Читаем Моложе с каждым годом. Как дожить до 100 лет бодрым, здоровым и счастливым полностью

Вы должны разобраться, каков идеальный для вас уровень потребления калорий. Как это ни печально, но ваш основной метаболизм, та скорость, с которой ваш организм сжигает калории автоматически, без дополнительных нагрузок, с возрастом стабильно снижается. Отсюда – и от сидячего образа жизни, который ведут пожилые люди в нашем обществе, – все беды, постепенно настигающие вас после сорока. Чтобы похудеть, нормальному американцу в возрасте от 50 до 70 лет требуется снизить дневное потребление примерно до 1500 килокалорий. Уровень до 2000 килокалорий достаточен для поддержания стабильной массы тела. Разберитесь, сколько калорий потребляете в день вы. Найдите какую-нибудь книжку и выясните энергетическую ценность тех продуктов, которые вы наиболее часто едите. Это легче, чем может показаться, потому что все мы едим относительно ограниченный набор блюд. О фруктах, овощах и рыбе не стоит и беспокоиться, поскольку они так малокалорийны, что это можно не считать. Учитывайте только алкогольные напитки, углеводы, мясо и сахар. Точность здесь не важна, просто подсчитайте ориентировочное значение. Ведь именно от того, сколько вы потребляете калорий, зависит ваш вес и все связанные с ним триумфы и поражения. Сколько потребляете… и сколько тратите.

А дальше перед вами открывается очень нужная, но и очень мрачная перспектива: контроль за рационом. Наши соотечественники просто помешаны на размере порций. Предприятия общественного питания изо всех сил продвигают всяческие «двойные» варианты блюд и шведские столы, где можно есть, сколько влезет, так как расходы на это не слишком велики. Зато это может очень дорого стоить вам. Не надо вылизывать тарелку. Не надо есть по-свински и называть это здоровым аппетитом.

Приступы голода

Гарри еще расскажет вам подробно о другом важном моменте, связанном с питанием. Речь идет о том, что ряд продуктов – особенно богатых углеводами и прочими сахарами – вскоре после потребления вызывает возобновление чувства голода. Вы быстрее почувствуете себя голодным после тарелки картофеля фри, чем после миски шпината. Так как этим приступам голода противиться очень сложно, лучше серьезно ограничить (не исключая совсем) потребление этих продуктов. Лично я, когда дело доходит до углеводов, даже не дожидаюсь очередного приступа голода. Я готов есть их до упора. Могу съесть целую французскую булку с маслом, пока не принесут меню. Или целое ведро попкорна. Целую кастрюлю макарон. Жаль, но у меня никогда не возникает желания так же набрасываться на шпинат или треску.

Но даже если ваша сила воли покрепче моей, вы должны максимально ограничить потребление белого хлеба, шлифованного риса, макарон, картошки и сладостей. Эти продукты стоят на самой макушке новой пирамиды с полным на то основанием. Так уж получилось, что жареная картошка, которую я нежно обожаю, заслуживает своего личного круга ада. Она вполне может выполнять роль флагштока на вершине пирамиды. По сути картошка – это углеводы. Но при приготовлении на насыщенных жирах они превращаются в гораздо большее зло. Это поистине пища для Сатаны, хотя на вкус она божественна.

От этого я хочу перейти к тем продуктам, которые настолько вредны, что их следует полностью исключить из рациона. Этот список может быть разным для разных людей. Мой личный диетологический гуру Стивен Галло дал замечательный совет, что делать с пищей, о вреде которой мы знаем, но которую все равно любим: отказаться от нее полностью. Больше всего он любил цитировать мне Джона Драйбреда: «Для того, кто склонен к излишествам, абстиненция легче, чем умеренность». Это лучший диетологический совет, который я знаю. Как вы можете догадаться, в моем случае это значит – никакой жареной картошки. Может быть, и в вашем тоже. А совсем не есть хлеб гораздо проще, чем есть его понемногу. У меня, конечно, случаются срывы, но относительно редко. И я знаю достаточно, чтобы чувствовать себя виноватым!

Откажитесь от фастфуда

Диетология – плохо развитая наука, и мы еще мало что понимаем, однако кое-что ясно даже нам: яркая реклама фастфуда способна завести в очень мрачные места. Мне не хочется до конца жизни мотаться по судам, так что давайте просто взглянем на новую пирамиду питания, а затем – на меню «Макдоналдса», и пусть факты говорят сами за себя. («Макдоналдс» не обязателен, подойдет «Бургер Кинг» и любой другой из множества.) Прежде чем этим заняться, вспомните, что калории имеют значение. Красное мясо, белый хлеб, картофель, сахар и насыщенные жиры вредны. Так значит, «Макдоналдс»… И что мы имеем за светящейся вывеской?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Опасная идея Дарвина: Эволюция и смысл жизни
Опасная идея Дарвина: Эволюция и смысл жизни

Теория эволюции посредством естественного отбора знакома нам со школьной скамьи и, казалось бы, может быть интересна лишь тем, кто увлекается или профессионально занимается биологией. Но, помимо очевидных успехов в объяснении разнообразия живых организмов, у этой теории есть и иные, менее очевидные, но не менее важные следствия. Один из самых известных современных философов, профессор Университета Тафтс (США) Дэниел Деннет показывает, как теория Дарвина меняет наши представления об устройстве мира и о самих себе. Принцип эволюции посредством естественного отбора позволяет объяснить все существующее, не прибегая к высшим целям и мистическим силам. Он демонстрирует рождение порядка из хаоса, смысла из бессмысленности и морали из животных инстинктов. Принцип эволюции – это новый способ мышления, позволяющий понять, как самые возвышенные феномены культуры возникли и развились исключительно в силу биологических способностей. «Опасная» идея Дарвина разрушает представление о человеческой исключительности, но взамен дает людям возможность по-настоящему познать самих себя. Книгу перевела М. Семиколенных, кандидат культурологии, научный сотрудник РХГА.

Дэниел К. Деннетт

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина

Теория эволюции путем естественного отбора вовсе не возникла из ничего и сразу в окончательном виде в голове у Чарльза Дарвина. Идея эволюции в разных своих версиях высказывалась начиная с Античности, и даже процесс естественного отбора, ключевой вклад Дарвина в объяснение происхождения видов, был смутно угадан несколькими предшественниками и современниками великого британца. Один же из этих современников, Альфред Рассел Уоллес, увидел его ничуть не менее ясно, чем сам Дарвин. С тех пор работа над пониманием механизмов эволюции тоже не останавливалась ни на минуту — об этом позаботились многие поколения генетиков и молекулярных биологов.Но яблоки не перестали падать с деревьев, когда Эйнштейн усовершенствовал теорию Ньютона, а живые существа не перестанут эволюционировать, когда кто-то усовершенствует теорию Дарвина (что — внимание, спойлер! — уже произошло). Таким образом, эта книга на самом деле посвящена не происхождению эволюции, но истории наших представлений об эволюции, однако подобное название книги не было бы настолько броским.Ничто из этого ни в коей мере не умаляет заслуги самого Дарвина в объяснении того, как эволюция воздействует на отдельные особи и целые виды. Впервые ознакомившись с этой теорией, сам «бульдог Дарвина» Томас Генри Гексли воскликнул: «Насколько же глупо было не додуматься до этого!» Но задним умом крепок каждый, а стать первым, кто четко сформулирует лежащую, казалось бы, на поверхности мысль, — очень непростая задача. Другое достижение Дарвина состоит в том, что он, в отличие от того же Уоллеса, сумел представить теорию эволюции в виде, доступном для понимания простым смертным. Он, несомненно, заслуживает своей славы первооткрывателя эволюции путем естественного отбора, но мы надеемся, что, прочитав эту книгу, вы согласитесь, что его вклад лишь звено длинной цепи, уходящей одним концом в седую древность и продолжающей коваться и в наше время.Само научное понимание эволюции продолжает эволюционировать по мере того, как мы вступаем в третье десятилетие XXI в. Дарвин и Уоллес были правы относительно роли естественного отбора, но гибкость, связанная с эпигенетическим регулированием экспрессии генов, дает сложным организмам своего рода пространство для маневра на случай катастрофы.

Джон Гриббин , Мэри Гриббин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука
Антирак груди
Антирак груди

Рак груди – непонятная и пугающая тема. Суровые факты шокируют: основная причина смерти женщин от 25 до 75 лет – различные формы рака, и рак молочной железы – один из самых смертоносных. Это современное бедствие уже приобрело характер эпидемии. Но книга «Антирак груди» написана не для того, чтобы вы боялись. Напротив, это история о надежде.Пройдя путь от постановки страшного диагноза к полному выздоровлению, профессор Плант на собственном опыте познала все этапы онкологического лечения, изучила глубинные причины возникновения рака груди и составила программу преодоления и профилактики этого страшного заболевания. Благодаря десяти факторам питания и десяти факторам образа жизни от Джейн Плант ваша жизнь действительно будет в ваших руках.Книга также издавалась под названием «Ваша жизнь в ваших руках. Как понять, победить и предотвратить рак груди и яичников».

Джейн Плант

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Тринадцать вещей, в которых нет ни малейшего смысла
Тринадцать вещей, в которых нет ни малейшего смысла

Нам доступны лишь 4 процента Вселенной — а где остальные 96? Постоянны ли великие постоянные, а если постоянны, то почему они не постоянны? Что за чертовщина творится с жизнью на Марсе? Свобода воли — вещь, конечно, хорошая, правда, беспокоит один вопрос: эта самая «воля» — она чья? И так далее…Майкл Брукс не издевается над здравым смыслом, он лишь доводит этот «здравый смысл» до той грани, где самое интересное как раз и начинается. Великолепная книга, в которой поиск научной истины сближается с авантюризмом, а история научных авантюр оборачивается прогрессом самой науки. Не случайно один из критиков назвал Майкла Брукса «Индианой Джонсом в лабораторном халате».Майкл Брукс — британский ученый, писатель и научный журналист, блистательный популяризатор науки, консультант журнала «Нью сайентист».

Майкл Брукс

Публицистика / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное