Читаем Моложе с каждым годом. Как дожить до 100 лет бодрым, здоровым и счастливым полностью

Отсюда неизбежный вопрос: вообще хоть кто-нибудь знает, о чем говорит? И да, и нет. «Нет», потому что большинство диет абсолютно не одобрено ни учеными, ни медиками. Не потому, что их авторы – тупицы или обманщики (хотя некоторые из них точно), и не потому, что их продвижением занимаются тайные организации фермеров, рестораторов, продажных журналистов и политиканов (хотя такое имеет место). Но главным образом потому, как замечает Гарри, что сегодня мы просто не имеем достаточного количества научных данных о различных продуктах питания и их влиянии на человеческий организм.

Подлинная трудность заключается в том, что каждый кусочек потребляемой вами пищи представляет собой сложнейший комплекс тысяч и тысяч веществ, которые могут взаимодействовать с разными органами миллионами разных путей. Пока еще никто не углублялся в биологию и химию этих взаимодействий настолько, чтобы понять, что реально происходит. Никто даже не знает, возможно ли это хотя бы теоретически. Поэтому и нет ничего удивительного в том, что способы тестирования различных продуктов на их полезность еще никем не разработаны.

Гарри предлагает интересный взгляд на эту проблему. Он говорит о том, как президент Кеннеди в 1961 году принял решение в течение ближайшего десятилетия послать человека на Луну, не останавливаясь ни перед какими затратами. И ему это удалось. Но, говорит Гарри, если бы такое задумал Авраам Линкольн и потратил бы такие же средства, у него бы ничего не вышло. Точно так же, как у Теодора или Франклина Рузвельтов. До Луны невозможно добраться на паровых двигателях; в прошлом для такого проекта просто не было научной базы. Если какой-нибудь президент сегодня задумает решить проблему общенационального ожирения любыми средствами, это будет весьма проблематично. Какие бы деньги ни были в это вложены, результат получить не удастся, потому что не существует еще научного фундамента для возможных разработок.

Но это не означает, что мы должны при этом сидеть и объедаться пиццей и жареным картофелем еще лет двести, пока ученые что-нибудь не придумают. Есть, к примеру, достоверные популяционные исследования, свидетельствующие о том, что исторически сложившийся рацион жителей островов Окинава можно назвать здоровым. Именно на Окинаве была наиболее высокая средняя продолжительность жизни, пока там не распространилась западная схема питания. Лично меня греет то, что средиземноморская кухня также считается достаточно полезной. Для меня она как-то ближе. Много вкусных овощей, оливковое масло, немного мяса и вдосталь красных вин… Я за!

Вам может показаться, что такая оценка чересчур обобщенна, что несколько некорректно утверждать, что целый архипелаг или вся южная Европа ест «хорошую» пищу.

Дабы не вводить в заблуждение заинтересованных лиц, следует признать, что более узкие, более научные популяционные исследования крайне трудно осуществлять. В идеале они должны охватывать большие группы населения и продолжаться (ох!) не меньше десяти лет со сбором данных о конкретных продуктах. Например, о брокколи. Ну и где взять такого человека, который будет десять лет питаться брокколи и вести записи об этом? А кто согласится быть добровольцем для контрольной группы, которая будет есть свою брокколи с крысиным ядом? Так что это дело долгое. И тем не менее того, что нам уже точно известно, достаточно для формулировки ряда правил.

Нет, Вирджиния, калории имеют значение

Вопреки когда-то популярной книге, калории имеют значение. В конечном итоге они – единственное, что имеет значение. С полной уверенностью можно сказать, что толстым становится тот, кто потребляет больше калорий, чем расходует. Тоже мне, новость. И если рассуждать исключительно об ожирении – а не об инфаркте, раке и прочем – не имеет большого значения, каков источник этих калорий. С точки зрения лишнего веса 100 калорий из шпината ничем не лучше 100 калорий из жареной картошки. Помните старинную шутку что тяжелее, тонна перьев или тонна свинца? То же самое и здесь: калории – всегда калории.

Ну ладно, допустим, все-таки не совсем то же самое. Есть такие продукты, на переваривание которых тратится изрядное количество энергии. Например, всяческие аппетитные растительные волокна. И отруби. (По вкусу понятно, не так ли?) Если вы в состоянии, имеет смысл есть их побольше, так как они насыщают вас надолго, пока продолжается их усвоение пищеварительной системой. К тому же в них есть и кое-какие полезные вещества.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Опасная идея Дарвина: Эволюция и смысл жизни
Опасная идея Дарвина: Эволюция и смысл жизни

Теория эволюции посредством естественного отбора знакома нам со школьной скамьи и, казалось бы, может быть интересна лишь тем, кто увлекается или профессионально занимается биологией. Но, помимо очевидных успехов в объяснении разнообразия живых организмов, у этой теории есть и иные, менее очевидные, но не менее важные следствия. Один из самых известных современных философов, профессор Университета Тафтс (США) Дэниел Деннет показывает, как теория Дарвина меняет наши представления об устройстве мира и о самих себе. Принцип эволюции посредством естественного отбора позволяет объяснить все существующее, не прибегая к высшим целям и мистическим силам. Он демонстрирует рождение порядка из хаоса, смысла из бессмысленности и морали из животных инстинктов. Принцип эволюции – это новый способ мышления, позволяющий понять, как самые возвышенные феномены культуры возникли и развились исключительно в силу биологических способностей. «Опасная» идея Дарвина разрушает представление о человеческой исключительности, но взамен дает людям возможность по-настоящему познать самих себя. Книгу перевела М. Семиколенных, кандидат культурологии, научный сотрудник РХГА.

Дэниел К. Деннетт

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина

Теория эволюции путем естественного отбора вовсе не возникла из ничего и сразу в окончательном виде в голове у Чарльза Дарвина. Идея эволюции в разных своих версиях высказывалась начиная с Античности, и даже процесс естественного отбора, ключевой вклад Дарвина в объяснение происхождения видов, был смутно угадан несколькими предшественниками и современниками великого британца. Один же из этих современников, Альфред Рассел Уоллес, увидел его ничуть не менее ясно, чем сам Дарвин. С тех пор работа над пониманием механизмов эволюции тоже не останавливалась ни на минуту — об этом позаботились многие поколения генетиков и молекулярных биологов.Но яблоки не перестали падать с деревьев, когда Эйнштейн усовершенствовал теорию Ньютона, а живые существа не перестанут эволюционировать, когда кто-то усовершенствует теорию Дарвина (что — внимание, спойлер! — уже произошло). Таким образом, эта книга на самом деле посвящена не происхождению эволюции, но истории наших представлений об эволюции, однако подобное название книги не было бы настолько броским.Ничто из этого ни в коей мере не умаляет заслуги самого Дарвина в объяснении того, как эволюция воздействует на отдельные особи и целые виды. Впервые ознакомившись с этой теорией, сам «бульдог Дарвина» Томас Генри Гексли воскликнул: «Насколько же глупо было не додуматься до этого!» Но задним умом крепок каждый, а стать первым, кто четко сформулирует лежащую, казалось бы, на поверхности мысль, — очень непростая задача. Другое достижение Дарвина состоит в том, что он, в отличие от того же Уоллеса, сумел представить теорию эволюции в виде, доступном для понимания простым смертным. Он, несомненно, заслуживает своей славы первооткрывателя эволюции путем естественного отбора, но мы надеемся, что, прочитав эту книгу, вы согласитесь, что его вклад лишь звено длинной цепи, уходящей одним концом в седую древность и продолжающей коваться и в наше время.Само научное понимание эволюции продолжает эволюционировать по мере того, как мы вступаем в третье десятилетие XXI в. Дарвин и Уоллес были правы относительно роли естественного отбора, но гибкость, связанная с эпигенетическим регулированием экспрессии генов, дает сложным организмам своего рода пространство для маневра на случай катастрофы.

Джон Гриббин , Мэри Гриббин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука
Антирак груди
Антирак груди

Рак груди – непонятная и пугающая тема. Суровые факты шокируют: основная причина смерти женщин от 25 до 75 лет – различные формы рака, и рак молочной железы – один из самых смертоносных. Это современное бедствие уже приобрело характер эпидемии. Но книга «Антирак груди» написана не для того, чтобы вы боялись. Напротив, это история о надежде.Пройдя путь от постановки страшного диагноза к полному выздоровлению, профессор Плант на собственном опыте познала все этапы онкологического лечения, изучила глубинные причины возникновения рака груди и составила программу преодоления и профилактики этого страшного заболевания. Благодаря десяти факторам питания и десяти факторам образа жизни от Джейн Плант ваша жизнь действительно будет в ваших руках.Книга также издавалась под названием «Ваша жизнь в ваших руках. Как понять, победить и предотвратить рак груди и яичников».

Джейн Плант

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Тринадцать вещей, в которых нет ни малейшего смысла
Тринадцать вещей, в которых нет ни малейшего смысла

Нам доступны лишь 4 процента Вселенной — а где остальные 96? Постоянны ли великие постоянные, а если постоянны, то почему они не постоянны? Что за чертовщина творится с жизнью на Марсе? Свобода воли — вещь, конечно, хорошая, правда, беспокоит один вопрос: эта самая «воля» — она чья? И так далее…Майкл Брукс не издевается над здравым смыслом, он лишь доводит этот «здравый смысл» до той грани, где самое интересное как раз и начинается. Великолепная книга, в которой поиск научной истины сближается с авантюризмом, а история научных авантюр оборачивается прогрессом самой науки. Не случайно один из критиков назвал Майкла Брукса «Индианой Джонсом в лабораторном халате».Майкл Брукс — британский ученый, писатель и научный журналист, блистательный популяризатор науки, консультант журнала «Нью сайентист».

Майкл Брукс

Публицистика / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное