Читаем На Днепровском рубеже. Тайна гибели генерала Петровского полностью

Именно эти факты во многом послужили причиной того, что, когда в 1939 году Польша была оккупирована немецкими войсками, а Красная Армия заняла территорию восточнее р. Буг, Сталин отдал распоряжение о задержании польских граждан, служивших в 20-е годы в польской армии на командных должностях, а также в полиции и прочих органах власти, т.е. тех лиц, которые так или иначе могли быть причастными к злодеяниям против советских пленных. Надо отметить, что немецкое руководство «с пониманием» отнеслось к просьбе Сталина и приложило все усилия для их розыска и задержания. Уничтожение нескольких тысяч польских граждан под Катынью, Харьковом и Тверью — безусловно, акт противозаконный. Но, как говорится в русской пословице: дыма без огня не бывает.

Так что тем, кто слишком однобоко смотрит на историю, в том числе и на роль Сталина в истории, выискивая только зло в его действиях, не надо забывать о том, что порой некоторые его, не понятные на первый взгляд поступки были обусловлены вескими причинами, хотя автор еще раз отмечает неправомерность казни польских граждан.

А разве уничтожение поляками без суда и следствия десятков тысяч пленных красноармейцев и командиров — законный акт? Кто из мирового сообщества хотя бы раз вспомнил о советских военнопленных периода советско-польской войны? А ведь пленных было, по разным данным, от 150 до 160 тысяч человек. Гитлеру на все его преступления миллион раз мировым сообществом указано, а кто польским властям на это хоть раз указал? Никто! Или, верней только товарищ Сталин. А все потому, что руководителям европейских государств до этой трагедии не было никакого дела, их это горе не коснулось!

Что касается судьбы Л.Г. Петровского, то здесь получилось все с точностью до наоборот. В данном случае польские солдаты не только спасли его от верной смерти, но и переправили в госпиталь для военнопленных, находившийся в местечке Тухоль. Подобное тоже не вписывалось в сталинскую идеологию тех лет, и многие годы спустя почти все исследователи, так или иначе касавшиеся биографии Петровскою, обходили этот факт молчанием, как и то, что он уже буквально через несколько месяцев оказался на Родине.

Однако в плену Л.Г. Петровскому пришлось очень нелегко. Не успев залечить рану, Леонид Григорьевич вскоре заболел острой дизентерией, и его переправили в дизентерийное отделение, находившееся на окраине г. Брест-Литовск. Там его настиг сыпной тиф, затем возвратный. Просто удивительно, как восемнадцатилетний паренек смог справиться в тех условиях со всеми этими невзгодами!

Тем временем небольшая группа бойцов, прорывавшаяся с ним из окружения, смогла благополучно прорваться к своим и сообщила командованию прискорбную весть о гибели Петровского.

10 октября 1920 года в академию пришла телеграмма Реввоенсовета 16-й армии:

«Считаем своим долгом сообщить, что в боях с поляками пали смертью храбрых слушатель старшего курса тов. Пышало А.Т. и слушатель младшего курса тов. Петровский Л.Г.»{15}

Днем во время построения слушатели академии почтили минутой молчания память погибших товарищей.

Однако судьба оказалась благосклонной к Л.Г. Петровскому: молодой организм и вера «в светлое будущее» помогли выкарабкаться, казалось бы, «с того света». Ему не была уготована, как десяткам тысяч военнопленных красноармейцев и командиров, голодная смерть в польских лагерях, и уже в апреле 1921 года он в ходе обмена военнопленными оказался на Родине. Каково же было удивление сослуживцев, не говоря уже о родных и близких, когда он в апрельские дни 1921 года возвратился на Родину живым и, можно сказать, невредимым.

Необходимо отметить, что в плену Л.Г. Петровский находился под видом рядового. Никто из пленных солдат и командиров Красной Армии, служивших с ним в одной дивизии и знавших его, не выдал полякам, что он не только командир и коммунист; но и сын известного большевика и видного руководителя Советского государства. Этот факт тоже о чем-то да говорит. По крайней мере когда в первые месяцы Великой Отечественной войны в плену оказался сын Сталина Яков, то сослуживцы сразу же выдали его противнику.

После окончания лечения Л.Г. Петровский вновь продолжил учебу в академии, которая к этому времени вступила в полосу важных реформ, обусловленных переходом страны и армии к мирной жизни. В силу того, что из-за нахождения в плену и лечения после ранения он пропустил почти целый учебный год, доучиваться Леониду Григорьевичу пришлось со следующим, вторым набором слушателей. Первый набор слушателей академии был торжественно выпущен осенью 1921 года.

Перейти на страницу:

Все книги серии Военные тайны XX века

Россия и Китай. Конфликты и сотрудничество
Россия и Китай. Конфликты и сотрудничество

Русско-китайские отношения в XVII–XX веках до сих пор остаются белым пятном нашей истории. Почему русские появились на Камчатке и Чукотке в середине XVII века, а в устье Амура — лишь через два века, хотя с точки зрения удобства пути и климатических условий все должно было быть наоборот? Как в 1904 году русский флот оказался в Порт-Артуре, а русская армия — в Маньчжурии? Почему русские войска штурмовали Пекин в 1900 году? Почему СССР участвовал в битве за Формозский пролив в 1949–1959 годах?Об этом и многом другом рассказывается в книге историка А.Б.Широкорада. Автор сочетает популярное изложение материала с большим объемом важной информации, что делает книгу интересной для самого широкого круга читателей.

Александр Борисович Широкорад

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Вторжение
Вторжение

«Вторжение» — первая из серии книг, посвященных Крымской кампании (1854-1856 гг.) Восточной войны (1853-1856 гг.). Это новая работа известного крымского военного историка Сергея Ченныка, чье творчество стало широко известным в последние годы благодаря аналитическим публикациям на тему Крымской войны. Характерной чертой стиля автора является метод включения источников в самую ткань изложения событий. Это позволяет ему не только достичь исключительной выразительности изложения, но и убедительно подтвердить свои тезисы на события, о которых идет речь в книге. Наверное, именно поэтому сделанные им несколько лет назад выводы о ключевых событиях нескольких сражений Крымской войны сегодня общеприняты и не подвергаются сомнению. Своеобразный подход, предполагающий обоснованное отвержение годами сложившихся стереотипов, делает чтение увлекательным и захватывающим. Язык книги легкий и скорее напоминает живое свободное повествование, нежели объемный научно-исторический труд. Большое количество ссылок не перегружает текст, а, скорее, служит, логичным его дополнением, без нудного тона разъясняя сложные элементы. Динамика развития ситуации, отсутствие сложных терминов, дотошность автора, последовательность в изложении событий — несомненные плюсы книги. Работа убедительна авторским профессионализмом и количеством мелких деталей, выдернутых из той эпохи. И чем более тонкие и малоизвестные факты мы обнаруживаем в ней, которые можно почерпнуть лишь из свежих научных статей или вновь открытых источников, обсуждаемых в специальной литературе, тем ценнее такое повествование. Несомненно, что эта работа привлечет внимание всех, кому интересна история, кто неравнодушен к сохранению исторической памяти Отечества.

Сергей Викторович Ченнык

Военная история / Образование и наука
Эволюция военного искусства. С древнейших времен до наших дней. Том второй
Эволюция военного искусства. С древнейших времен до наших дней. Том второй

Труд А. Свечина представлен в двух томах. Первый из них охватывает период с древнейших времен до 1815 года, второй посвящен 1815–1920 годам. Настоящий труд представляет существенную переработку «Истории Военного Искусства». Требования изучения стратегии заставили дать очерк нескольких новых кампаний, подчеркивающих различные стратегические идеи. Особенно крупные изменения в этом отношении имеют место во втором томе труда, посвященном новейшей эволюции военного искусства. Настоящее исследование не ограничено рубежом войны 1870 года, а доведено до 1920 г.Работа рассматривает полководческое искусство классиков и средневековья, а также затрагивает вопросы истории военного искусства в России.

Александр Андреевич Свечин

Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука