Читаем Мифы о призраках. Путеводитель по мистическому Петербургу полностью

Умер он, что примечательно, во время торжественного банкета в честь своего шестидесятилетия, перед этим успев выслушать много добрых слов в свой адрес и рассказать собравшимся о своих далеко идущих планах и идеях, которые он желал воплотить в ближайшие годы (говорят же: хочешь рассмешить Бога – сообщи ему о своих планах). Степан Иванович предстал пред ликом Творца и… возможно, автоматически поведал и ему о том, что еще собирался сделать, не призови его высшие силы столь внезапно. После чего стал призраком, который бродит теперь по коридорам Лесотехнической академии, скрупулезно доделывая все, что планировал. Есть такие люди, которым и двадцати четырех часов в сутках не хватает для всех их дел, тут же, сами видите, более шестидесяти лет уважаемый профессор не оставляет рабочего места.

Привидение Степана Ивановича, как сказали бы уфологи, нематериально, выглядит как темный силуэт или темное облако. Не вступает ни в какие беседы, не отвечает на вопросы – как и в годы, когда профессор был живым, он полностью погружен в свою работу. Вреда от него нет, но и радость вдруг увидеть в полутемном коридоре чей-то темный силуэт – тоже, что называется, на любителя.

Второй призрак – Георгий Георгиевич Доппельмайер, известный деятель в области охраны природы, зоолог, палеонтолог, охотовед. Довольно часто появляется он на четвертом этаже на факультете ландшафтной архитектуры, там, где в его времена находилась кафедра биологии лесных зверей и птиц. Когда-то там размещались чучела птиц и животных, за которыми Доппельмайер тщательно следил, проверяя экспонаты после того как их брали для показа студентам. Но через восемь лет после смерти Доппельмайера в Академии произошла перестановка, кафедру зоологии перевели на второй этаж, а на ее место въехала кафедра садово-паркового и ландшафтного строительства. Для музея же выделили отдельные помещения. По версии работников академии, Георгий Георгиевич не может успокоиться, потому как не знает, куда делись его любимые чучела, и ищет их.

О появлении призрака можно догадаться по тяжелому стуку каб луков. Вдруг открывается дверь, кто-то входит в аудиторию, бродит по классу или топчется на пороге, а потом уходит, не забыв прикрыть за собой дверь.

Вечером, корпя над дипломом, студенты неоднократно замечали, как кто-то невидимый склонялся над ними, силясь прочитать из-за плеча написанное и громко дыша в ухо. В общем, ничего приятного от присутствия этих духов нет, хотя они вполне безвредные.

Ангел с Александровской колонны

Есть Бог, есть мир; они живут вовек,А жизнь людей мгновенна и убога,Но все в себя вмещает человек,Который любит мир и верит в Бога.Николай Гумилев

Ангел в буквальном переводе с греческого – вестник. Ангелы воспринимаются как небесные посланники, помощники и хранители. У каждого человека есть свой ангел-хранитель, но города тоже должны иметь своих хранителей, и чем их больше, тем всем нам лучше.

Одна из самых приметных в Санкт-Петербурге, статуя ангела располагается на вершине Александровской колонны, или Александрийского столпа (по стихотворению Пушкина «Памятник») на Дворцовой площади. Автор идеи – Карл Росси, скульптур Борис Орловский, колонну воздвиг зодчий Огюст Монферран. Это один из первых в России памятников в честь победы над французами.

Орловский приступил к работе над фигурой ангела в сентябре 1830 года, когда сама колонна уже начала воплощаться в камне. Изначально было много идей относительно фигуры, которая должна венчать колонну, в конце концов Орловский изваял статую ангела с лицом царя-победителя Александра I. Левой рукой ангел держит крест, а правую возносит к небу. Голова ангела наклонена, его взгляд устремлен на оберегаемую им землю.

Ангел-крестоносец не просто держит крест, этим крестом он попирает змея, что символизирует победу над наполеоновскими войсками. Это тот самый ангел, который, по мнению некоторых писателей-фантастов, должен будет вглядываться в воду, которая сметет с лица земли Санкт-Петербург.

Изначально, когда Монферран только-только поставил колонну (кстати, на это шоу приезжали посмотреть со всего мира), люди боялись ходить возле, так как кто-то распустил слух, будто бы столп может не выдержать порывов ветра. Будучи уверенным в своем детище, зодчий взял себе в привычку каждый день прогуливаться около Александрийской колонны со своей любимой собачкой, доказывая тем самым, что математический расчет конструкции верен, памятник более чем безопасен.

Как известно, писатели, поэты, художники, да и все прочие деятели искусства время от времени изменяют канву бытия, вводя сначала в свои произведения, а затем и в наш с вами обиход объекты собственного сочинения. Так происходило и с призраком Бедной Лизы, и со многими другими героями, которых нет-нет да и видят на улицах города. Не могу не поделиться новым очаровательным мифом от петербургского писателя Антона Чижа (роман «Аромат крови»):

Перейти на страницу:

Все книги серии Петербург: тайны, мифы, легенды

Фредерик Рюйш и его дети
Фредерик Рюйш и его дети

Фредерик Рюйш – голландский анатом и судебный медик XVII – начала XVIII века, который видел в смерти эстетику и создал уникальную коллекцию, давшую начало знаменитому собранию петербургской Кунсткамеры. Всю свою жизнь доктор Рюйш посвятил экспериментам с мертвой плотью и создал рецепт, позволяющий его анатомическим препаратам и бальзамированным трупам храниться вечно. Просвещенный и любопытный царь Петр Первый не единожды посещал анатомический театр Рюйша в Амстердаме и, вдохновившись, твердо решил собрать собственную коллекцию редкостей в Петербурге, купив у голландца препараты за бешеные деньги и положив немало сил, чтобы выведать секрет его волшебного состава. Историческо-мистический роман Сергея Арно с параллельно развивающимся современным детективно-романтическим сюжетом повествует о профессоре Рюйше, его жутковатых анатомических опытах, о специфических научных интересах Петра Первого и воплощении его странной идеи, изменившей судьбу Петербурга, сделав его городом особенным, городом, какого нет на Земле.

Сергей Игоревич Арно

Историческая проза
Мой Невский
Мой Невский

На Невском проспекте с литературой так или иначе связано множество домов. Немало из литературной жизни Петербурга автор успел пережить, порой участвовал в этой жизни весьма активно, а если с кем и не встретился, то знал и любил заочно, поэтому ему есть о чем рассказать.Вы узнаете из первых уст о жизни главного городского проспекта со времен пятидесятых годов прошлого века до наших дней, повстречаетесь на страницах книги с личностями, составившими цвет российской литературы: Крыловым, Дельвигом, Одоевским, Тютчевым и Гоголем, Пушкиным и Лермонтовым, Набоковым, Гумилевым, Зощенко, Довлатовым, Бродским, Битовым. Жизнь каждого из них была связана с Невским проспектом, а Валерий Попов с упоением рассказывает о литературном портрете города, составленном из лиц его знаменитых обитателей.

Валерий Георгиевич Попов

Культурология
Петербург: неповторимые судьбы
Петербург: неповторимые судьбы

В новой книге Николая Коняева речь идет о событиях хотя и необыкновенных, но очень обычных для людей, которые стали их героями.Император Павел I, бескомпромиссный в своей приверженности закону, и «железный» государь Николай I; ученый и инженер Павел Петрович Мельников, певица Анастасия Вяльцева и герой Русско-японской войны Василий Бискупский, поэт Николай Рубцов, композитор Валерий Гаврилин, исторический романист Валентин Пикуль… – об этих талантливых и энергичных русских людях, деяния которых настолько велики, что уже и не ощущаются как деятельность отдельного человека, рассказывает книга. Очень рано, гораздо раньше многих своих сверстников нашли они свой путь и, не сворачивая, пошли по нему еще при жизни достигнув всенародного признания.Они были совершенно разными, но все они были петербуржцами, и судьбы их в чем-то неуловимо схожи.

Николай Михайлович Коняев

Биографии и Мемуары

Похожие книги