Читаем Мы из Кронштадта. Подотдел коммунхоза по очистке от бродячих морфов - продолжение полностью

- И что, не смущало, что наша элита все время этой страной недовольна и так ненавидит Достоевского, что он ее вывел в виде лакея Смердякова? И в его время то же самое было - холуйствовали перед европейцами, лебезили коленопреклоненно. И уж сколько раз им европсы в морду плевали и сапогом пихали - а восторженность эта идиотская осталась.

- Психология - сложная штука... - замечаю я. Ну да - показатель жизненного уровня наших элитариев был прост - нет дома в Лондоне или Париже - значит лох. Но этому явлению много лет. Задолго до революции уже было. И в Петербурге был сверхэлитарный Английский клуб, куда рвались вступить наши дворяне, а в Лондоне не было Русского клуба, в который бы ломились аглицкие лорды... Но разговор укатывает внезапно в иную плоскость.

- Так я не о психологии, куда мне в высокие материи. Я строго о бизнесе - говорит мастер - водитель странное.

- Не уловил соль - поднимаю я удивленно брови. Не сразу понял сказанное даже.

- Просто все - я о том, что патриотизм - отличный прибыльный бизнес. И сейчас самое время это понять ширнармассам. Чтоб новая наша илита не бегала по старым граблям - не моргнув глазом выдает Семен Семеныч.

- Вот вы сказанули! При чем тут бизнес?

- В самом прямом отношении.

- Я вас умоляю! От этого казенного патриотизма не продохнуть было, что в СССР, что потом, после него. Аж тошнило от поделия всякого такого. Какой уж тут бизнес! Разве что попилы бабла из бюджета, что отпускался на эту ура-патриотическую халтуру.

- А вы кушали тухлый патриотизм. Точнее, вам его скармливали, чтобы вы считали, что быть патриотом - гадость непотребная. Так можно из любого деликатеса сделать тухлятину. И вот уже вы считаете, что осетрина - например, гадость несъедобная. А она всего-то - навсего просто второй свежести. То есть тухлая. А вы уже и слышать о ней не хотите, и будете смеяться над любым человеком, который ел свежую и говорит уверенно, что это - настоящий деликатес. Вы ели осетрину, кстати? - усмехается Семен Семеныч.

- Ел. В Астрахани. И свежую и копченую. Но про патриотизм неясно все же.

- Чего неясно-то? Патриотизм - тот же товар. И если он хорошего качества - его все будут покупать с восторгом. И свои - и особенно - чужие народы. И вот уже мир разговаривает на английском, например. Не прикидывали, какая это выгода? Когда твой язык и твоя валюта - международны? Не видели, как за вагон нарезаных зеленых бумажек можно покупать любую чужую элиту и целые страны? На глазах же все происходило! И жить в Майами и в Лондоне офигенно престижно для московских элитариев, которые так приобщаются к Светочу. При том, что для Светоча они - привычные папуасские царьки, которых за столетия колонизаторы научились обдирать как липу. Меняя одних на других, как рваные одноразовые предметы, работа поставлена, как на конвейере. Попользовали - и в помойку. Сам-то Светоч не считает престижным скупать дома в Москве или там Крыму. Когда твоя культура раскупается нарасхват и потому давит к чертовой матери все соседние культуры напрочь? Читали про эксперимент?

- Про какой- спрашиваю я.

- Заменяли утку на жестяной каркас и утята уже рождаясь и видя первым делом не маму, а жестяной этот каркас считали именно железяку мамой? А утку игнорируя, невзирая на все ее старания? - оживленно блестит глазами мой собеседник.

- Читал. Но это с многими детенышами похоже.

Так и с человеками ровно тоже, перед Бедой себя патриотами Америки, Англии и прочего зарубежья сколько нашего вроде народу всерьез считало? Искренне ненавидя всю эту грязную и гнусную Рашку. И в итоге они как раз - как мой тот знакомец, Наполеон. И жизнь не своя и культура не своя и в итоге херня позорная. Жили, только для того, чтобы на этой их дури нажились продавцы чужого патриотизма.

- Вы так говорите, словно этот самый патриотизм - тяжелый наркотик - хмыкаю в ответ. Но мне кажется, что смысл в словах есть.

- Именно. Чужой патриотизм - очень токсичная вещь. И редко кто ухитряется удержаться под воздействием, наоборот, создав свое. И таких наций раз-два и обчелся. Давление же колоссальное. Но, к примеру японцы свое удержали - и гордятся нелепыми гейшами, саке и самураями. Всерьез гордятся сами и это заставляет нетвердые умы верить чуши.

- Ну да, у нас-то это шлюхи, водка и гопники...

Перейти на страницу:

Все книги серии Ночная смена (Берг)

Остров живых
Остров живых

«Обычный зомби медлителен, туповат и опасен только для безоружного и растерявшегося человека, находящегося в ограниченном пространстве. Таких зомби называют «сонные». Отведавший любого мяса становится сообразительнее, быстрее и представляет собой проблему даже для владеющих оружием живых. Называются такие шустрые зомби «проснувшиеся». Но хуже всего те из умертвий, которые смогли добраться до живого, необращенного мяса особи своего вида. Они изменяются даже внешне, приобретая новые возможности, интеллект их возрастает, но все это: мощь, скорость, хитрость – используется только для убийства живых. Получающиеся после морфирования образцы – их называют «некроморфы» – крайне опасны и могут быть нейтрализованы только специальными группами, уполномоченными руководством для такой работы…»Учебник «Основы безопасности жизнедеятельности» (раздел «Зомбология», глава 1)«Но выжившие люди, утратившие человеческое в себе, страшнее любого морфа. Запомните это, дети».

Николай Берг

Фантастика / Боевая фантастика / Постапокалипсис
Остров живых
Остров живых

«Обычный зомби медлителен, туповат и опасен только для безоружного и растерявшегося человека, находящегося в ограниченном пространстве. Таких зомби называют «сонные». Отведавший любого мяса становится сообразительнее, быстрее и представляет собой проблему даже для владеющих оружием живых. Называются такие шустрые зомби «проснувшиеся». Но хуже всего те из умертвий, которые смогли добраться до живого, необращенного мяса особи своего вида. Они изменяются даже внешне, приобретая новые возможности, интеллект их возрастает, но все это: мощь, скорость, хитрость – используется только для убийства живых. Получающиеся после морфирования образцы – их называют «некроморфы» – крайне опасны и могут быть нейтрализованы только специальными группами, уполномоченными руководством для такой работы…»Учебник «Основы безопасности жизнедеятельности» (раздел «Зомбология», глава 1)«Но выжившие люди, утратившие человеческое в себе, страшнее любого морфа. Запомните это, дети».

Николай Берг

Фантастика / Боевая фантастика / Постапокалипсис

Похожие книги