Капитан Обри одобрительно поглядывал на проворный полет секретарского пера по бумаге. Письмо, будучи, по сути, правдой, как и большинство официальных писем, содержало изрядную долю лжи. Джек вовсе не считал Лемюэля Эйкерса отличным офицером, «отважно вел» он людей своим громким ревом с кормы баркаса, где запутался деревянной ногой в парусине, поведение нескольких членов экипажа «Боадицеи» просто вывело капитана из себя, а шнява вовсе не была освобождена «немедленно».
«Не забудьте в конце депеши перечислить раненых, мистер Хилл», – напомнил Джек.
«Джеймс Эрклоу, рядовой матрос, и Вильям Бэйтс, морской пехотинец. А сейчас, будьте столь любезны, предупредите мистера Эйкерса, что я собираюсь передать с ним в Гибралтар пару частных писем.»
Оставшись в одиночестве в своей большой каюте, он глянул в окно кормовой галереи на тихое, сверкающее под лучами солнца море, с лежащими без движения призами и шлюпками, снующими туда-сюда. Снасти «Хиби» (или «Гиены») были увешаны человеческими фигурками, завершающими ремонт такелажа, ванты новой бизани фрегата уже натянуты, Джон Феллоуз – боцман первый сорт! Затем Джек потянулся за чистым листом бумаги и начал: