Радовало только одно - у меня была пусть и небольшая, но все отсрочка. И стоило воспользоваться ею по полной. А для начала сделать то, что стояло на первом месте - вытащить Вику из передряги. Поэтому первое, что сделал - набрал номер Олега.
- Как прошло? - отозвался тот практически сразу.
- Плохо. Отец Ковальчук жив. Судя по всему, его партнеры как-то вышли на него, и теперь Вика у них.
- То есть этот Савельев работал на них?
- Вероятно. Других причин я не вижу.
- Это уже что-то. Ты возвращаешься?
- Да, - отрывисто бросил я. - Как буду в городе - наберу. И, Олег, - добавил я, - удвой охрану Богдана.
- Что-то еще случилось?
- Не по телефону, - отрезал я, решив, что про осведомленность Романова поговорим при личной встрече.
- Понял. Жду.
А я всю дорогу крутил в голове, КАК, как выбраться из всего этого дерьма с минимальными потерями и как обезопасить свою семью от всей этой дряни? И откровенно говоря, каких-то стоящих вариантов у меня не было...
39
После того, как Клим вынудил меня участвовать в видеосъемке, прошло, кажется, пару дней. В моей комнате не было окна, но, судя по тому, с какой частотой приносил мне еду тюремщик, шел третий день.
Головная боль после снотворного уже прошла, и я соображала куда лучше. Однако это не особенно спасало положение - найти что-то, что могло бы помочь сбежать или как-то выбраться, не вышло. Очевидно, Клим хорошо подготовился, перед тем как притащить меня сюда.
Его самого я больше не видела - приносил мне еду хмурый амбал, который на мои вопросы не отвечал и полностью игнорировал.
А я медленно сходила с ума от неизвестности. От новостей, которые свалились на меня, и от беспокойства о сыне.
Мысль о том, что отец жив, было принять непросто. Те фото так и остались у меня в комнате, и я засмотрела их до дыр. Зачем? Видимо, надеялась найти хоть какие-то признаки того, что он… может, скучал по мне? Глупо, конечно. Но верить в его равнодушие было очень больно. Это никак не укладывалось у меня в голове.
А ведь я столько лет винила в его смерти Демьяна, ненавидела того. А оказалось…
В первые сутки я еще надеялась, что Зверев придет и спасет меня. Вспоминала его слова, обещания и ждала.
Да только ничего не происходило. И мне пришлось признать - возможно, мое исчезновение будет ему даже на руку - не придется как-то решать вопрос с женой, а Богдан останется с ним и так… И хотя меня воротило от одной только мысли, что они заживут втроем без меня, все-таки я признавала - скорее всего, Демьян сможет защитить Богдашу. Он казался по-настоящему искренним по отношению к ребенку. И хотелось верить, что он не бросит того, если уж мне не суждено выбраться отсюда.
А вот то, что я так и останусь пленницей, которую либо используют, либо в итоге попросту убьют, верилось все больше.
Пытка неизвестностью закончилась, когда дверь открылась, и в комнату вошел Клим. Снова холодно-равнодушный. Но я уже поняла, что все это время он просто умело притворялся, а вот сейчас… Сейчас он был настоящим.
- Собирайся, прокатимся, Тори.
- Куда? - насторожилась я и тут же поежилась под оценивающим взглядом мужчины, которым тот окинул меня.
- Как куда? С папочкой увидишься. Разве ты по нему не соскучилась? - После этого он достал из кармана наручники и продемонстрировал мне. - Руки вытяни.
- А если я не хочу?
- Да мне плевать, - пожал он плечами. - Не будешь делать все по-хорошему - будет по-плохому.
И я не сомневалась - будет. Скула до сих пор побаливала после его удара. В комнате и туалете не было зеркал, так что оценить свой внешний вид я не могла. Но вполне вероятно, там налился синяк.
- Клим, отпусти меня. Ведь вы уже его достали, он уже согласился встретиться. А у меня сын…
- Значит, по-хорошему не хочешь, - картинно вздохнул Савельев и двинулся в мою сторону. А я… Я малодушно вскрикнула.
- Нет! Не бей! - Он замер и выжидающе посмотрел на меня. Пришлось подчиниться.
Судя по тому, что глаза мне никто в итоге так и не завязал, намек Клима на то, что я вряд ли выживу, был пророческим. И мне было по-настоящему страшно от этого. Ведь я не готова была умирать! Не имела права! У меня сын, которому нужна мама! Да и просто, в конце концов, я хотела жить!
Меня загрузили, по-другому и не скажешь, в огромный внедорожник, по обеим сторонам уселись охранники, а сам Савельев сел спереди вместе с водителем.
Пока ехали, я пыталась хоть немного сориентироваться в том, где мы находились. Но все было зря - я ничего не узнавала. Я даже не была уверена, что мы не были за границей - никаких указателей, ничего. Просто пустыри и поля.
Наконец впереди замаячило что-то вроде складских помещений. Но мы остановились так, и не доехав до них - просто на площадке.
- Сидите здесь, - приказал Клим своим людям и вышел из машины. Скосив глаза, увидела, как он о чем-то говорил по телефону. Всего минуту, а затем вернулся и сел на свое место. - Поехали.
- До площадки? - уточнил водитель.
- Да, там направо.