— Как ты думаешь, они сделают ему что-нибудь плохое?
Казалось, небо пылающей простыней упало на землю, а последовавший за этим удар грома был самым оглушительным из всех. Придя в себя, Морвин заметил, что снова зарядил дождь, и почувствовал во рту вкус крови — оказалось, он прокусил губу.
— Ну, что теперь, Шинд?
И снова ответом ему была тишина. Тогда Морвин заговорил сам:
— Хейдель, совсем близко отсюда находится поисковый отряд — настоящий. Они, естественно, хотят найти вас, чтобы положить конец эпидемиям.
— Эпидемии закончатся сами. Я чувствую, как во мне происходят перемены. Я знаю ощущение безопасности и здоровья — оно приближается. Уже совсем скоро.
— Поскольку только вам об этом известно, они, вне всякого сомнения, захотят вас арестовать. Как я понимаю, в поисках принимает участие доктор Лармон Пелс. Возможно, он посчитает нужным поместить вас в карантин и изучить ваш случай. Так что вполне возможно, что ваше стремление к одиночеству будет удовлетворено.
— Возможно?
— Просто я подумал о членах поискового отряда. Кое-кто из них, наверное, потерял друзей или родственников…
— Да, вероятно, вы правы. У вас есть какие-нибудь идеи на этот счет, кроме самого обычного бегства?
— Пока нет. Если бы мы только знали…
— Как?
— Ранены?
— Да. Как вас найти?
— Только не очень спеши. Хейдель не может передвигаться быстро.
— Ни за чем. Мы нужны ему.
— Ладно, Хейдель, — сказал Морвин. — Нам пора.
Они вместе поднялись на ноги, закутались в пончо Морвина и, прижавшись друг к другу, двинулись вперед сквозь дождь и туман. Влажные капли, словно звезды, усеивали их лица, а вновь поднявшийся ветер толкал в спины.
Когда Морвин наконец нашел Шинд, он увидел, что она сидит рядом с Сандоу, который держит Джакару за руку, а другой рукой обнимает ее за плечи.
— Она в порядке? — спросил он.
Сандоу посмотрел на Шинд, а потом на Морвина.
— Физически, да.
Морвин отпустил Хаймека, и тот уселся на ближний камень.
— Дайте ему вот это, — сказал Сандоу.
— Что?
— Сигару. Он выкурит ее с удовольствием.
— Хорошо. Насколько серьезно?..
— Да, но в какой степени?..
— Джакара? — позвал Морвин. — Как ты себя чувствуешь? Это Джон… Ты в порядке?
Девушка повернулась и изучающе посмотрела на него. Затем улыбнулась.
— Это же я, Джон. Подожди!
Он нащупал в кармане горсть монет и подбросил их в воздух. Монеты отчаянно заметались, а потом образовали строгий узор. Нарисовав в воздухе эллипс, монеты пустились в пляс, вращаясь над головой девушки все быстрее и быстрее. Она подняла глаза, внимательно посмотрела на монеты и улыбнулась.
Монеты вращались, переворачивались, метались, словно обезумевшие насекомые, а на лбу Морвина выступил пот.
— Это рекорд? — спросила Джакара. Монеты звонким дождем посыпались на землю.
— Не знаю. Я не считал. Но думаю, что рекорд. Ты вспомнила.
— …Да. Сделай еще раз, Джон.
Монеты поднялись в воздух, немного повисели без движения, а затем начали исполнять причудливый танец прямо перед Джакарой.
— Ты и правда вспомни…