Удар прилетает в солнечное сплетение. Я готов был услышать эту фамилию. Но только не так... Тут полный шок. Зачем? Ответ один. Рита. Больше нет вариантов. А Рите не слишком-то и надо было… Мать вообще не в курсе личной жизни дочери?! Меня словно наизнанку выпотрошили, как же меня опустошает этот змеиный клубок… лжи и предательства…
— А муж ее?
— Я только с Софой общалась. Она меня нашла и заставила. Обещала больше не трогать и в случае проблем все решить.
Противно. Противно и тошно. А я ещё за одним столом с ней сидел… и дочь ее чуть не стала мне... Я чуть было на всю жизнь в их семью не вляпался!
А другая мысль и вовсе искрит и взрывается внутри.
— Вот смотрю на вас, Ольга, и думаю. Как так. Вы же с мамой дружили. Как можно было в постели грелкой ее мужа работать.
— Это личное. Наше с Андреем дело.
— Увести отца из семьи в планах было?
Она жмурится, и я провожаю гневным взглядом одинокую слезинку. Она капает ей на руки.
— Да. Влюбилась. Пыталась изо всех сил вырвать его.
— У них семья была. Ребёнок. Я мелким совсем был. Хотели без отца меня оставить? А мать заставить лить слезы по ночам? Лишь бы вам было хорошо?
Она не отвечает, но все очевидно. Гнилая душа и есть гнилая. Жаль, что мама не разглядела этого вовремя.
— Начинайте искать новое место работы, — поднимаюсь и нервно одергиваю пальто. — Ни на что приличное можете даже не рассчитывать. Это же касается и вашего мужа. Молитесь и благодарите ту девушку, что она мне сына родила. И я теперь тоже отец. Иначе ваших детей также ждала бы незавидная участь.
Выхожу на свежий воздух и приближаюсь к тачке. Не могу даже и понять, что происходит внутри. Словно проржавевшим гвоздём кто-то чертит линии.
Папа… как же так… зачем…
Передо мной распахивается дверь, а я невидящим взором гляжу в лицо своему водителю.
— Демид Андреевич. Едем?
— Погоди, Андрей, — теперь это имя жжёт горло. А во рту горький привкус. Как же так… папа… Не понимаю. — Погоди. Успеется.
Отхожу и выуживаю телефон. Ищу номер Риты и долго смотрю на него. Тянет набрать и спросить. Ну зачем? Зачем это все, зачем? Ей другой нужен, она не хотела никогда… зачем? Зачем мать слушала?!
А я? Я тоже хорош… противно от себя самого…
Губы кривит горькая ухмылка. Какая уже разница — зачем? Есть и более страшные вещи…
Как была три года назад она моей душой и светлым пятном в этой грязной жизни, так и осталась. Мой светлый лучик. В темном царстве гребаного порока.
Глава 34
Нестеров отнёсся к моим словам настороженно. Но не агрессивно.
— Демид, ты вероятно все неправильно понял. Или ошибся. Никто из нашей семьи не хотел тебе зла. Мы ведь на протяжении нескольких лет считали тебя почти родственником.
Выяснять все наедине с Софой было бы огромной ошибкой. Во-первых, эта женщина оказалась довольно увертливой и хитрой. Во-вторых, нужно застать ее врасплох. Со мной наедине она начнет изворачиваться, это точно. А вот при Анатолии она всегда ведёт себя смирно. У неё не будет возможности вести двойную игру, как она бы обязательно сделала, беседуя со мной и мужем порознь.
— Я ведь могу тебя задавить, Анатолий, — произношу совершенно спокойно. Какое счастье, что мы не породнились. — Ты же знаешь. Мне понадобится для этого много сил и немного времени. Но это не беда. Если бы твою семью обваляли в грязи и ещё дерьмом сверху полили, что бы ты сделал?
— Ты именно так и поступил с моей дочерью.
— А с моим сыном? Никто не захотел считаться? Он два года без меня рос, два! Мы с Ритой разошлись по обоюдному согласию. Мне не нужна жена, которая на свидания тайно бегает к бывшему любовнику с универа! Ей вообще этот брак не был нужен! Она ушла и радуется. Ты не видишь, что ли?! У неё все прекрасно! А мой сын и мать моего ребёнка два года жили в лишениях! Только потому что кто-то не захотел упускать такой выгодный мешок с деньгами! И финансового партнера! Хочешь все это разобрать по косточкам?! Давай! Я готов! Я больше в вашей семейке никого покрывать не буду! Одна мне рога наставляет! Вторая чуть не сломала сразу несколько жизней! Если бы не это, может, и не было бы той аварии и отец был бы жив и мать здорова! И я давно бы уже был в браке с женщиной, которую люблю, и сына бы с роддома забрал лично, а не на фото сейчас смотрел! Хочешь это обсудить? Давай! Но знай! Ни тебе жизни не будет. Ни жене твоей. Не хочешь разбираться — тогда я сам это сделаю, — голос мой снижает обороты и наполняется нескрываемой угрозой. — Не хочешь отвечать за свою женщину?! Прекрасно. Ответите вдвоём.
Мы смотрим друг на друга, не сводя глаз. Как два хищника: каждый ждёт нападения соперника. И вдруг распахивается дверь в кабинет и…
— Не нужно, Демид, — внутрь вплывает Софья и останавливается в паре шагов от стола. — Толя ни при чем. Я… одна.