- Сокурсницы. И они не милые. Я сейчас тебе покажу милых, - отозвалась сестра, нажимая на кнопку. Изображения стали меняться для короткого просмотра. Её изящные тонкие руки взяли тяжелую бутылку. По мере того, как она тщательно рассматривала этикетку, нижняя челюсть сама собой приоткрылась.
- Не знала, что такое шампанское ещё есть… Читала как-то историческую книгу, там такое название упоминалось. Оно тогда считалось элитным. Это, наверное, стоит много денег?
Виталик протянул ей кружку. Улыбнулся.
- Я получил деньги за семь месяцев, плюс отпускные, плюс комиссионные, плюс…
- Глупо было их тратить все на шампанское! - Рут осторожно отхлебнула. Смутилась. Поправила платье, закрывая голую коленку. - Дорогое?..
Брат пожал плечом.
- Сто тридцать.
- Ого.
- За бутылку.
- О. - Глаза у Рут расширились. - И тебе не жалко? Это почти девять моих месячных стипендий за четыре шипучки… Ты странный. Я тебя по-новому оценила.
Виталик прикрыл глаза что-то считая, спросил искренне удивляясь:
- С каких пор студенты получают как капитаны рудниковых барж?
- Не поняла тебя?..
- Чего непонятного? Девять стипендий. Сто тридцать умножить на четыре – это пятьсот двадцать тысяч. Мой заработок со всеми комиссионными и премиями за семь месяцев.
Рут заморгала глазами:
- Ты хочешь сказать, что купил четыре бутылки шампанского за полмиллиона?!! Четыре шипучки за полмиллиона?..
Виталик хотел признаться, что купил два ящика, но во время остановился:
- А, что? Не пойму, что не так? Я продешевил? Или наоборот, переплатил? Ты в этом разбираешься?
Рут промолчала.
- Ты странный.
- Разве? – Виталик сделал паузу и, поняв, что допустил оплошность, попытался всё исправить. – Да я пошутил!! Какие полмиллиона? Что я со всем больной. Мне бы на квартиру накопить и осесть в каком-нибудь тихом городке.
Рут рассмеялась.
- А, я поверила!! Мне показалось, что ты такой искренний!! Говоришь: квартира в тихом месте? Хи-хи. Небось, прогуляешь все деньги на ближайшей базе? Знаю, я вас мужчин!!
- Там куда я собираюсь, баз нет и деньги не нужны…
- Опять?! - ужаснулась Рут. - Опять далеко?! И куда?..
- Секретная экспедиция. Три нуля. Мама, конечно же, об этом знать не должна. Договорились?
Рут кивнула и неожиданно всплакнула.
- Как жалко…
Компьютер беззвучно работал. Виталик рассматривал яркие изображения. Вот уже кадров тридцать Рут была в паре с молодым человеком. Странно, не проходило чувство, что чего-то не хватает. Шампанское прояснило мозги: парень был без формы. Виталик попытался вспомнить, где учится Рут и не смог. А может она работала? Сколько прошло времени?! Нервозная вспышка быстро прошла. Мозг успокоился. В шестнадцать лет можно служить в армии, а работать на производстве - нет.
Сестра говорила о какой-то стипендии. Сейчас она постепенно успокаивалась, переставая плакать. Рут смотрела на него красными глазами и из них струилась печальная безнадежная грусть. Жалость по космонавту. Необычно. Это же сейчас, как разменная монета. Чего жалеть то?
- Тебе меня действительно жалко? Я сам выбрал свою жизнь. Куда идти еще нормальному мужику. Только космос и остается. - с некоторым сомнением в голосе спросил Костров. – Я другой жизни не знаю.
- Мужик. – протянула Рут. – Я жалею тебя, как брата, который выбрал космос. Ты так много пьёшь…Ты такой много характерный. Ртутный. Живой. И сам себя убиваешь этим космосом. И мне жалко, что ты, чем –то подавлен. Я вижу. Я чувствую. Но я восхищаюсь тобой в тоже время и ничего поделать не могу! Понимаю, что сама себе противоречу! Но это здорово, что у меня есть такой брат. Ты - герой. Орденоносец. О тебе так много писали. Мама до сих пор рассказывает всем, как ты уничтожил два корабля викингов, командуя матросами пассажирского лайнера, не имея на борту торпедных установок, пушек… Ничего не имея!! Два боевых корабля уничтожить на пассажирском лайнере! Ты же был обречен. Как такое возможно?!
- Много наговорила. Спасибо. Тронут. По той историю всё врут. Я никакой не герой. На меня тогда такую коллективную жалобу написали пассажиры, что я мог вылететь с армии не хуже этой пробки. – Виталик кивнул на шампанское. - Не знаю, кто и замял – на каком уровне. А в войне главное маневры. Меня же этому учили и в корпусе и в жизни. И тогда мне просто повезло.
Рут не слышала, упоенно продолжая:
- А, наш папа? Папа! Ты вдумайся только в это слово!! Папа гордится тобой. Он в космосе тридцать лет, но у него нет медали «Освоение космоса». Правда, после того, как тебя из пассажирского флота перевели в транспортный, он тебя не понял.
- Мы не выбираем, где служить. Есть приказы.
- Это блеф. Я слышала, как он говорил маме, что перед тобой все двери открыты, а ты губишь карьеру, сам выбирая транспортный флот. Сам. Папа маму успокаивал только тем, что у тебя какая-то сложная стратегия в карьере и очень хотел с тобой поговорить на эту тему.
- Так я, что раскрыт? – Виталик улыбнулся. Рут не поддержала. Нахмурилась, продолжая: