Читаем Музыка на Титанике полностью

Ангелы порхают, в том числе и хранители,там, где восполнители утрат, исполнителисамых смертельных номеров,просто говорят: будь-здоров —будь-здоров-не-кашляй-не-ходи-по-воде,не-пиши-стихов-и-не-читай-их-нигде,уничтожь-все-ручки-и-все-карандаши,не-греши-а-если-вдруг-грешишь-то-греши.У них, у исполнителей смертельных номеров,множество всяких изумительных даров:вот тебе развилка, вот тебе мосток,вот тебе белка, вот тебе свисток,вот тебе свалка, вот тебе верстак,если что делаешь, делай не так,не ходи по кромке, не рискуй головой,ешь побольше фруктов, оставайся живой!У них, у восполнителей всяческих утрат,здесь, на белом свете, немного отрад:если взгляд соборующего не суровда у Богородицы есть новый покров.Однова рождаемся, живём однова,однова уходим, оставляя слова:будь-здоров-не-кашляй-не-ходи-по-воде…Да святится имя Ваше – здесь и везде.

«Оно-то ведь и держит на плаву…»

Оно-то ведь и держит на плаву,что я пишу слова: не жизнь живу —слова пишу, пишу о чём придётся,как писарь полковой без полководца.Он просто пишет разные словадля поддержанья навыка – едваживого, глядя в небо голубое,поскольку пусто, пусто поле бояи после слов «Мы все здесь полегли»уже ни слова не поднять с земли.Он пишет – он не плачет, не скорбит,он пишет потому, что не убит,он пишет скоро и остервенело,он пишет потому, что есть чернила —они бурлят, они ещё бурлят,и достаёт до неба праздный взгляд,оттуда слово, словно плод, снимая —уже ни для кого, уже немое.Он пишет, чтобы не прервблась весть:я, дескать, здесь, я, дескать, ещё есть —и буду быть, и будут взятки гладки,покуда слово не застрянет в глоткеи, перекрыв воздушную струюпоследнему живому самураю,не прекратит чумную весть мою.И я пишу слова и умираю.

«А ещё тебе скажу я…»

А ещё тебе скажу я,только нет тебя давно,что сказала ворожея —полудетская строка:мол, придёт такое время,говорила ворожея,что уже не докричишьсяв облака.Мол, придёт такое время,что ни вздумать, ни взгадать, —жизнь мою опережая,говорила ворожея,предрекала перемены,убеждала погодить,насыпбла мне в карманыупредительных камней:чтобы я остановился,чтобы сделался смирней.Ты куда, куда, скаженный,ты куда, куда, блаженный,ты куда из этих дней,говорила ворожея,кулачками угрожаято ли тучке на груди,то ли точке впереди.

«Все стихи однажды уже были…»

Все стихи однажды уже были.

Ю. Левитанский
Перейти на страницу:

Все книги серии Поэтическая библиотека

Вариации на тему: Избранные стихотворения и поэмы
Вариации на тему: Избранные стихотворения и поэмы

В новую книгу одного из наиболее заметных поэтов русского зарубежья Андрея Грицмана вошли стихотворения и поэмы последних двух десятилетий. Многие из них опубликованы в журналах «Октябрь», «Новый мир», «Арион», «Вестник Европы», других периодических изданиях и антологиях. Андрей Грицман пишет на русском и на английском. Стихи и эссе публикуются в американской, британской и ирландской периодике, переведены на несколько европейских языков. Стихи для него – не литература, не литературный процесс, а «исповедь души», он свободно и естественно рассказывает о своей судьбе на языке искусства. «Поэтому стихи Грицмана иной раз кажутся то дневниковыми записями, то монологами отшельника… Это поэзия вне среды и вне времени» (Марина Гарбер).

Андрей Юрьевич Грицман

Поэзия / Стихи и поэзия
Новые письма счастья
Новые письма счастья

Свои стихотворные фельетоны Дмитрий Быков не спроста назвал письмами счастья. Есть полное впечатление, что он сам испытывает незамутненное блаженство, рифмуя ЧП с ВВП или укладывая в поэтическую строку мадагаскарские имена Ражуелина и Равалуманан. А читатель счастлив от ощущения сиюминутности, почти экспромта, с которым поэт справляется играючи. Игра у поэта идет небезопасная – не потому, что «кровавый режим» закует его в кандалы за зубоскальство. А потому, что от сатирика и юмориста читатель начинает ждать непременно смешного, непременно уморительного. Дмитрий же Быков – большой и серьезный писатель, которого пока хватает на все: и на романы, и на стихи, и на эссе, и на газетные колонки. И, да, на письма счастья – их опять набралось на целую книгу. Серьезнейший, между прочим, жанр.

Дмитрий Львович Быков

Юмористические стихи, басни / Юмор / Юмористические стихи

Похожие книги

Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Фантастика / Поэзия / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия
Маршал
Маршал

Роман Канты Ибрагимова «Маршал» – это эпическое произведение, развертывающееся во времени с 1944 года до практически наших дней. За этот период произошли депортация чеченцев в Среднюю Азию, их возвращение на родину после смерти Сталина, распад Советского Союза и две чеченских войны. Автор смело и мастерски показывает, как эти события отразились в жизни его одноклассника Тоты Болотаева, главного героя книги. Отдельной линией выступает повествование о танце лезгинка, которому Тота дает название «Маршал» и который он исполняет, несмотря на все невзгоды и испытания судьбы. Помимо того, что Канта Ибрагимов является автором девяти романов и лауреатом Государственной премии РФ в области литературы и искусства, он – доктор экономических наук, профессор, автор многих научных трудов, среди которых титаническая работа «Академик Петр Захаров» о выдающемся русском художнике-портретисте XIX в.

Канта Ибрагимов , Канта Хамзатович Ибрагимов , Михаил Алексеевич Ланцов , Николай Викторович Игнатков

Поэзия / Историческая проза / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Историческая литература