без финансовой поддержки колониям эмигрантов не выжить в дикой местности. Точно так же, как и без взаимной поддержки. По–видимому, придётся создать выборный совет из делегатов от всех поселений — эдакий Совет народных депутатов.

— Большевистской идеологией попахивает, — недовольно скривился президент буржуазной республики.

— Так анархисты революцию вместе с коммунистами делали, — поднял указательный палец махновец. — Только обе идеи в разные исторические колеи свернули. Вот я и попытаюсь телегу истории на правильную дорогу вытолкать. А путеводным маяком мне станет опыт старого казачества. Ведь в станицах всякий сброд собирался, но порядок–то был. И земли новые осваивали, и от бесчисленных врагов отбивались — значит, правда и сила за казаками. Поселения тоже были разбросаны по обширным территориям, однако на защиту родного края все вставали единым войском.

— Без президента и правительства? Без рекрутского набора в армию? — не зная историю казачества, сильно сомневался Перейра.

— У казаков и анархистов армия всенародная, — похоже, издевался над политиком атаман.

Перейра мотнул головой и потянул народного сказителя за рукав.

— Пойдёмте–ка, синьор Ронин, я вас сведу с закоренелым циником. Если вы и министра внутренних дел сумеете очаровать, то вам уж точно будет по силам убедить парламент республики отдать казакам Гран Чако.

Лукас Гутиэрос секретничал с полковником Кондрашовым и моряком–переводчиком, скрывшись от посторонних взглядов за гранью носовой орудийной башни.

— Ну, синьор Гутиэрос, поведайте президенту, чем вас хитрые казаки тут подкупают? — посмеиваясь, подошёл Перейра к очень скользкому на вид типу, с тонкими усиками вдоль верхней губы и в мундире с золотыми погонами на худых плечах.

— Обещают искоренить за месяц всю преступность в Парагвае, — растянул губы в недоброй улыбке главный полицейский в стране.

— И вы, Гутиэрос, верите сказочникам? Мне вон, синьор анархист, тоже философскую утопию о Городе Солнца поведал. Знаете ли, очень смахивает на миф индейцев гуарани о Третьей земле.

— Верованиями дикарей не интересуюсь, — пренебрежительно дёрнул краем губы напыщенный франт.

— Это ваше упущение, индейцы тоже граждане республики, — укорил министра президент, явно недолюбливавший полицейского чиновника. В своей политической деятельности интеллигент достаточно настрадался от произвола подобных служак.

— В индейских территориях полиции нет, и жалоб в наше ведомство от гуарани не поступало, — щёлкнув каблуками, отвесил холодный поклон генерал. — Мне хватает проблем с отребьем Асунсьона. Толковых сыскарей в нашей столице немного, приходится лично уголовные дела расследовать.

— Будто бы, у казаков целый отряд следователей? — недоверчиво покосился на главу эмигрантов Перейра.

— А русским оккупантам юридические тонкости не к чему, — усмехнулся Гутиэрос и погладил пальцами броню огромной башни. — Я любезно дам целеуказания, и русские матросы одним залпом разнесут в клочья всю нечисть.

— Бить с пушек по столице?! — не поняв аллегории, возмутился президент.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сын ведьмы [Седых]

Ронин
Ронин

В разгаре Первая мировая, но судьба вышибла казака из седла — теперь это уж не его война. Однако Сына ведьмы в кандалах Сахалинской каторги не удержать. Только сразу добраться до вожделенных берегов Южной Америки Алексею не удаётся, придётся скитаться по японским островам, да и в китайском Макао ещё похулиганить. Враги и друзья уже видели казака в обличии солдата, санитара и даже шамана, теперь узнают в иных ипостасях: уличного бойца, факира, азартного игрока, целителя. Познает Алексей и первую любовь, и горькую разлуку, и к профессии воина опять заставит Мачеха Смерть вернуться — гадит ему всякая контра, не даёт вольному анархисту поднять знамя свободы над угнетённым миром.Самурая без господина японцы нарекают ронином — опасным призраком, блуждающим, словно волна морская, страшным сокрытой внутри непредсказуемой разрушительной силой.

Александр Иванович Седых , Вячеслав И Седых

Попаданцы
Пастырь
Пастырь

Сын ведьмы уже повоевал на фронте Первой мировой, побывал на каторге, пошалил в Японии и Китае, но из-за буржуазной революции возвратился в Русскую империю. Возжелав поднять над страной знамя свободной республики, Алексей примкнул к вольным анархистам. В ходе гражданской войны понял, что в Дикое поле превратилась не только вотчина батьки Махно, а и вся развалившаяся империя. И решил Ведьмин Сын стать пастырем для обездоленных, увести пеструю толпу казаков, анархистов, белогвардейцев на другой край света. Дикие земли Парагвая показались бывшему анархисту лучшим пристанищем.Однако в Америке тоже не все рады нежданным эмигрантам, враги всех мастей строят Алексею козни. Пастырь-чудотворец вынужден подкреплять слово божье железом прогресса. Странные летательные аппараты, паровые и электрические машины — основа мощи казацкой республики. Золото, честно добытое или хитро краденное, тоже важный фактор, но главное все же — мудрый пастырь.

Александр Иванович Седых , Вячеслав И Седых

Самиздат, сетевая литература

Похожие книги