Читаем Мифы и откровенная ложь о русской истории, сфабрикованная нашими врагами полностью

Кстати, чтобы выселить или уничтожить небольшой аул, достаточно роты, которой, по логике вещей, должен командовать капитан. Однако, по мнению современных сказочников, „палач Хайбаха" носил гораздо более высокое звание. Согласно книге „Непокоренная Чечня", написанной неким Усмановым, на момент совершения своего злодеяния он был полковником: „За эту „доблестную" операцию ее руководитель полковник Гвишиани был удостоен правительственной награды и повышен в звании". У другого „правозащитника" Павла Поляна он уже генерал-полковник: по его версии, Хайбах сожгли „внутренние войска под командой генерал-полковника М. Гвишиани" (см.: Не по своей воле. М.: Мемориал, 2001. С. 96).

Правда, два года спустя Полян, надо полагать, все-таки удосужился прочесть справочник, составленный его коллегами по „Мемориалу", и узнать, что в описываемое время Гвишиани носил звание комиссара госбезопасности 3-го ранга. В передаче радио „Свобода" от 3 августа 2003 года он излагает дело так:

„Имеются свидетельства, что в ряде аулов войска НКВД мирное население ликвидировали фактически, и в том числе таким варварским способом, как сожжение. Сравнительно недавно широкую огласку получила такого рода операция в ауле Хайбах, занесенном снегами. Не будучи в состоянии обеспечить транспортировку его жителей, внутренние войска, а ими командовал комиссар госбезопасности третьего ранга Гвишиани, согнали около двухсот человек, а по другим данным около шестисот-семисот человек в конюшню, там их заперли и подожгли...

И в литературу введено, правда без ссылки на источники, совершенно секретное письмо Гвишиани Берия: «Только для ваших глаз. Ввиду нетранспортабельности и в целях неукоснительного выполнения в срок операции „Горы" вынужден был ликвидировать более семисот жителей в местечке Хайбах. Полковник Гвишиани».

Надо полагать, что „Горы" — это подназвание подчасти операции, которая в целом называлась "Чечевица?".

...Гриф „только для ваших глаз" („For Your Eyes Only") действительно существует в природе. Он используется в секретных документах в Соединенных Штатах Америки. Таким образом, можно с уверенностью предположить, что указанное „письмо" было сфабриковано в США. Причем первоначально оно было написано по-английски, и лишь затем переведено на русский язык. В этом случае сразу становятся понятны и другие имеющиеся в нем несообразности.

Так, Хайбах почему-то именуется „местечком". Между тем во всех виденных мною документах чеченские населенные пункты обозначаются как аулы, хутора, селения, однако термин „местечко" нигде не встречается. Сам Гвишиани, коренной грузин, вряд ли мог употребить подобное слово. Другое дело, если автором „документа" про сожженный Хайбах является какой-нибудь проживающий на Брайтон-Бич уроженец Жмеринки.

Вполне естественно, что загадочное для американского обывателя звание „комиссар госбезопасности 3-го ранга" превращается в „полковника", хотя на самом деле оно соответствовало званию генерал-лейтенанта. Кроме того, сочинитель „письма" не знал, что операция по выселению чеченцев называлась „Чечевица", и поэтому придумал для нее название „Горы"...»

К проведенному И. Пыхаловым анализу фальшивки можно добавить только несколько замечаний.

Действительно, не все села и аулы Чечни и Ингушетии были вывезены в отведенные сроки из-за погодных условий. В докладной Берии Сталину об этом четко говорится (см. ранее приводившийся документ).

До сих пор в горах Чечни есть села, куда только на внедорожнике или на тракторе и можно подняться. Что уж говорить о временах, когда основной машиной была полуторка да телега. В случае сильного снегопада в горах такие аулы просто закупориваются, пока не будет пробита дорога. Закупориваются с обеих сторон — и выйти нельзя, и войти тоже.

Перейти на страницу:

Все книги серии Черные страницы истории

Цена Победы в рублях
Цена Победы в рублях

Какие мифы постсоветские пропагандисты сочинили о той войне? Сколько получали воины Красной армии за уничтоженную вражескую технику и что они могли купить на эти деньги? Замерзающим в лютую стужу зимой 1941–1942 годов под Москвой немецким солдатам интенданты вместо теплой одежды, спирта и валенок «заботливо» подвозили вагоны с французским красным вином, по дороге превращавшимся в глыбы льда. Умирающим от голода в Сталинграде солдатам Паулюса транспортные «Юнкерсы» доставляли старые газеты, иностранные ордена, майоран и другие столь же «необходимые грузы». Что это — работа советских разведчиков, тайный саботаж немецких антифашистов или… Эта книга — первое масштабное и действительно сенсационное расследование о том, какую роль во Второй мировой войне сыграли деньги. Имел ли место заговор, и кто за этим стоял! Внимание: приводятся реальные документы, до сих пор хранившиеся в архивах России, Германии и США.

Максим Владимирович Кустов , Максим Кустов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Кто проспал начало войны?
Кто проспал начало войны?

Существующая вот уж скоро 40 лет основная «Догма» о начале ВОВ, рожденная «Решениями 20 съезда» и «Воспоминаниями» маршала Жукова, гласит — трагедия 22 июня произошла потому что Сталин, «боявшийся» Гитлера (и «веривший» ему!) запретил нашим генералам приводить войска западных округов в боевую готовность, что в итоге привело к тому, что бойцы Красной армии встречали Войну в своих казармах спящими…Однако опубликованные на сегодняшний день документы НКО и ГШ последних мирных дней, мемуары многочисленных участников тех событий (от маршалов до рядовых командиров) позволяют утверждать — за неделю до 22 июня нарком обороны СССР С.К. Тимошенко и начальник Генштаба Г.К. Жуков, по прямому указанию главы правительства СССР И.В. Сталина подписали и отправили в западные округа Директивы и приказы о приведении в полную боевую готовность войск этих округов! Были приняты все необходимые меры, выполненные все возможные в той ситуации мероприятия к отражению неизбежной Агрессии гитлеровской Германии! Была известна точная дата нападения — 22 июня, которая также сообщалась командованию западных округов!

Олег Юрьевич Козинкин

История / Проза о войне / Образование и наука

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное