Читаем Мифология Британских островов полностью

В фольклоре народов Западной Европы существа, которых фейри (или нечистая сила) оставляют взамен похищенных человеческих детей. Фейри готовы почти на все, чтобы похитить у зазевавшейся матери младенца. Это связано с тем, что либо, как утверждают одни, человеческими детьми фейри платят подать дьяволу, либо, как полагают другие, фейри стремятся улучшить свою породу и влить в нее свежую кровь. Чаще всего они крадут некрещеных детей, а вместо них оставляют подменышей. Подменыши бывают разные: к примеру, дубовые колоды, вырезанные в форме человеческого тела; такой колоде с помощью чар придается видимость жизни. Правда, чары быстро рассеиваются, а людям кажется, что ребенок умер, и его хоронят, не подозревая о том, что погребают обыкновенную деревяшку. Впрочем, гораздо чаще вместо младенца оставляют юного или наоборот, совсем уже дряхлого фейри, от которого его родичам уже ни малейшего толку. Он изводит своих «родителей» постоянными капризами, хнычет, требует есть, а сам не растет и не вылезает из колыбели.

Чтобы вернуть младенца, существует несколько способов. Правда, если вместо ребенка подложили колоду, надежд вернуть дитя практически нет. Но если фейри подсунули своего отпрыска, его можно щипать, бить — словом, мучить, пока настоящие родители не сжалятся и не заберут подменыша обратно. Правда, этот метод себя не оправдывает: многих детей (которые лишь самую малость были не такими, как все) замучили по подозрению в том, что они — подменыши. Их колотили, пороли, одного даже сожгли в печи, так как предполагали, что он — ведь подменыш же! — должен вылететь в трубу. Что касается пожилых подменышей, с ними главное — хитростью заставить признать свой истинный возраст. Способ такой: взять две дюжины пустых яичных скорлупок, положить в очаг и сделать вид, что варишь похлебку. Подменыш постепенно прекратит хныкать, приподнимется в колыбели и пронзительно воскликнет: «Я видел желудь, из которого вырос дуб, но никогда не видел, чтобы из скорлупы варили похлебку»! Тогда его нужно схватить и швырнуть в огонь: он с хохотом вылетит в печную трубу, а похищенный ребенок постучится в дверь.

Фейри — гораздо реже, чем детей — похищают и взрослых, вместо которых обычно оставляют оживленную колоду.

Предание гласит, что одна женщина только-только успела родить, как из-под земли раздался стук. Фермер поспешил к жене и вдруг, проходя мимо сарая, услышал чей-то голос: «Остерегайся скрюченного пальца!» А у его жены как раз был такой палец, и фермер догадался, что фейри замыслили недоброе. Он зажег свечу, взял в руки нож и раскрыл Библию. В ту же секунду из сарая донесся вопль. Фермер стиснул нож зубами и, держа в одной руке свечу, а в другой — Библию, двинулся к сараю. Распахнул дверь, кинул внутрь Библию. Крики стали громче; внезапно мимо фермера промчалась целая толпа фейри. Они так торопились, что бросили деревянную колоду, как две капли воды похожую на фермерскую жену. Фермер подобрал колоду и долгие годы рубил на ней дрова, а фейри к его дому больше и близко не подходили.

Сказка гласит, что однажды ночью в дом к некоему фермеру вошел высокий мужчина в черном плаще. Следом шагала старуха с волосатым, уродливым младенцем на руках. В доме погас свет. Когда его зажгли, родители увидели, что их ребенок пропал, а уродливый младенец лежит в колыбели. Не успели они еще опамятоваться, как в дверь постучали, и вошла женщина в красном платке. Она спросила, почему у них такой ошеломленный вид, а когда узнала, в чем дело, посоветовала не грустить: мол, волосатый младенец — ее ребенок, и если его ей вернут, она подскажет, что нужно предпринять. По совету этой женщины фермер и его жена пришли на волшебный холм, сожгли три вязанки хвороста и пригрозили спалить все, что росло на холме, если фейри не отдадут им ребенка. Фейри испугались и тут же вернули похищенного.

По некоторым источникам, угроза сжечь терновник на волшебном холме иногда помогает вызволить и взрослых.

ПОРТУНЫ (PORTUNES)

В английском фольклоре маленькие фейри, о которых упоминает в своей хронике Жерве из Тилбюри. Они трудятся на полях, а по ночам разводят костры и поджаривают на огне лягушек, которых потом едят. Выглядят портуны как старички со сморщенными личиками и носят куртки в заплатах. Если нужно что-либо втащить в дом или выполнить другую тяжелую работу, они охотно за нее возьмутся. Любимое развлечение у них такое: подстеречь поздно вечером одинокого путника, схватить его лошадь за уздечку, завести в озеро и с громким хохотом исчезнуть.

ПРОЗВИЩА ФЕЙРИ (FAIRYNAMES)

Во многих традициях, в том числе и на Британских островах, принято называть фейри разного рода описательными именами. Это объясняется тем, что называть фейри настоящим именем небезопасно: они могут появиться и устроить какую-нибудь пакость. Среди наиболее распространенных прозвищ фейри следующие

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Особый путь»: от идеологии к методу [Сборник]
«Особый путь»: от идеологии к методу [Сборник]

Представление об «особом пути» может быть отнесено к одному из «вечных» и одновременно чисто «русских» сценариев национальной идентификации. В этом сборнике мы хотели бы развеять эту иллюзию, указав на относительно недавний генезис и интеллектуальную траекторию идиомы Sonderweg. Впервые публикуемые на русском языке тексты ведущих немецких и английских историков, изучавших историю довоенной Германии в перспективе нацистской катастрофы, открывают новые возможности продуктивного использования метафоры «особого пути» — в качестве основы для современной историографической методологии. Сравнительный метод помогает идентифицировать особость и общность каждого из сопоставляемых объектов и тем самым устраняет телеологизм макронарратива. Мы предлагаем читателям целый набор исторических кейсов и теоретических полемик — от идеи спасения в средневековой Руси до «особости» в современной политической культуре, от споров вокруг нацистской катастрофы до критики историографии «особого пути» в 1980‐е годы. Рефлексия над концепцией «особости» в Германии, России, Великобритании, США, Швейцарии и Румынии позволяет по-новому определить проблематику травматического рождения модерности.

Барбара Штольберг-Рилингер , Вера Сергеевна Дубина , Виктор Маркович Живов , Михаил Брониславович Велижев , Тимур Михайлович Атнашев

Культурология
Социология искусства. Хрестоматия
Социология искусства. Хрестоматия

Хрестоматия является приложением к учебному пособию «Эстетика и теория искусства ХХ века». Структура хрестоматии состоит из трех разделов. Первый составлен из текстов, которые являются репрезентативными для традиционного в эстетической и теоретической мысли направления – философии искусства. Второй раздел представляет теоретические концепции искусства, возникшие в границах смежных с эстетикой и искусствознанием дисциплин. Для третьего раздела отобраны работы по теории искусства, позволяющие представить, как она развивалась не только в границах философии и эксплицитной эстетики, но и в границах искусствознания.Хрестоматия, как и учебное пособие под тем же названием, предназначена для студентов различных специальностей гуманитарного профиля.

Владимир Сергеевич Жидков , В. С. Жидков , Коллектив авторов , Т. А. Клявина , Татьяна Алексеевна Клявина

Культурология / Философия / Образование и наука