Когда Пауль вернулся домой, на кухонном столе лежала записка:
Но Пауль хотел отпраздновать кое-что другое. Он позвал Циппеля, и тот выплыл в коридор. Увидев замок, он закрутился в бешеных сальто-мортале, и Пауль даже испугался, что привидение врежется в стенку. Потом они поставили замок в шкаф, и теперь Циппель там спит. Каждое утро он говорит, что никогда в жизни не спал так хорошо, как в замке фрау Вильгельм. Стопроцентно. И что фрау Вильгельм самая прекрасная из всех рослых в этом мире.
В понедельник Пауль помогал господину Ритче менять замок. И надо сказать, из чемодана домоуправа на этот раз не исчез ни один винтик, а все инструменты вдруг оказались разложены строго по цветам.
– Знаешь, – сказал потом Паулю Циппель, – этот господин Ритче совсем неплохой рослый, в общем-то…
Во вторник у мамы было выступление в опере, и она спела чудесно. Правда, еда в доме после этого вкуснее не стала, но это и не так важно.
В тот вечер, когда родители Пауля пошли есть мороженое, Циппель сначала долго устраивался в своём новом доме. По всей комнате летала ржавая пыль, а Циппель пел весёлую новосельную песенку. Потом Пауль сказал:
– Идём. Я кое-что тебе покажу.
Они вышли на лестницу и поднялись наверх, на шестой этаж. Циппель было подумал, что они идут навестить фрау Вильгельм. Ах, эта фрау Вильгельм – теперь он любил её ещё больше и всё повторял, что она просто замечательная, стопроцентно! Но Пауль шагнул на маленькую лестницу, ведущую на чердак. Подниматься туда всегда было страшновато, поэтому он никогда не решался заглянуть на чердак в одиночку. Но с Циппелем Пауль ничего не боялся – ни темноты, ни гулкой пустоты, ни пыли, которую тот так любил. Как и рассказывала фрау Вильгельм, на чердаке было большое зарешёченное окно в пол. Пауль открыл его, и оно громко заскрипело, а Циппель радостно сказал, что это правильное окно.
Отсюда был виден весь город. Сентябрьское солнце заливало крыши золотом. Пауль уселся на пол и спустил ноги сквозь решётку, а Циппель элегантно уселся рядом. Он осторожно выглянул на улицу и сказал:
– Ух, даже мне высоковато!
Пауль достал из кармана пакетик, который захватил из кухни, и развеял на ветру горстку муки.
– Смотри, летний снег!
Циппель пришёл в восторг.
Пауль протянул ему пакетик. Циппель нырнул внутрь, загрёб побольше муки белыми ручками и вскричал:
– Внимание-внимание, буран! Начинается буран!
Сначала тихо падал мучной снег, потом начался буран, обещанный Циппелем, а Пауль всё держал пакетик, из которого мело метелью, смотрел на позолоченные солнцем городские крыши и думал о том, что теперь их с Циппелем жизнь будет чудесной и увлекательной. А вдали уже виднелись подъёмные краны, готовые построить огромный дом с привидениями для Октоберфеста.
Об авторах