Ника болтала ногой и медленно потягивала горячий и ароматный напиток, я же поглаживал Графа, который прикрывал глаза и чуть слышно урчал.
– Придется вам, Вероника Матвеевна, переходить на темную сторону, – все же заявил я, даже мысленно не представляя, как можно еще предложить этой девушке то, что крутится на языке.
– В каком это смысле? – прищурила она глаза. И понял, просто не будет.
– Ну как, мы в ответе за тех, кого приручили! – брови Ники полезли выше, а улыбка стала шире. Однако эта поганка делала все, чтобы вытребовать настоящее признание.
– Не понимаю, – и глазами хитрыми невинно хлопает.
– Ну что непонятного, – вздохнул, – вот как теперь Графа одного оставлять? Ему компания нужна. А вдруг командировка?
– И? – надо мной скоро начнут откровенно хохотать.
– Не смогу я без тебя уже, так что предлагаю перейти к самому важному – к твоему переезду в эти чудесные хоромы. Но, предупреждаю сразу, у меня очень неспокойно.
Скосил глаза в сторону колонки, а потом перевел взгляд на пылесос, который въехал в начищенную до блеска кухню.
Ника сделала вид, что думает, даже указательный пальчик к губам приложила.
– Соглашайся, – пробормотала за ее спиной Алиса, – переходи на сторону морозов и льда, с нами летом не жарко!
Девушка рассмеялась, но румянец на щеках выдавал ее волнение.
– Со мной тоже не очень-то и просто: командировки, заседания, задержки на работе, – стала она загибать пальцы, – да и послушной я никогда не была.
– Надо попробовать, – гнул свою линию, – а то не узнаем.
Ника прищурила свои глаза и кивнула, прячась от меня за чашкой. Ну а сам лишь довольно улыбнулся. Как только она перейдет порог моей квартиры, обратной дороги уже точно не будет! Не позволю! Бу-га-га!
– Ты голоден? – Вероника чуть наклонила голову на бок.
– Перекусить можно, а потом… я бы полежал, – добавил, морщась, потому что между лопаток снова стало свербеть.
– Тогда быстро едим, потом я переодеваюсь в твою одежду! Потому что следом по расписанию у нас лечение Романа Юрьевича, а мой костюм мне дорог!
Не стал говорить, что таких, а то и лучше костюмов у Солнцевой может быть куда больше, но промолчал. Такая и обидеться может.
– Тогда пошли переодеваться сразу!
Выдав Нике шорты на завязках и футболку, я вернулся в кухню, чтобы наблюдать за тем, как колдует на моей кухне Вероника Матвеевна. При этом параллельно писал парням в общий чат, которые сегодня были свободны, список всего необходимого для кота.
Что ж, тут я только мог гордиться той, что сейчас заботливо крутилась около меня больного, как потом дула на особенно болезненные участки кожи, когда касалась их зеленой палочкой.
Уже после, когда мы улеглись на кровати, я попросил Нику рассказать о себе.
– Да рассказывать особо нечего!
И спустя час я знал и про ее родителей, которые живут не в нашем городе, и про сестру, с которой девушка давно не виделась. И сделал себе пометку обязательно к ним съездить, как на ноги встану. И про работу. Особенно про нее. И, я ведь далеко не глупый человек, сразу понял, что эта сфера деятельности для нее не просто важна, но и нужна. А это что значит? Буду поддерживать и помогать. Вот как тогда с Сабиной. Кстати про нее я тоже много чего услышал, потому что это дело для Ники было самым сложным.
– Ты молодец, – шепчу, когда понимаю, что глаза сами собой закрываются.
– И ты, – приговаривает Ника, – только таблетку от температуры выпей и засыпай.
Сделал все, как она сказала.
Я даже не проснулся, когда приехал Илья. Не видел, как девушка разговаривала с Алисой и Роджером. Не слышал, как они вместе изучали вопрос по уходу за домашним питомцем.
Только утром почувствовал легкий поцелуй в щеку.
– Завтрак готов, кот накормлен, я на работу.
– Ты ела? – уточнил, отрывая чугунную голову от подушки.
– Само собой! Вечером жди!
– Жду всегда!