Читаем Метью Шардлейк. Книги 1-6 полностью

— Бумаги спрятал у себя бывший казначей монастыря, — пояснил я. — Он взял их, когда монастырь был уничтожен. Несомненно, местные крестьяне хотели, чтобы леса были переданы в общественное пользование. Сэр Ричард подозревал, что бумаги захватил другой помещик, который тоже был не прочь завладеть лесами. Однако я решил для начала потрясти казначея — ведь он был последним, кто имел дело с этими документами.

— Прекрасно. Вы всегда отличались проницательностью, Мэтью.

— Я выследил его в деревенской церкви, где он служил приходским священником. Именно там он хранил документы. Он недолго отпирался и вскоре счел за благо отдать документы мне.

— Вне всякого сомнения, крестьяне заплатили этому пройдохе. Монахи падки на деньги. Вы передали его в руки правосудия, Мэтью?

— Уверен, никаких денег он не получал, — возразил я. — Скорее всего, он просто хотел помочь крестьянам. Земли там бедные, и люди еле сводят концы с концами. Поэтому я решил, что лучше оставить дело без последствий.

Лорд Кромвель откинулся на спинку стула. У губ его залегла суровая складка, взгляд стал непроницаемым.

— Так или иначе, Мэтью, этот бывший монах совершил преступление, — процедил он. — В назидание всем прочим вам следовало отдать его под суд. Надеюсь, что впредь вы не будете проявлять излишней снисходительности. Времена сейчас такие, что мне не нужны мягкосердечные помощники, Мэтью. Мне нужны люди, не знающие жалости. — Внезапно глаза его вспыхнули гневом — нечто подобное я наблюдал лишь десять лет назад, во время первой встречи с лордом Кромвелем. — Нация пустоголовых и счастливых дикарей, бессмысленно внимающих слову Божьему, — это не просто «Утопия» Томаса Мора, не просто фантазия закоренелого еретика. Именно об этом мечтала наша разложившаяся, погрязшая в пороках Церковь.

— Да, да, я совершенно согласен с вами.

— Паписты не чураются даже самых грязных средств, чтобы не дать нам возможности построить воистину христианское государство. И клянусь кровью Господа нашего, я тоже готов бороться с ними любыми способами.

— Милорд, поверьте, мне очень жаль, если я совершил ошибку.

— До меня уже доходили слухи о вашем излишнем мягкосердечии, Мэтью, — произнес лорд Кромвель более спокойным тоном. — Я знаю, вы всегда строго блюдете закон. Но возможно, вам порой не хватает божественного огня и рвения.

Лорд Кромвель имел привычку время от времени прямо, не мигая, смотреть в глаза собеседнику, пока тот не почувствует себя побежденным и не опустит глаза. Через несколько секунд, робко подняв голову, злосчастный обнаруживал, что взгляд пронзительных карих глаз по-прежнему устремлен на него. Сейчас патрону вздумалось проделать подобный трюк со мной. Я ощущал, как сердце молотом колотится у меня в груди. Откуда лорду Кромвелю известно о моей апатии, о моих сомнениях и растерянности? Ведь я так тщательно скрывал свои чувства и ни с кем не делился своими соображениями.

— Милорд, я был и остаюсь непримиримым врагом папизма, — заверил я.

Но стоило мне произнести эти слова, мысль о моих бесчисленных предшественниках, твердивших то же самое под этим неумолимым взглядом, о людях, чья верность реформе подвергалась сомнению, сжала мне сердце. Пронзительный укол страха заставил меня содрогнуться, и я несколько раз глубоко вздохнул, надеясь, что лорд Кромвель ничего не заметил. Выдержав томительную паузу, он кивнул.

— У меня есть для вас задание, Мэтью, — изрек он. — Задание, которое вполне отвечает вашим талантам и способностям. От того, как вы его выполните, во многом зависит будущее реформы.

Лорд Кромвель нагнулся, взял со стола маленькую шкатулку и открыл ее. Внутри, на украшенной изящной резьбой серебряной подставке, была укреплена склянка, наполненная каким-то красным порошком.

— Это кровь святого Пантелеймона, с которого язычники заживо содрали кожу, — вполголоса сообщил лорд Кромвель. — Ее доставили из Девона. Монахи утверждали, что ежегодно в день Святого Пантелеймона кровь снова становится жидкой. И каждый год сотни людей устремлялись в этот монастырь, чтобы своими глазами увидеть великое чудо. Паломники на коленях подползали к этой склянке и просили святого об исцелении от недугов. Но посмотрите, в чем тут фокус. — Он перевернул шкатулку. — Видите это маленькое отверстие сзади? В стене, около которой стоит шкатулка, тоже было сделано отверстие, и монах при помощи пипетки наполнял склянку подкрашенной водой. И в результате потрясенные люди становились свидетелями чуда.

— Мне уже приходилось слышать о подобных случаях мошенничества, — заметил я, внимательно рассматривая шкатулку. Я даже сунул палец в отверстие в задней стенке.

— Вся жизнь в монастырях проникнута обманом, — с пылом заявил лорд Кромвель. — Обманом, мошенничеством, стяжательством, идолопоклонничеством. Втайне все они по-прежнему хранят верность римскому епископу. — Он перевернул шкатулку, так что несколько крупинок красного порошка просыпалось из склянки на стол. — Монастыри — это язва на теле нашей страны, и я выжгу эту язву каленым железом.

— Да, начало этому положено. Малые монастыри уже уничтожены.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мэтью Шардлейк

Метью Шардлейк. Книги 1-6
Метью Шардлейк. Книги 1-6

Кристофер Джон Сэнсом (Christopher John Sansom) — британский писатель, автор детективных романов о Мэтью Шардлейке, юристе-детективе времен английского короля Генриха VIII.Родился в 1952 г. в Эдинбурге, Шотландия. Учился в Бирмингемском университете по специальности «История», затем получил дополнительно юридическое образование и работал юристом, через некоторое время оставил работу и посвятил себя созданию исторических детективов.К. Дж. Сэнсом получил известность благодаря историческим детективам из эпохи Генриха VIII (XVI век). Герой романов горбатый юрист Мэтью Шардлейк выполняет поручения Томаса Кромвеля, архиепископа Томаса Кранмера, королев Екатерины Парр и Елизаветы I. В расследованиях ему помогают Марк Поэр и Джек Барак.К. Дж. Сэнсом также написал роман-триллер «Winter in Madrid» («Зима в Мадриде»), где действие происходит в Испании в 1940 году после окончания гражданской войны. Роман «Тёмный огонь» получил в 2005 году премию «Исторический кинжал» от Ассоциации детективных писателей Великобритании. А романы цикла неоднократно номинировались на престижные детективные премии мира. Фантастика в творчестве автора. Роман «Dominion» написан в жанре альтернативной истории и посвящён событиям в Великобритании через несколько лет после победы гитлеровской Германии и её союзников. Роман получил премию «Сайдвайз» в номинации «Лучшее произведение крупной формы».                                                                                     Содержание:" Метью Шардлейк":1. К. Дж. Сэнсом: Горбун лорда Кромвеля (Перевод: Татьяна Кадачигова, Е. Большепалова)2. К. Дж. Сэнсом: Темный огонь (Перевод: Екатерина Большелапова)3. К. Дж. Сэнсом: Соверен (Перевод: Екатерина Большелапова)4. К. Дж. Сэнсом : Седьмая чаша (Перевод: А. Новиков)5. К. Дж. Сэнсом: Камни вместо сердец (Перевод: Юрий Соколов)6. Кристофер Джон Сэнсом: Плач (Перевод: Михаил Кононов)                                   

Кристофер Джон Сэнсом

Исторический детектив
Соверен
Соверен

Лето 1541 года. Король Англии Генрих VIII, обеспокоенный попыткой мятежа, собирается посетить Йорк на севере королевства, чтобы предотвратить возможное повторение бунта. Мэтью Шардлейк, включенный в королевскую свиту, отправляется в Йорк заранее с секретным заданием доставить в Лондон организатора неудавшегося мятежа. Со своим помощником Шардлейк селится в аббатстве Святой Марии, которое должно стать временной резиденцией короля. Тут-то и начинается череда таинственных происшествий. Сначала погибает витражных дел мастер Олдройд. При осмотре дома убитого обнаружен тайник со шкатулкой, содержащей старинные документы. Следующей жертвой становится сам Шардлейк. От удара по голове он теряет сознание, и найденные бумаги, способные пролить свет на истинных инициаторов заговора, исчезают…

К. Дж. Сэнсом , Кристофер Джон Сэнсом

Детективы / Исторический детектив / Исторические детективы

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне