И вот в одну ночь приходит ко мне светлый юноша и говорит:
– Пойдем, и ты увидишь своих братьев.
Мы пошли и остановились на некой горе, с которой видны город и море. Юноша говорит, указывая рукою к морю:
– Вот место, которое называется Порт-Артур.
Тут же, около города, площадь, и здесь я увидел свои войска, солдат. Увидев, я удивился, что все они стоят не стройными рядами, а какими-то кучками, тут же между ними раненые и больные. Я спросил:
– Что же это такое значит?!
– Это те воины, – сказал юноша, – о которых ты молился и думал, что они в стройных рядах. Но они уже готовы к позорному плену. Ты видел, что не дает Господь Царю и русскому народу победы, которой они хотели. Победы не будет ни на море, ни на суше. – И увидел я, что на море образовался кровавый крест.
Юноша сказал:
– И на море прольется христианская кровь. Победы не будет, но будет та, которую люди не разумеют. Потому что война с человеком и бесами.
– Значит, они пойдут в плен к язычникам? – сказал тогда я.
Увидев все это, мне стало скорбно, и я сказал:
– Увы нам, грешным, прогневавшим Господа Бога, носим мы имя христиан, а сами прогневляем своего Создателя! Но, о Господи, пощади нас ради сих страждущих; вем, Господи, Ты пощадил Ниневию – ради младенцев.
Тогда юноша говорит:
– Смотри, что лучше – такую ли победу, которую хотят люди и, напившись вином, поругают Имя Господне, ибо пойдут по грязным домам и будут восклицать, что они много сотворили.
И указывая рукою, где стояли солдаты, говорит:
– Видишь, не призрак это, а воистину ангелы Господни.
И я увидел между страждущими воинами много ангелов в виде красивых крылатых юношей, держащих в руках ленты и накладывающих их на плечи генералам, офицерам и солдатикам. Ленты были одни чисто белые, другие – красные с золотистыми ветвями и крестами – на одних восьмиконечными, на других же подобием звезды, крест у всех приходился на груди. Тут же я видел двух человек, которые ничем не были награждаемы, и я спросил юношу:
– Почему?
– Они на все пороптали.
Потом я спросил:
– Почему у некоторых крест на лентах звездою?
– Это те, которые неправославного вероисповедания, но Господь одинаково наградил и их за то, что они исполнили свой долг пред Царем и верой православной.
Потом я спросил:
– Почему у одних белые ленты, а у других красно-золотистые.
– Ленты белые на тех, которые умрут теперь, в сражении, как истинные герои, а те, у которых золотистые, пойдут в плен и, возвратившись, понесут позорное поношение. Хотя и они сражались искренно и усердно, но не от них зависело, чтобы быть победе. Награда же сия дана им от Господа Бога, да когда кийждо из них предстанет на суд Божий, всем открыто будет Царство Небесное. Они не заслужили той скорби, которую должны нести от людей. Теперь видишь, кто каких даров сподобится на земле, кому ангелы прислуживали, как видишь теперь.
– Ты видел… – сказал юноша, – не скорби, но молись Господу Богу.
Когда началась Японская война и началась внутренняя смута, я положил себе за правило каждодневно перед образом Царицы Небесной класть за Государя три поклона. Так шло несколько лет. Кончились уже забастовки и смуты вообще. Вот однажды, придя в церковь, прикладывался к образу Царицы Небесной, и тут же вражеский помысел внушил мне: какая моя молитва, и что мои три поклона? И решил не класть больше их. На другой день по случаю какого-то праздника была всенощная, на которую и я пришел. И вставши, по обычаю, на своем месте, молился. И вот во время шестопсалмия вижу: выходит из алтаря Чудная Жена, но идет не по земле, а по воздуху. Увидев сию Чудную Жену, я сказал: «Смотрите, смотрите», – но видя, что никто не обращает внимания, схватил за плечо рядом стоявшего монаха и говорю: «Неужели, ты не видишь?» Но при этом подумал, как могла появиться эта женщина, и притом выходить из алтаря? Когда я взял за плечо монаха, стоявшего рядом со мною, в это время меня окутал какой-то густой воздух, и я увидел эту Чудную Жену, приближающуюся ко мне. На руке у Нее было некое белое блюдо и на нем ленты разных цветов – белые, голубые и желтые, на них написаны были молитвы – ходатайства Царицы Небесной пред Господом Богом. Одна лента, голубого цвета, лежала чистою, не надписанною. Явившаяся Жена указала перстом на ленту и сказала:
– Ты видишь? Ты говоришь – «велика ли твоя молитва», но она творилась, подвизаемая любовью за Государя, и Я приносила ее как дар своему Сыну и Богу, а ты и столько не захотел молиться. Но знай, что первую молитву каждый человек должен приносить за Государя Императора, и особенно кто из любви к нему молитвы приносит, любезны те молитвы Господу Богу и Мне.