Читаем На скалах и долинах Дагестана. Герои и фанатики полностью

На скалах и долинах Дагестана. Герои и фанатики

Петр Спиридов, успевший познать все тяготы плена у мятежных горцев, делает все возможное и невозможное, чтобы помочь Зине Балкашиной, похищенной шайкой разбойников. Тем временем командование российской армии упорно стремится подавить бунт имама Шамиля — один за другим, несмотря на отчаянное сопротивление, сдаются горные аулы, превращенные мятежниками в, казалось бы, неприступные крепости.Автор этой книги, впервые опубликованной в 1903 году, умер в госпитале от ран, полученных на полях сражений Первой мировой войны.

Фёдор Фёдорович Тютев

Историческая проза / Роман, повесть18+

НА СКАЛАХ И ДОЛИНАХ ДАГЕСТАНА

Роман из времен борьбы с Шамилем за владычество на Кавказе

«Военные приключения»® является зарегистрированным товарным знаком, владельцем которого выступает ООО «Издательский дом «Вече».

Согласно действующему законодательству без согласования с издательством использование данного товарного знака третьими лицами категорически запрещается.

Составитель серии В. И. Пищенко


Знак информационной продукции 12+


© ООО «Издательство «Вече», оформление, 2023

ГЕРОИ И ФАНАТИКИ

Тифлис во второй половине 40-х годов представлял из себя скорее селение, чем город, да еще столицу. Строения были обыкновенного грузинского типа: с плоской земляной крышей, с башенками по углам, узкими окнами, похожими скорее на бойницы, и висячими крытыми галереями, окружавшими вторые этажи домов. Почти вокруг каждого дома были раскинуты густые тенистые сады и тянулись виноградники, тщательно расчищенные и заботливо оберегаемые. Население Тифлиса в те времена состояло почти сплошь из грузин, армяне были только пришлыми элементами. Глубоко презираемые грузинами как низшая раса, они держали себя скромно, довольствуясь ролью слуг и торговцев, не помышляли ни о каком влиянии на дела города и всего края, всецело управлявшегося русскими и их верными, преданными, рыцарски-благородными союзниками-грузинами.

Каким гомерическим хохотом разразились бы старые седоусые князья счастливой Грузии, израненные в боях воины, если бы кто-нибудь предсказал им, что едва пройдет полстолетия, и их города, которыми они так гордятся, сделаются достоянием столь глубоко презираемых ими армян, что внуки их, только что родившиеся, для которых считалось недостойным питаться молоком мамок из армянского народа, со временем, в преклонных годах, будут униженно пресмыкаться перед армянскими богачами и заправилами. Подобная мысль могла прийти тогда в голову разве человеку в белой горячке. В то время Грузия принадлежала грузинам, с ее роскошными садами, старинными замками, со всеми ее природными богатствами, и едва ли даже сами армяне думали, что придет время, когда исконные владельцы будут прогнаны, рассеяны, доведены до обнищания и в старинных замках гордых «батоно», князей Грузии, поселятся потомки тех самых рабов, которые некогда под свист бичей строили эти стены. Что плодами виноградников, возделываемых армянскими кули для грузинского барства, воспользуются не те, кто по вековому праву владеет ими, неустанно бьется за их целостность с многочисленными жестокими врагами-мусульманами, удобряет тучную землю своею кровью и костями, а выходцы из далекой Турции, дикие и алчные полухристиане, полукурды, для которых досужие историки выдумывают какую-то небывалую историю каких-то фантастических царей и в своем невежестве дойдут до признания за ними права не только на весь Кавказ, купленный дорогою русскою кровью, но даже — верх наглости! — на часть России и Турции. «Великая Армения от Днепра до Тигра и Эфрата» — какому безумцу могла прийти в голову полвека тому назад подобная идея, а если бы и нашелся такой, то он не возбудил бы даже смеха, его не поняли бы и прошли мимо, как не понимают бред горячечного.

Кроме грузин, небольшой горстки армян, персов и представителей других народностей Кавказа, в Тифлисе было очень много русских, и в то разумное время они играли главную роль. Всякий солдат, всякий прибывший из России поселенец пользовался особым уважением. Кличка «русская собака», введенная армянами за последнее время, тогда еще не народилась; для всякого, даже последнего кули, было ясно и неоспоримо, что страна должна принадлежать тем, кто проливает за нее свою кровь, усеивает своими костями и своим трудом и энергией насаждает культуру и цивилизацию.

Надо было пройти многим годам, совершиться целому ряду нелепостей, чтобы при хитрости, пронырливости и изворотливости со стороны одних и преступном добродушии других создавалось такое положение, при котором сыновья и внуки героев, чьи кости покоятся в недрах Кавказа, изгонялись как бродячие собаки, а на их место призывались и поселялись турецкие и персидские рабы, имевшие с Кавказом лишь только то общее, что их предки в числе прочих полчищ шахов и турецких султанов время от времени врывались в благословенные страны Грузии, но всякий раз с позором были прогоняемы доблестными русскими воинами и грузинскими милиционерами.


Приехав в Тифлис, княгиня Двоекурова встретила среди тамошней военной и гражданской молодежи много петербургских знакомых из чиновного и военного мира, особенно последнего.

Жизнь в Тифлисе кипела ключом. Увеселения сменялись увеселениями. Помимо балов, даваемых командиром отдельного Кавказского корпуса, как он тогда назывался, генерал-лейтенантом Головиным, устраивались нередко импровизационные балы под открытым небом у высших лиц управления краем и знатных туземцев.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Браки совершаются на небесах
Браки совершаются на небесах

— Прошу прощения, — он коротко козырнул. — Это моя обязанность — составить рапорт по факту инцидента и обращения… хм… пассажира. Не исключено, что вы сломали ему нос.— А ничего, что он лапал меня за грудь?! — фыркнула девушка. Марк почувствовал легкий укол совести. Нет, если так, то это и в самом деле никуда не годится. С другой стороны, ломать за такое нос… А, может, он и не сломан вовсе…— Я уверен, компетентные люди во всем разберутся.— Удачи компетентным людям, — она гордо вскинула голову. — И вам удачи, командир. Чао.Марк какое-то время смотрел, как она удаляется по коридору. Походочка, у нее, конечно… профессиональная.Книга о том, как красавец-пилот добивался любви успешной топ-модели. Хотя на самом деле не об этом.

Дарья Волкова , Елена Арсеньева , Лариса Райт

Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Проза / Историческая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия
Салават-батыр
Салават-батыр

Казалось бы, культовый образ Салавата Юлаева разработан всесторонне. Тем не менее он продолжает будоражить умы творческих людей, оставаясь неисчерпаемым источником вдохновения и объектом их самого пристального внимания.Проявил интерес к этой теме и писатель Яныбай Хамматов, прославившийся своими романами о великих событиях исторического прошлого башкирского народа, создатель целой галереи образов его выдающихся представителей.Вплетая в канву изображаемой в романе исторической действительности фольклорные мотивы, эпизоды из детства, юношеской поры и зрелости легендарного Салавата, тему его безграничной любви к отечеству, к близким и фрагменты поэтического творчества, автор старается передать мощь его духа, исследует и показывает истоки его патриотизма, представляя народного героя как одно из реальных воплощений эпического образа Урал-батыра.

Яныбай Хамматович Хамматов

Проза / Историческая проза
Крестный путь
Крестный путь

Владимир Личутин впервые в современной прозе обращается к теме русского религиозного раскола - этой национальной драме, что постигла Русь в XVII веке и сопровождает русский народ и поныне.Роман этот необычайно актуален: из далекого прошлого наши предки предупреждают нас, взывая к добру, ограждают от возможных бедствий, напоминают о славных страницах истории российской, когда «... в какой-нибудь десяток лет Русь неслыханно обросла землями и вновь стала великою».Роман «Раскол», издаваемый в 3-х книгах: «Венчание на царство», «Крестный путь» и «Вознесение», отличается остросюжетным, напряженным действием, точно передающим дух времени, колорит истории, характеры реальных исторических лиц - протопопа Аввакума, патриарха Никона.Читателя ожидает погружение в живописный мир русского быта и образов XVII века.

Владимир Владимирович Личутин , Дафна дю Морье , Сергей Иванович Кравченко , Хосемария Эскрива

Проза / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза / Религия, религиозная литература / Современная проза