– Что за черт? – изумился Клавдий, и в этот момент автоматная очередь прошила деревянную раму рядом с его головой. Король едва успел упасть на четвереньки и отползти от оконного проема. Рама взорвалась шрапнелью из острых деревянных щепок.
Гамлет оттолкнул гвардейцев и бросился к матери, испуганно вжавшейся в трон.
– Где гвардия?! – не растерявшись, заорал Кладвий. – Пусть защищают двери! Активировать замковую эгиду!
В зал ворвался офицер с автоматической винтовкой в руках. Мундир его был разорван в нескольких местах, шлем он потерял, и лицо покрывала пороховая гарь.
– Ваше величество! – воскликнул офицер. – Это Лаэрт с толпой своих соратников! Они только что из Франции, десантировались прямо на замок! Все хорошо вооружены, и их гораздо больше нас!
– Гамлет, сволочь! – взвыл Клавдий. – Это все опять из-за тебя! Надо было грохнуть тебя, как и твоего придурка-отца! Офицер, соберите верных короне гвардейцев у зала и обороняйтесь! И срочно вышлите гонца к фон Ренте-Финку, пусть поднимает немецкие войска! Это измена: Лаэрт собирается сместить меня!
Гвардеец скрылся в дверях зала, закрыв их за собой. Мгновение спустя из примыкающих к залу помещений донеслись звуки отчаянной перестрелки и разрывов гранат.
В это время Гамлет уже нащупал за поясом выданный Холмсом кольт. В глазах его пылал бешеный огонь, сердце колотилось как паровой молот, а в голове словно завелся бес, молотивший по черепу изнутри и скандировавший: «Убей! Убей!! Убей!!!»
Вытащив пистолет, Гамлет навел его дрожащими руками на неприкрытую спину Клавдия.
– Господи, Гамлет, нет! – Гертруда ухватилась за руку сына. – Пожалуйста, остановись! Не надо!
– Нет уж, мама, – прошипел Гамлет, вырываясь из рук королевы. – С меня довольно! Убийца достаточно поживился за счет отца, больше он не будет коптить небо Дании! Отпустите же меня!
Гамлет размахнулся и отвесил Гертруде пощечину.
– Я не трону тебя, как и обещал тени отца, – он вновь навел кольт на Клавдия. – Но не этого кровосмесителя!
– Гамлет, прошу тебя! – закричала королева, видя как палец сына неумолимо давит на спусковой крючок.
Выстрелить он не успел. Дверь в зал разлетелась на куски, выплеснув клубы едкого дыма. Оставшиеся при троне гвардейцы вскинули ружья и дали залп. Ответный шквал огня изрешетил их в мгновение ока. В живых остались только Клавдий, Гертруда и Гамлет.
Из дыма появился человек. В одной его руке дымился дробовик, в другой находилась вымазанная в крови сабля. Выщербленную кирасу пришельца опоясывала руническая вязь, а лицо скрывал платок из плотной ткани, повязанный на манер бандитов фронтира из вестернов.
– Где король? – вопросил он и тут же бросил назад: – Больше никому не входить!
Дым понемногу рассеялся, явив королевской семье разъяренного Лаэрта.
– Ну что, Клавдий, – Лаэрт опустил платок и шагнул вперед. – Скажи мне, где мой отец?
– Лаэрт, друг мой! – Клавдий поднялся с пола и отряхнул грязь с одежды. – К чему это восстание?
Король вновь занял трон, не заметив направленный на него Гамлетом пистолет.
– Где. Мой. Отец. – рубя слова, повторил Лаэрт, продолжая приближаться к трону.
Шаги Лаэрта гулко отдавались от сводов зала. Вид его был страшен, и казалось, он впал в священное берсеркерское безумие.
– Он… Он убит, Лаэрт.
Ворвавшийся в выбитые окна ветер взметнул под ногами сына Полония мелкую поземку – с утра снова замело. Со двора доносились редкие выстрелы.
– Убит, значит…
– Это не Кладвий, – взвизгнула Гертруда, бросившись между Лаэртом и королем.
– Не он, значит, – Лаэрт продолжал приближаться. – А кто тогда? Мою сестру было довольно сложно понять, видать, она опять наглоталась пыльцы, но, что это дело рук королевской семьи – я уверен.
Клавдий нервно оглянулся на племянника и только тут увидел пистолет в его руках.
– Это Гамлет! – выкрикнул он. – У Полония в руках нашли его платок! Убей его, он вооружен!
Взгляд Лаэрта обратился к принцу, и он не предвещал тому ничего хорошего.
– Что ты скажешь в свое оправдание?
– Катись к черту, – огрызнулся Гамлет. – Я объяснюсь с тобой после того, как избавлюсь от отцеубийцы!
– О, как интересно! – Лаэрт отшвырнул разряженный дробовик, и в его руках вдруг оказалась хромированная «беретта-м». Дуло пистолета смотрело на Гамлета, а острие сабли оказалось направлено на короля.
– А отец был прав в отношении вас. Что-то совсем сгнило в королевстве датском, как я погляжу. По улицам, как у себя дома, разгуливают фашисты, в монаршей семье все друг друга сожрать готовы… Похоже, мое участие ни к чему, прибудь я на пару минут позже, вы бы и так сами порешили друг друга.
– Ну почему же, вы очень даже вовремя!
Раздавшийся из-за спины Лаэрта голос заставил Гамлета вздрогнуть. В развороченном дверном проеме высилась фигура в черных доспехах с раскинувшим крылья германским орлом на груди. На ее плечах подобно крыльям лежал тяжелый кожаный плащ с алым подбоем. Генерала Каупиша окружали закованные в броню немецкие солдаты. Видя направленный на него десяток автоматических винтовок, Лаэрт опустил оружие.
– Генерал, вы не представляете себе, как вы вовремя! – радостно приветствовал его Клавдий.