Тетушка собирается сказать что-то возмущенное, но передумывает и обреченно машет рукой, отворачиваясь.
Юльчонок:
Арс, прикинь, дядю-Дворецкого замочили!
Арсений:
Как замочили?
Юльчонок:
По-моему, из ружья. У него в затылке дырка, а оттуда - кровищи!
Арсений:
Из какого ружья?
Венечка:
Зуб даю: из того, что в сейфе было. Оно ноги сделало.
Дэн, воровато оглядываясь, ставит ружье к стене у дивана.
Арсений:
Из сейфа мы взяли, сорян, старик. Мы по тарелочкам пострелять решили. Но мы в Дворецкого точняк не стреляли. В нем всего-то два патрона было, и Дэн из обоих стволов дуплет выбил. Зацени.
Протягивает Венечке пробитую в двух местах тарелочку, тот машинально берет, вертит ее в руках и кивает.
Карина:
Какие тарелочки среди ночи? Инга, твой сын совсем поехал. И как у Венечки такое родиться могло? Ты уверена, что налево не гуляла?
Инга:
На свое посмотри. Выглядит, как пугало из порнокомиксов для педофилов.
Юльчонок:
Тетя Инга!
Карина:
Слышь, ты, сучка старая, ты мужа запилила до того, что он тебя бросил, а теперь за мою дочь принялась?
И вообще, объясни-ка мне еще раз, почему эта мымра с нами приехала? Почему она сюда шляется, как к себе домой? Это ведь наш охотничий домик!
Инга:
Не ваш, а наш. Половина - моя по закону.
Карина:
Ой, собственница нашлась. Ну и что это тебе дает?
Венечка, сидящий на диване, обреченно хватается за голову и замирает в такой позе.
Инга:
А это дает мне право сюда, как ты говоришь, шляться, как к себе домой. А за то, что я после развода не настояла на продаже имущества и разделе денег, тебе меня еще и благодарить стоит.
Карина:
Ой, не надо мне тут благородную корчить. Давай еще, заведи свою песню про "не хочу, чтобы фамильная собственность с молотка ушла".
Тетушка:
Все правильно ты говоришь, Инга, деточка! Борис Сергеевич трудился, рук не покладая, чтобы эту дачу заработать, чтобы она Венечке, сыночку его, племянничку моему ненаглядному досталась. Негоже продавать. Пусть лучше детям будет.
Дети дружно кривятся. Дача им нафиг не нужна.
Карина:
Ой, Агапина Сергевна, кто бы говорил. Сами, небось, спите и видите, как бы наследство брата захапать. Думаете, я не знаю, что вы его подбивали на вас дачу переписать в завещании, да не успели.
Инга:
Ну ты и стерва, Карина!
Тетушка:
Да чего уж там, была у меня надежда, что брат все добро мое не забудет. Припомнит, как я после побега его жены-блудницы Венечку аки сына родного растила. Карьеру ради него забросила.
Карина:
Как же, карьера костюмера в занюханном театре... реально жаль бросать было, наверное?
Тетушка:
Во-первых, не костюмера, а гримера, а во-вторых, мне Сам к нему перейти предлагал!
Карина:
И чего ж не перешли? Тяжко, наверное на голую пенсию звезду театра на покое из себя строить? Ну ничего, Венечка, в отличие от папаши, добренький. В завещании вас не забыл. Вот только помрет еще нескоро. Облом.
А ведь, вы, Агапина Сергевна, Дворецкого могли укокошить, приняв за Венечку. А потом деньги из сейфа припрятать, чтобы на ограбление списать. Вас, между прочим, на месте преступления застали! Никого больше рядом не было.
Тетушка:
Ой, ду-ура...
Венечка согласно кивает, не поднимая головы.
Инга выразительно крутит пальцем у виска.
Карина:
А ты чего поддакиваешь? Отказалась от денег, теперь жалеешь, а настоять на продаже - кишка тонка? Боишься, сыночку меньше достанется? Или тебе деньги не нужны?
Инга:
Нужны, конечно. Но я о будущем сына в первую очередь думаю. С такой сучкой, как ты, ему вообще ничего не достанется. Только поэтому я и не настаиваю на своей доле деньгами, пусть лучше у ребенка будет недвижимость на будущее.
Карина:
Так, может, это ты Дворецкого пришила? Когда он тебе помешал деньги из сейфа стащить? Что, наличка на подтяжку срочно понадобилась, а Венечка продавать имущество отказывается? У тебя же сейчас финансовые сложности, верно? Очередной любовничек бросил?
Инга:
Ах ты ж... Подстилка силиконовая!
Кидается на Карину, вцепляется ей в волосы. Карина в ответ хвататет Ингу за уши. Начинается потасовка.
Юльчонок и Арсений хором:
Ма-ам!
Кидаются разнимать дерущихся Ингу и Карину. Уводят их на кухню.