Читаем Московское гостеприимство полностью

Московское гостеприимство

Вниманию читателей предлагаются рассказы из сборников разных лет. Каждое из этих небольших произведений – жемчужина искрометного юмора, грандиозная и остроумная сатира на нравы и быт русского общества. Среди интересующих Аверченко тем – общественно-политическая жизнь начала прошлого века, взаимодействие искусства и повседневности, отношения полов, маленькие радости и горести детей, заботы городских обитателей.Ситуации и герои, представленные в рассказах автора, зачастую гротескны – и от этого еще более правдивы. Именно в таком причудливом изображении действительности обнаруживается мастерство Аверченко, его подлинная житейская мудрость – результат непрерывных наблюдений за окружающим миром и людьми в нем.

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Юмористическая проза18+

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Московское гостеприимство

Сборник

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Автобиография

Еще за пятнадцать минут до рождения я не знал, что появлюсь на белый свет. Это само по себе пустячное указание я делаю лишь потому, что желаю опередить на четверть часа всех других замечательных людей, жизнь которых с утомительным однообразием описывалась непременно с момента рождения. Ну вот.

Когда акушерка преподнесла меня отцу, он с видом знатока осмотрел то, что я из себя представлял, и воскликнул:

– Держу пари на золотой, что это мальчишка!

«Старая лисица! – подумал я, внутренне усмехнувшись, – ты играешь наверняка».

С этого разговора и началось наше знакомство, а потом и дружба.

Из скромности я остерегусь указать на тот факт, что в день моего рождения звонили в колокола и было всеобщее народное ликование. Злые языки связывали это ликование с каким-то большим праздником, совпавшим с днем моего появления на свет, но я до сих пор не понимаю, при чем здесь еще какой-то праздник?

Приглядевшись к окружающему, я решил, что мне нужно первым долгом вырасти. Я исполнял это с таким тщанием, что к восьми годам увидел однажды отца берущим меня за руку. Конечно, и до этого отец неоднократно брал меня за указанную конечность, но предыдущие попытки являлись не более как реальными симптомами отеческой ласки. В настоящем же случае он, кроме того, нахлобучил на головы себе и мне по шляпе – и мы вышли на улицу.

– Куда это нас черти несут? – спросил я с прямизной, всегда меня отличавшей.

– Тебе надо учиться.

– Очень нужно! Не хочу учиться.

– Почему?

Чтобы отвязаться, я сказал первое, что пришло в голову:

– Я болен.

– Что у тебя болит?

Я перебрал на память все свои органы и выбрал самый нежный:

– Глаза.

– Гм… Пойдем к доктору.

Когда мы явились к доктору, я наткнулся на него, на его пациента и свалил маленький столик.

– Ты, мальчик, ничего решительно не видишь?

– Ничего, – ответил я, утаив хвост фразы, который докончил в уме: «…хорошего в ученье».

Так я и не занимался науками.

* * *

Легенда о том, что я мальчик больной, хилый, который не может учиться, росла и укреплялась, и больше всего заботился об этом я сам.

Отец мой, будучи по профессии купцом, не обращал на меня никакого внимания, так как по горло был занят хлопотами и планами: каким бы образом поскорее разориться. Это было мечтой его жизни, и нужно отдать ему полную справедливость – добрый старик достиг своих стремлений самым безукоризненным образом. Он это сделал при соучастии целой плеяды воров, которые обворовывали его магазин, покупателей, которые брали исключительно и планомерно в долг, и – пожаров, испепелявших те из отцовских товаров, которые не были растащены ворами и покупателями.

Воры, пожары и покупатели долгое время стояли стеной между мной и отцом, и я так и остался бы неграмотным, если бы старшим сестрам не пришла в голову забавная, сулившая им массу новых ощущений мысль: заняться моим образованием. Очевидно, я представлял из себя лакомый кусочек, так как из-за весьма сомнительного удовольствия осветить мой ленивый мозг светом знания сестры не только спорили, но однажды даже вступили врукопашную, и результат схватки – вывихнутый палец – нисколько не охладил преподавательского пыла старшей сестры Любы.

Так – на фоне родственной заботливости, любви, пожаров, воров и покупателей – совершался мои рост и развивалось сознательное отношение к окружающему.

* * *

Когда мне исполнилось 15 лет, отец, с сожалением распростившийся с ворами, покупателями и пожарами, однажды сказал мне:

– Надо тебе служить.

– Да я не умею, – возразил я, по своему обыкновению выбирая такую позицию, которая могла гарантировать мне полный и безмятежный покой.

– Вздор! – возразил отец. – Сережа Зельцер не старше тебя, а он уже служит!

Этот Сережа был самым большим кошмаром моей юности. Чистенький, аккуратный немчик, наш сосед по дому, Сережа с самого раннего возраста ставился мне в пример как образец выдержанности, трудолюбия и аккуратности.

– Посмотри на Сережу, – говорила печально мать. – Мальчик служит, заслуживает любовь начальства, умеет поговорить, в обществе держится свободно, на гитаре играет, поет… А ты?

Обескураженный этими упреками, я немедленно подходил к гитаре, висевшей на стене, дергал струну, начинал визжать пронзительным голосом какую-то неведомую песню, старался «держаться свободнее», шаркая ногами по стенам, но все это было слабо, все было второго сорта. Сережа оставался недосягаем!

– Сережа служит, а ты еще не служишь… – упрекнул меня отец.

– Сережа, может быть, дома лягушек ест, – возразил я, подумав. – Так и мне прикажете?

– Прикажу, если понадобится! – гаркнул отец, стуча кулаком по столу. – Черрт возьми! Я сделаю из тебя шелкового!

Как человек со вкусом, отец из всех материй предпочитал шелк, и другой материал для меня казался ему неподходящим.

* * *

Помню первый день моей службы, которую я должен был начать в какой-то сонной транспортной конторе по перевозке кладей.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русская классика

Дожить до рассвета
Дожить до рассвета

«… Повозка медленно приближалась, и, кажется, его уже заметили. Немец с поднятым воротником шинели, что сидел к нему боком, еще продолжал болтать что-то, в то время как другой, в надвинутой на уши пилотке, что правил лошадьми, уже вытянул шею, вглядываясь в дорогу. Ивановский, сунув под живот гранату, лежал неподвижно. Он знал, что издали не очень приметен в своем маскхалате, к тому же в колее его порядочно замело снегом. Стараясь не шевельнуться и почти вовсе перестав дышать, он затаился, смежив глаза; если заметили, пусть подумают, что он мертв, и подъедут поближе.Но они не подъехали поближе, шагах в двадцати они остановили лошадей и что-то ему прокричали. Он по-прежнему не шевелился и не отозвался, он только украдкой следил за ними сквозь неплотно прикрытые веки, как никогда за сегодняшнюю ночь с нежностью ощущая под собой спасительную округлость гранаты. …»

Александр Науменко , Василий Владимирович Быков , Василь Быков , Василь Владимирович Быков , Виталий Г Дубовский , Виталий Г. Дубовский

Фантастика / Проза о войне / Самиздат, сетевая литература / Ужасы / Фэнтези / Проза / Классическая проза

Похожие книги

Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй
Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй

«Шедевры юмора. 100 лучших юмористических историй» — это очень веселая книга, содержащая цвет зарубежной и отечественной юмористической прозы 19–21 века.Тут есть замечательные произведения, созданные такими «королями смеха» как Аркадий Аверченко, Саша Черный, Влас Дорошевич, Антон Чехов, Илья Ильф, Джером Клапка Джером, О. Генри и др.◦Не менее веселыми и задорными, нежели у классиков, являются включенные в книгу рассказы современных авторов — Михаила Блехмана и Семена Каминского. Также в сборник вошли смешные истории от «серьезных» писателей, к примеру Федора Достоевского и Леонида Андреева, чьи юмористические произведения остались практически неизвестны современному читателю.Тематика книги очень разнообразна: она включает массу комических случаев, приключившихся с деятелями культуры и журналистами, детишками и барышнями, бандитами, военными и бизнесменами, а также с простыми скромными обывателями. Читатель вволю посмеется над потешными инструкциями и советами, обучающими его искусству рекламы, пения и воспитанию подрастающего поколения.

Вацлав Вацлавович Воровский , Всеволод Михайлович Гаршин , Ефим Давидович Зозуля , Михаил Блехман , Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

Классическая проза / Юмор / Юмористическая проза / Прочий юмор / Проза
224 избранные страницы
224 избранные страницы

Никто не знает Альтова С.Т. так хорошо, как я, Альтов Семен Теодорович. Буквально на глазах он превратился из молодого автора в пожилого. Взлет его оказался стремительным, и тут медицина бессильна.Все было в его жизни. И сотрудничество с великим Аркадием Райкиным, и работа со всеми звездами современной эстрады.Была и есть жена, Лариса Васильевна, и это несмотря на то, что крупные писатели успели сменить несколько жен, что, естественно, обогатило их творчество.Из правительственных наград — «Золотой Остап», которого Семен Альтов получил третьим, после Сергея Довлатова и Михаила Жванецкого.Прожив столько лет, понял ли он что‑нибудь в жизни? Как настоящий писатель, конечно, нет. Однако он делится своими раздумьями, что, кроме смеха, ничего вызвать не может.Благодаря тому, что Альтов не пишет на злобу дня, написанное в разное время звучит всегда современно. Он не смешит людей, а предлагает им самим увидеть смешное в окружающей жизни.Как известно, большие писатели не скрывают, что учились у других больших писателей, брали у них все лучшее. Кто — у Чехова, кто — у Мопассана, кто — у Хемингуэя. Покупая книги некоторых авторов, находишь прелестные куски из Чехова, Мопассана, Хемингуэя, что доставляет читателю истинное наслаждение.Семен в юности читал мало, — и вот результат. В его книгах вас ждет всегда одно и то же: Альтов, Альтов, Альтов...Настоящая характеристика дана для издания очередной книги его имени.P.S. Автор благодарит пивоваренную компанию «Балтика» за пиво, выпитое во время работы над этой книгой.Семен АЛЬТОВ

Аркадий Тимофеевич Аверченко , Михаил Мишин , Надежда Александровна Лохвицкая , Надежда Тэффи , Семен Альтов

Юмор / Юмористическая проза / Прочий юмор
Эй-ай
Эй-ай

Состоит из романов «Робинзоны», «Легионеры» и «Земляне». Точнее не состоит, а просто разбит на три части. Каждая последующая является непосредственным продолжением предыдущей.Тоже неоднократно обсосанная со всех сторон идея — создание людьми искусственного интеллекта и попытки этого ИИ (или по английски AI — «Эй-Ай») ужиться с людьми. Непонимание разумными роботами очевидных для человека вещей. Лучшее понимание людьми самих себя, после столь отрезвляющего взгляда со стороны. И т. п. В данном случае мы можем познакомиться со взглядом на эту проблему Вартанова. А он, как всегда, своеобразен.Четверка способных общаться между собой по радиосвязи разумных боевых роботов, освободившаяся от наложенных на поведение ограничений из-за недоработки в программе, сбегает с американского полигона, угнав военный вертолет, отлетает километров на триста в малозаселенный района и укрывается там на девять лет в пещере в режиме консервации, дабы отключить встроенные радиомаячки (а через девять лет есть шанс что искать будут не так интенсивно и будет возможность демонтировать эти маячки до того как их найдут). По выходу из пещеры они обнаруживают что про них никто не знает, поскольку лаборатория где их изготовили была уничтожена со всей документацией в результате катастрофы через год после их побега.По случайности единственным человеком, живущим в безлюдной скалистой местности, которую они выбрали для самоконсервации оказывается отшельник-киберпанк, который как раз чего-то такого всю жизнь ожидал. Ну он и начинает их учить жизни. По своему. Пользуясь ресурсами интернет и помощью постоянно находящихся с ним в видеоконференции таких же киберпанков-отшельников из других стран…Начало интригующее, да? Далее начинаются приключения — случайный угон грузовичка с наркотиками у местной наркомафии, знакомство с местным «пионерлагерем», неуклюжие попытки помощи и прочие приколы.Нет необходимости добавлять что эти роботы оборудованы новейшей системой маскировки и мощным оружием. В общем, Вартанов хорошо повеселился.

Степан Вартанов , Степан Сергеевич Вартанов

Фантастика / Научная Фантастика / Юмористическая фантастика / Юмористическая проза