Читаем Мое кино - Баллада о солдате (сценарий) полностью

- Ну как же...

- Не за что.

- Ну... за то, что я вас ударила.

- Что вы!... Это бывает... Это даже хорошо для знакомства!..

- Так глупо получилось... Вы меня извините...

- Я тоже виноват. Испугал вас.

Они помолчали,

- Знаете что? - предложила вдруг девушка.- Давайте познакомимся?..

- Давайте!.. - Он встал и протянул руку.- Меня зовут Алексей.

- А меня - Шура... Очень приятно.

- Очень приятно!..

Взвизгнули тормоза. Шурка и Алексей разом повалились в сено. Поезд резко сбросил ход... Пока они смеясь поднимались, поезд остановился. У вагона послышались голоса:

- Ведро здесь?

- Вроде нет, товарищ лейтенант.

- А ну, откройте!

Алексей и Шурка снова упали в сено и торопливо зарылись в него.

- Да открывайте же, Гаврилкин! Что вы там возитесь? -сердито приказал кто-то.

- Сейчас, товарищ лейтенант. Тут, понимаете, такое дело... сразу нельзя.. Что-то заело, товарищ лейтенант!..

Солдат явно оттягивал время. Наконец, дверь откатилась.

- Ну, что там?

- Все в порядке, здесь оно! - отвечал из вагона толстый солдат.

Он, косясь в сторону сена, взял из угла ведро. Солдат уже направился назад, как вдруг заметил торчащую из сена женскую туфлю. Он даже остановился от неожиданности.

- Да быстрей же, Гаврилкин! Сейчас тронемся.

- Есть, товарищ лейтенант, иду!

Гаврилкин хмыкнул и спрыгнул на землю. Отдав ведро, он закрыл дверь. Потом снова хмыкнул и отошел от вагона.

...Поезд уже отошел от остановки. Выскользнув из-под руки Алексея, Шурка быстро села. На лице ее смущение.

- Чуть не засыпались...- говорит Алексей, стряхивая сено, а сам смотрит на девушку.- Испугалась, Шура?

Она отрицательно качает головой.

- Ты ведь трусиха.

- Нет...- отвечает она очень тихо и отодвигается к брикету.

- Шура...- Он упирается рукой о брикет, и она оказывается в плену у него. Ей некуда отодвинуться. А он все глядит на нее.- Хорошее имя Шура!.. Мне нравится.

Она отрицательно качает головой.

- Шура!.. Ты к кому едешь? - Он совсем близко наклонился над ней.

Она смотрит ему в глаза и, увидев в них что-то, пугается.

- Я?.. Я в Купинск еду... Я к жениху... Он в госпитале лежит...

- Что? - не понимая, переспросил Алексей.

-...Его очень тяжело ранили...- продолжает девушка.- Он летчик... Честное слово!..

Сбросив ослабевшую руку Алексея, девушка вскакивает на ноги и уходит в дальний конец вагона.

Алексей тоже поднимается на ноги.

Несколько секунд они стоят так, прислушиваясь к стуку собственных сердец. Взгляды их наконец встречаются.

- Я лучше сейчас сойду,- говорит девушка.

- Почему?

- Так...

- Ты что? Обиделась?

- Нет.

- А чего же?

- Просто так...

- Думаешь, я тебя к жениху не довезу?

- Ничего я не думаю... Я сойду...

- Сойду, сойду!.. Ну и сходи! - рассердился Алексей.- Подумаешь!.. Что я такого сделал? Я к тебе как к человеку, а ты... ты за кого меня принимаешь?!

- Да, а вы знаете, какие бывают люди?! - горячо возразила Шурка. В глазах ее появились слезы.- Когда моя мама погибла... и я осталась одна...Девушка вдруг запнулась и опустила голову.

Алексей виновато и сочувственно смотрел на нее. Он хотел что-то сказать, но не нашел слов.

Помолчали.

Потом Шурка посмотрела на него, улыбнулась сквозь слезы и неожиданно сказала:

- Пить хочется, правда?

- Да,- ответил Алексей и тоже улыбнулся.

Остановка. Из вагона с котелком в руке выпрыгивает Алексей. Оглянувшись по сторонам, он бежит к станции. Толстый солдат, проводив Алексея взглядом, прыгает на землю и направляется к его вагону.

...Мимо санитарного эшелона Алексей пробегает к колонке. Пока из крана ленивой струйкой сочится вода. Алексей беззаботно поглядывает по сторонам.

У санитарного эшелона греются на солнышке несколько раненых. Оттуда слышится громкий смех.

От эшелона с ведрами бежит к колонке краснощекая полная санитарка.

Алексей снимает с крана полный котелок.

- Эй, женишок,- улыбается она, обнажая большие неровные зубы,- дай-ка водички попить!

Пить ей не хочется. Это так, для знакомства.

- Некогда, доктор! - весело отвечает Алексей и, стараясь не расплескать воду, бежит к своему эшелону.

В вагоне стоит вконец напуганная Шурка. Над ней грозно навис толстый солдат.

- А вот сдам тебя в военный трибунал, тогда узнаешь, как в секретные эшелоны проникать!.. Следуй за мной!..

Шурка не двигается.

В дверях появляется Алексей с котелком воды.

- Следуй за мной!..- повторяет толстый солдат.

- Не пойду! - упирается Шурка.

- Следуй, тебе говорят! - солдат хватает Шурку за плечо.

Алексей одним прыжком метнулся в вагон.

- А ну, брось!

- А-а!.. Явился голубчик! - злорадно протянул толстый солдат.- Как же это получается? Мы с тобой по-честному договаривались, а ты здесь гражданских лиц провозишь?

- Какая разница - один человек или два?

- Значит, разница!... А ну, гражданочка...- Часовой взял Шурку за плечо.

Алексей подошел и, отбросив руку часового, встал между ним и Шуркой.

- Никуда она не пойдет! Ясно? Катись отсюда!

- Что-о?!..- удивился солдат.- Это кто же здесь старший?.. Ишь, устроился здесь со всеми удобствами - сено, девочка...

- Замолчи!..- шагнул к нему Алексей.

- Думаешь, я не видел. Все видел!..

- Что ты видел?

- Как вы с ней в сене кувыркались!..

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991. Хроника войны в Персидском заливе
1991. Хроника войны в Персидском заливе

Книга американского военного историка Ричарда С. Лаури посвящена операции «Буря в пустыне», которую международная военная коалиция блестяще провела против войск Саддама Хусейна в январе – феврале 1991 г. Этот конфликт стал первой большой войной современности, а ее планирование и проведение по сей день является своего рода эталоном масштабных боевых действий эпохи профессиональных западных армий и новейших военных технологий. Опираясь на многочисленные источники, включая рассказы участников событий, автор подробно и вместе с тем живо описывает боевые действия сторон, причем особое внимание он уделяет наземной фазе войны – наступлению коалиционных войск, приведшему к изгнанию иракских оккупантов из Кувейта и поражению армии Саддама Хусейна.Работа Лаури будет интересна не только специалистам, профессионально изучающим историю «Первой войны в Заливе», но и всем любителям, интересующимся вооруженными конфликтами нашего времени.

Ричард С. Лаури

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Прочая справочная литература / Военная документалистика / Прочая документальная литература
MMIX - Год Быка
MMIX - Год Быка

Новое историко-психологическое и литературно-философское исследование символики главной книги Михаила Афанасьевича Булгакова позволило выявить, как минимум, пять сквозных слоев скрытого подтекста, не считая оригинальной историософской модели и девяти ключей-методов, зашифрованных Автором в Романе «Мастер и Маргарита».Выявленная взаимосвязь образов, сюжета, символики и идей Романа с книгами Нового Завета и историей рождения христианства настолько глубоки и масштабны, что речь фактически идёт о новом открытии Романа не только для литературоведения, но и для современной философии.Впервые исследование было опубликовано как электронная рукопись в блоге, «живом журнале»: http://oohoo.livejournal.com/, что определило особенности стиля книги.(с) Р.Романов, 2008-2009

Роман Романов , Роман Романович Романов

История / Литературоведение / Политика / Философия / Прочая научная литература / Психология
10 мифов Древней Руси. Анти-Бушков, анти-Задорнов, анти-Прозоров
10 мифов Древней Руси. Анти-Бушков, анти-Задорнов, анти-Прозоров

Наша древняя история стала жертвой задорновых и бушковых. Историческая литература катастрофический «желтеет», вырождаясь в бульварное чтиво. Наше прошлое уродуют бредовыми «теориями», скандальными «открытиями» и нелепыми мифами.Сколько тысячелетий насчитывает русская история и есть ли основания сомневаться в существовании князя Рюрика? Стало ли Крещение Руси трагедией для нашего народа? Была ли Хазария Империей Зла и что ее погубило? Кто навел Батыя на Русскую Землю и зачем пытаются отменить татаро-монгольское Иго?Эта книга разоблачает самые «сенсационные» и навязчивые мифы о Древней Руси – от легендарного князя Руса до Дмитрия Донского, от гибели Игоря и Святослава до Мамаева побоища.

Владимир Валерьевич Филиппов , Михаил Борисович Елисеев

История / Образование и наука