Читаем Мы из Кронштадта. Подотдел очистки коммунхоза полностью

– Вот, а потом кладете сюда стружку и опилки, укладываете рыбу на сетку, задвигаете крышку и ставите на любой огонь – хоть на угли. Хоть на газовую плиту. Или на костер тоже можно – вразумляет меня Хиросима.

Бррррр. Нет, не выходит слушать сразу всех. Ладно, майора я еще поспрашаю. Пока мне и без маузера оружия хватает, а вот коптильня поважнее будет.

Оказывается все настолько просто, что удивительно – разве что стружки-опилки, ветки, что под сетку с рыбой сыплются, не должны быть березовыми или хвойными – вкус испортишь, а нужны сугубо ольховые или от фруктовых деревьев. Круглолицая как раз утверждает, что лучше всего яблоневые, а Хиросима горой стоит за ольховые. А так засыпал на дно опилки, положил сетку с рыбкой сверху, задвинул крышкой – и через полчаса-час уже и готово, никакой возни, даже такой как с шашлыками. Опилки эти не горят, воздуха для этого нет, а дымят и обугливаются. Вот в дымном жару рыбка и печется-коптится. Надо же. Действительно на первый взгляд – раз плюнуть.

– РПК я вообще-то люблю. (Тут майор ставит на сошки наш дегтяревский ручник) К сожалению, самый хреновый аппарат для стрельбы патроном образца 43-го – легендарный АК -АКМ. Нет, он замечательный, не даром его по миру миллионов 50 ходит. Но СКС и РПК стреляют лучше. А РПД вообще мечта. Вот, полюбуйтесь

Мальчишки и вожатый любуются.

– СКС – это старый симоновский карабин? Еще штык у него не снимается, так? – уточняет однорукий

– Он самый. Ну, СКС не катит, если очередями надо обязательно колотить. А если не обязательно, очень выгодная штука. Обоймов к нему набрать можно кучу, не весят ничего, а к бою готовы. А к калашу только рожки и россыпь. Рожки весят много, а россыпь к бою не готова. Самый мастодонтский боекомплект стрелка 300 патронов в рожках – 10 штук – ужос кошмарный – отвечает майор.

– Так, а пулемет чем хорош-то – старательно пытается вникнуть в мужские премудрости та девушка, что внимательно слушает вместе с парнями.

– А пулеметы всем хороши, кроме веса и габарита. Да не больно-то напрягает эта разница. У РПК ствол солидный, к точной стрельбе располагает. Если оптику присобачить, можно врагов погонять очень неслабо. А РПД единственный, кто этим патроном с ленты питается.

Майор раскладывает рожки, в том числе и пару длиннющих от РПК, показывает банку от РПД, ленту.

– И чем лента так уж хороша? – задает опять же достаточно детский вопрос девочка.

Шпанистый парень начинает ржать. Глядя на него, начинают смеяться и другие, а девчонка густо краснеет.

– А сам ответить на этот вопрос можешь? – спрашивает хохотуна Ремер.

Теперь настает очередь краснеть хохотуну – смеются теперь над ним.

– Ты блин как Ходжа Насреддин. Односельчане нашли на караванной тропе астролябию, принесли ему. Он сначала засмеялся, а потом заплакал. Его спрашивают – что такое, почему Ходжа то смеешься, то плачешь, а он в ответ: «Сначала мне стало смешно, что вы такие глупые и не знаете такой простой вещи, а потом вспомнил, что и сам не знаю, что это – вот и заплакал» – смеется Тимур.

– А что такое астролябия? – добавляет масла в огонь девчонка.

Уже все хохочут. Боюсь, что Тимура будут теперь величать Ходжой Тимуром.

Но он не так прост. Смотрит на окружающих, выжидает, потом отвечает другой притчей: «Явился персидский мудрец к Ходже и сказал, что поверит в мудрость Насреддина, если тот сумеет на сорок разных вопросов дать один ответ. Насреддин согласился, мудрец долго спрашивал на всякие темы. Задал сорок самых заковыристых вопросов. Ходжа снисходительно посмотрел на мудреца и посрамил его ответив: „Не знаю!“»

– Вообще астролябия – это такой средневековый компьютер из бронзы – гордо замечает морской Рукокрыл.

– Им можно установить сколько времени по звездам. Где находишься и много чего еще – уточняет другой эмбрион мореплавателя по имени Ленька.

– Типа старого джипиэс с часами? – уточняет девчонка.

– Точно так.

– А, ну понятно. Так чем лента-то лучше?

– Лента для пулемета вообще на самом деле единственный нормальный источник питания. (Возвращает нас к обсуждаемому предмету Брысь). Емкие магазины тяжелы, сложны, зачастую ненадежны. Вот возьмем другого дегтяря – ДП. Всем хорош ручник. Но у него диск на 47 патронов сам по себе весит около трех кило, нехило, да? Надежный, правда. Это вес почти полутора сотен патронов. Набивать его долго. Поэтому не получится таскать пару дисков, а остальное россыпью. В бою без штанов останешься.

– Так ведь и лента тоже железная, вес у нее весит.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть в пионерском галстуке
Смерть в пионерском галстуке

Пионерский лагерь «Лесной» давно не принимает гостей. Когда-то здесь произошли странные вещи: сначала обнаружили распятую чайку, затем по ночам в лесу начали замечать загадочные костры и, наконец, куда-то стали пропадать вожатые и дети… Обнаружить удалось только ребят – опоенных отравой, у пещеры, о которой ходили страшные легенды. Лагерь закрыли навсегда.Двенадцать лет спустя в «Лесной» забредает отряд туристов: семеро ребят и двое инструкторов. Они находят дневник, где записаны жуткие события прошлого. Сначала эти истории кажутся детскими страшилками, но вскоре становится ясно: с лагерем что-то не так.Группа решает поскорее уйти, но… поздно. 12 лет назад из лагеря исчезли девять человек: двое взрослых и семеро детей. Неужели история повторится вновь?

Екатерина Анатольевна Горбунова , Эльвира Смелик

Фантастика / Мистика / Ужасы / Триллер
Автобус славы
Автобус славы

В один момент Памела - молодая жена, у нее любящий муж и уютный дом. В следующий - она становится пленницей убийцы, который вожделел ее со старшей школы - и теперь намерен сделать ее своей рабыней. Норман комара не обидит, поэтому он никогда не выбросит плохого парня Дюка из своей машины или не скажет "нет" Бутс, гиперсексуальной автостопщице, которая сопровождает его в поездке. Вместе пара отморозков отправляет его в дикое путешествие, которое, похоже, ведет прямиком на электрический стул. Но когда появляется автобус славы, у всех появляется надежда на спасение. Памела и Норман - всего лишь двое, кто поднимается на борт. Они не знают, что их пункт назначения - это раскаленная пустыня Мохаве, где усталого путешественника ждет особый прием. Это не может быть хуже того, что было раньше. Или может?

Ричард Карл Лаймон

Ужасы