К 1903 году становится понятно, что Петербург здесь опаздывает, — тлеет лишь надежда, что войны с Англией не будет. А ее и не будет! Англия начнет битву, бросив в атаку японскую армию и бронированные эскадры флота микадо. Сработав на опережение, на Даунинг–стрит наконец расслабились. Впрочем, хитросплетения и геополитические рокировки на далекую перспективу в Петербурге всегда понимались с трудом. Но усиление флота продолжалось вплоть до самого начала войны.
Последним большим кораблем Российской империи и ее весомым аргументом в пользу мира (как тогда казалось) стал броненосец, не имевший аналогов по ряду характеристик как в России, так и в мире. Именно он послужил прототипом для самой большой серии отечественных кораблей этого класса И только он, единственный из погибших и сдавшихся в будущей войне собратьев, вернется на родину под Андреевским флагом.
Эскадренный броненосец «Цесаревич» 19 ноября 1903 года под гром салюта эскадры бросил свои семитонные якоря в гавани Порт–Артура С ним пришел и собрат по стране, давшей им жизнь, крейсер «Баян». Империя ставила японцам мат! Российский флот с приходом «Цесаревича» мог брать море «с боя», имея семь исполинов. Решатся ли японцы бросить вызов — у них в Сасебо дремлют под неусыпным оком брандвахты шесть гигантов, но «последний русский» превосходит любого из них!
Это был действительно великолепный корабль. «Цесаревич» воплощал в себе самые передовые, инновационные идеи своего времени, став венцом эпохи брони и пара. Когда в апреле 1898 года Морской технический комитет разослал технические задания российским и иностранным заводам на разработку проекта броненосцев примерным водоизмещением 12 тысяч тонн, победителями оказались французы и американцы. Комитет не тянул и выдал заказ. Такое рвение диктовалось и наличием весомых кредитов. Париж щедро субсидировал постройку шести русских кораблей. Разумеется, это был и политический демарш — Франция начинала сближение с Россией в противовес крепнущей и пугающей своей мощью Германии.
Так российский флот получил два современных броненосца, построенных за рубежом: в американской Филадельфии заложили казематный «Ретвизан», а во французском Тулоне — башенный «Цесаревич», где уже строился и крейсер «Баян». За основу проекта последнего броненосца был взят французский бронеуродец (глядя на него, точнее не скажешь) «Жорегиберри». Это детище инженера А. Лаганя так в свое время поразило русских специалистов, что уже первая серия кораблей для нужд Дальнего Востока (тип «Полтава»), бронируясь по английской системе, вооружалась с оглядкой на передовой опыт французского кораблестроителя. Являясь продолжателем школы и традиций талантливого конструктора Дюпюи де Лома, чьи шедевры сражались под Севастополем в Крымскую войну, Лагань создавал корабли размашисто и смело до авантюризма Так пьют портовую марсалу и любят женщин. Одним словом — по–французски. Морской комитет уже имел опыт сотрудничества с великим «морским экспрессионистом». К тому же общество «Форж и Шантье де ля Медитерране», основанное еще в 1835 году, строило свои суда качественно и быстро. Морской комитет внес в проект ряд изменений, иначе (в оригинальном, французском варианте) броненосец мало чем отличался бы от корабля–гоблина типа «Массена» или «Жорегиберри».