Кстати, купец давно понял, что я придуриваюсь. Ведь за все то время, что мы прошли вместе с караваном, я никогда и ни при каких обстоятельствах не ругалась на своего Прошу, и другим не позволяла, вставая грудью на его защиту. Да мне и не нужно было произносить эти глупые слова, Прошка всегда прекрасно чувствовал мое настроение и старался ни при каких обстоятельствах не вызывать моего недовольства. В принципе это было нетрудно, ведь наше сознание работало в одной тональности и если говорить простым языком, мы были просто без ума друг от друга.
Махлюнд активно порывался что-то сказать разошедшемуся Тармару, но тот уже, как говорится, закусил удила, и ничего не желал слушать.
– Лика, вы очень симпатичная девушка и, думаю, что для вас очень важно удачно выйти замуж. Поверьте, я не последний человек, и кое-что могу для вас сделать… Ты.., вы будете обеспеченной замужней женщиной, вас примут в домах знатных горожан как свою. За все за это, я прошу о небольшой малости, тем более, что в будущей сытой и благополучной жизни, это не является ее непременным условием. Скорее наоборот, он будет вам только мешать. Я прошу вас, отдайте мне этого трарга! Для вас это такая малость…
Сначала я слушала пламенную речь Тармара с живым интересом, забавляясь его горячности. Однако с лившимся потоком слов, я начала потихоньку закипать, а к концу его речи во мне все бурлило, как в жерле вулкана. Да что он себе позволяет?! Вперив в него яростный взгляд, я изобразила на лице дружелюбный оскал.
– А не пошли бы вы в жопу милейший? Если вы настолько плохо разбираетесь в людях, это лично ваши проблемы, но вот то, что вы не можете контролировать свое словоизвержение, может стать просто катастрофой. Я больше вас не задерживаю, мне хотелось бы немного отдохнуть.
– Да что ты себе позволяешь, мерзавка! – Теперь уже Тармар кипел как чайник. Разве что из ушей пар не шел. – Твое счастье, что ты женщина, иначе твои мерзкие слова, я давно забил бы тебе в глотку!
– А я в принципе не против. Меч у меня есть, полянка тоже подходящая, так что ничто нам не мешает. – Я демонстративно положила руку на эфес своего меча.
Не сговариваясь, мы сделали по шагу навстречу друг другу, буравя противника злыми взглядами. Но тут Прошка, который, до этого сидел абсолютно спокойно и ни во что не вмешивался, резко вклинился между нами, одним своим движением умудрившись раскидать нас как котят по разные стороны баррикады. Только отлетев на пару шагов, и плюхнувшись на пятую точку, я начала потихоньку приходить в себя. Судя по ошарашенному виду Тармара, до него тоже стало что-то доходить.
И правда, что это на меня нашло? Ну да, Тармар повел себя не очень красиво, я бы даже сказала больше, чем некрасиво. И тем не менее, это не повод, чтобы так срываться. Что я, кисейная барышня что-ли? Совершено не понимаю, словно туман какой-то опустился на голову, заволакивая все пеленой гнева. Я ведь чуть было не раскрылась и не погубила наше предприятие. Все это срочно следовало осмыслить, и желательно в одиночестве. Судя по всему, у господина Тармара появились сходные мысли на эту тему, так как он вскочил на ноги, пробормотал какие-то невнятные извинения и быстро откланялся. Вместе с ним удалился и его молчаливый спутник Арант, бросивший напоследок долгий проникновенный взгляд на меня. Махлюнд удалился еще раньше, когда понял, что его уговоры совершенно не действуют на зарвавшегося Тармара, и не желая участвовать в назревающем скандале. В этом весь купец, как только запахнет потенциальной выгодой, он тут как тут, прямо как чертик из табакерки, но если запахло неприятностями, его днем с огнем не найдешь.
ГЛАВА 29
Ловя на себе недоумевающие взгляды Дакка и Лешека, я в сомнамбулическом состоянии отправилась в лес. За мной увязались ребята, видимо всерьез опасаясь за мое душевное здоровье, пришлось их решительно турнуть, уверив, что со мной все в полном порядке, а в качестве спутника достаточно и одного Прошки. Тот шел рядом, ненавязчиво поддерживая меня и посылая успокаивающие флюиды.
Решив, что отошла на достаточное расстояние, и выбрав наиболее симпатичное место, на пригорке, поросшем мягкой зеленой травкой, с отдельно стоявшей березкой, я присела и задумалась.
– Прошенька, милый, что это было? Я ничего не понимаю, я просто в растерянности. Насколько я себя помню, я всегда неплохо могла себя контролировать, а уж до такой степени вывести меня из себя редко кому удавалось. И уж тем более таким ерундовым разговором…
В голове словно бомба взорвалась. Это выражал свое возмущение моим безалаберным поведением Прошка. И как это я не заметила, что мой кса-рдон умудрился настолько повзрослеть, пока я занималась всякой ерундой и первоочередными насущными проблемами нашего небольшого коллектива, что уже выговаривает мне, которая до сих пор считала себя старше и умнее. Действительно, загадочный и непредсказуемый мир, где вчерашние младенцы взрослеют быстрее, чем сменяются времена года.