Читаем Не вижу зла полностью

«Если ты их еще не сожрал», — подумал Джек.

Он подождал, пока Тео поудобнее устроится на диване, погрузившись в созерцание программы одного из каналов кабельного телевидения, и вскрыл конверт кухонным ножом. Поколебавшись, сунул руку внутрь и извлек оттуда пачку фотографий. Он быстро просмотрел их, а потом вернулся к началу и начал перебирать их заново, уже медленно. Здесь были одни только моментальные снимки Брайана — и совсем старые, и последние. Фотография, на которой Брайан снят вместе с другими членами своей футбольной команды. Брайан с матерью. Теперь Брайан с отцом. Оба отдают честь знамени. На Оскаре форма офицера морской пехоты цвета хаки.

Последней была фотография новорожденного Брайана. С ним были отец и мать, неловко и стесненно обнимающиеся, что выглядело очень типично для молодых родителей, которые пока еще не представляют себе, как держать на руках своего крошечного малыша. Джек не мог знать этого наверняка, но ему показалось, что на снимке запечатлен самый первый день, который Брайан провел в обществе приемных родителей. Они выглядели очень счастливыми, и от этого у него потеплело на душе. Но потом он подумал о Джесси, о том, как она должна была себя чувствовать в этот момент, забытая и одинокая биологическая мать, пребывающая очень далеко от всех и всяческих торжеств. Ощущение радости угасло, а потом и вовсе испарилось, когда Джек вспомнил о том, как сам провел тот день. К тому времени, когда маленький Брайан посмотрел в глаза своим гордым приемным родителям, Джек уже полностью отдалился от Джесси, даже не зная, что она беременна. Тогда он добился поистине замечательных успехов, занимаясь самообманом, и успел убедить себя в том, что Джесси оказалась «не той, единственной» и что Синди Пейдж до конца своих дней останется Синди Суайтек.

Джек отложил фотографии в сторону и достал из конверта письмо. Он медленно развернул его, не зная, чего ожидать. Оно было написано ровным, красивым почерком.

«Дорогой Джек.

Мне хотелось, чтобы у вас остались эти фотографии Брайана. Он очень необычный маленький мальчик, который быстро превращается в молодого мужчину. Я уверена, что он когда-нибудь будет очень благодарен вам за все, что вы делаете, чтобы сохранить вашу семью теперь, когда Оскара больше нет с нами.

Джек, я знаю, что вам очень важно, чтобы я оказалась невиновной. Поверьте мне, я понимаю это. И уважаю вашу точку зрения. Я не имела бы права воспитывать и растить своего сына, если бы то, что говорят обо мне люди, оказалось правдой. Я не знаю, как успокоить вас, но, если это может помочь, готова пройти проверку на детекторе лжи. Просто дайте мне знать, когда и где.

Еще раз спасибо за то, что вы с нами.

Искренне ваша,

Линдси».

Джек начал перечитывать письмо, но потом быстро положил его на стол, перевернув лицом вниз, когда в кухню вернулся Тео. Его друг чуть не разбил две пустые тарелки, опуская их в раковину. Меньше чем за пять минут он расправился с такими порциями тунца, которых хватило бы, чтобы накормить пригород Токио.

— Что с тобой? — поинтересовался Тео.

— Линдси прислала мне несколько фотографий.

Тео вопросительно поднял бровь.

— Мы говорим о материалах сайта «горячие мамочки точка ком»?

— Нет, извращенец. О фотографии ее сына. И о письме.

— И что же она пишет?

— Она готова пройти проверку на полиграфе. И помни, это написано до нашей сегодняшней стычки.

— Ага. Она сразила тебя наповал, так получается?

— Ну да.

— Мне казалось, ты не веришь в полиграфы.

— Не верю. Но я склонен верить молодой вдове и матери-одиночке, которая решается на такую проверку. Особенно когда ей предлагают самой выбрать время, место и прибор. Чувствуешь разницу?

— Ага, ощущаю. Ну, и что теперь?

— Не знаю. У тебя есть какие-либо предложения?

— Конечно, — ответил Тео, направляясь к холодильнику. — Как насчет десерта?

Джек в полной растерянности уставился на письмо. Наконец, подняв глаза на Тео, он изрек:

— Это самая лучшая идея, которую я услышал за долгое время.

<p>Глава одиннадцатая</p>

Джек отправился в поход по магазинам с Abuela («бабушкой» по-испански). Это была не просто дань вежливости бабушке, которую почтительный внук сопровождает в продовольственный магазин. Для Джека это был урок кубинской культуры, который ему преподавали каждые две недели.

— Что бы хотел съесть, mi vida?

Перейти на страницу:

Все книги серии Джек Свайтек

Не вижу зла
Не вижу зла

Короткие рубленые фразы, скупые описания, максимально нагруженный драматургией текст. Уже на нескольких первых страницах столько сюжетных поворотов, что их вполне хватило бы на роман тетушки Агаты. Только у нее все выяснилось бы в конце. Гриппандо, как и его литературных учителей, интересует не процесс вождения читателя за нос со всеми его ловушками, ложными подсказками, умолчаниями, а психология героев и социология общества. Конечно, здесь не обошлось без отца жанра «правового детектива» Эрла Стенли Гарднера с его знаменитыми, растянутыми на весь роман, судебными поединками и неизменным победителем в них адвокатом Перри Мейсоном. Впрочем, удивляться тут нечему — Джеймс Гриппандо двенадцать лет работал адвокатом в судах первой инстанции.

Lover of good stories , MaMaCuTa , Джеймс Гриппандо , Джон Робинсон Пирс , Шанталь Фернандо

Детективы / Эротическая литература / Научная Фантастика / Прочие Детективы

Похожие книги