Как только они подбегают достаточно близко, я опускаюсь на колени и прижимаю к себе Хантера, который добежал до меня первым, смотрю, как чуть медленнее бежит, прихрамывая Зевс, и не могу сдержать слез радости.
Наконец — то Зевс достигает цели, облизывает мне руки и лицо, жалобно скулит, а в глазах этой преданной собаки стоят слезы. Прижимаю их обоих к себе, и громко плачу, отпуская свою боль и впуская в свое сердце счастье.
Синхронно собаки утыкаются носом в мой живот, и довольно виляют гульками хвоста, чем вызывают приступ смеха. Илай уже давно сидит рядом на коленях, и прижимает нас к себе.
— Рад вашему возвращению, Таисия Сергеевна! Нам вас не хватало! — Произносит Миша, и счастливо улыбается.
— Спасибо Миша, я тоже очень рада видеть тебя в добром здравии! Спасибо, что позаботился о моих мальчиках, пока меня не было.
— Всегда рад! Я вас оставлю, думаю, вы пока не готовы расставаться, причем все трое. — Произносит с улыбкой Миша, указывая на меня и собак.
Спустя час, после того как я приняла душ и поела, Илай помогает мне подняться в нашу новую спальню где я с наслаждением ложусь на кровать. Мне здесь нравится, дом очень светлый и уютный, Илай очень постарался. Я пока успела разглядеть не все, но даже то, что разглядела, мне безумно нравится. Не хватает только беседки с вьюном виноградника, которая стояла во дворе старого дома, где я так любила выпить чаю, но думаю, стоит мне только заикнуться и Илай все сделает. Но, все эти перемены и постройки подождут, сейчас нужно успокоиться и разобраться с теми, кто представляет опасность.
— Илай, я хочу, чтобы ты научил меня стрелять. И еще хочу научиться обороняться, чтобы в случае чего смогла защитить себя и дочь. Не хочу больше быть мишенью. Ты мне поможешь?
— Конечно, милая! Все что захочешь! И я одобряю твое решение научиться самообороне. Не то, чтобы я позволил кому — то еще навредить, но лишним это не будет. Расскажешь все?
— Я ждала тебя, собиралась отпустить Марту, как вдруг сначала приехала Лика и предложила мне безопасность, взамен на развод с тобой. Она знала про нападение Смирного, и пыталась этим надавить. Намекая на то, что у вас отношения, и ты не можешь меня бросить из чувства вины. Но, я не поверила и попросила ее уехать. А потом я помню только, как спускалась вниз, к Марте и вдруг резкий удар по голове, я теряю сознание, а очнулась уже в том доме. Пару раз видела Давида, он угрожал, радовался, что все получилось, утверждал, что ты поверил, и что сейчас счастлив с Ликой. Даже показывал фотографии, где она стоит рядом, но я не верила. — Перевожу дыхание, мысленно успокаивая себя, и настраивая на то, что все закончилось. — Про беременность они узнали сразу, и Давид решил оставить меня до родов в том доме, а потом отправить в другую страну, продать в бордель. А нашу дочь хотел убить на твоих глазах. — Произношу со слезами на глазах, вспоминая весь тот ужас.
— Лика не говорила, что приезжала. Я подозревал, что она что-то скрывает, но думал это связано с нашими прошлыми отношениями. Что у нее план меня вернуть, а все оказывается еще хуже. — Хмурится задумчиво Илай.
— А еще, Давид сказал, то, что я, наверное, не должна была услышать. Ведь он был уверен, что мы больше никогда не увидимся. Он сказал, что взрыв машины была идея Лики, и что она никогда не страдала. Как я поняла, они в сговоре.
— Я с ней разберусь. Но, сначала Давид! У меня уже есть доказательства его вины в похищении тебя, и инсценировки твоей смерти. Думаю, бомбу в дом подложил доктор, он же, как раз накануне был вхож в дом. А еще на Давида роют более серьезную информацию, которая поможет его посадить, а там уже полно людей, которым этот человек перешел дорогу, и жизни ему спокойной не будет. А как только поймаем его, так и Лику прижмем, она все равно сейчас ничего сделать не сможет.
— Бомбу подложила Лика. Я только сейчас вспомнила, что перед уходом в тот день она попросилась в уборную, и потом поспешно ушла. Думаю, это была она, а врач только смотрел за моим здоровьем.
— Они все ответят! Я клянусь, Снежинка! Они поплатятся за то, что сделали. А сейчас отдыхай, я буду рядом, собаки тоже. Чуть позже приедет врач и посмотрит тебя. — Илай прижимает меня к своей груди, целует в висок и нежно гладит волосы, а я, чувствуя тепло Илая, проваливаюсь в безмятежный крепкий сон, впервые за такое долгое время.
32 Глава
Впервые за полгода, я спал сном младенца, прижимая к груди самого дорогого на свете человека. От нее пахнет счастьем, она теплая и такая нежная, что сердцу больно. Нет ничего важнее на свете, чем держать в объятиях любимую женщину, которая ждет от тебя ребенка, оберегать ее сон, и просто дышать ею.