– Бедняжечка, такая нескладная. Неудалая такая девка. И замуж трудновато выйти-то будет. Какой хлопец на нее посмотрит. Но вы-то успокойте ее, если душой она красива, найдет свое счастье…
Если бы знали эти простодушные старики, что с ними за столом сидела самая знаменитая певица нашей эстрады. Звезда и миллионерша, окруженная всегда толпой поклонников, привыкшая слышать исключительно комплименты о своей красоте и гениальности.
Сколько-то лет нужно прожить, чтобы окончательно убедиться в мудрости старика Андерсена. А король-то голый! И сколько их таких, голых королей! Живущих самообманом и питающихся лестью, тупостью и угодничеством им подобных… И в этот миг я поняла, насколько все просто в этой жизни. И насколько прав был мой брат Игнат. Стоит ли всеми правдами и неправдами карабкаться наверх? Если наверху правят только деньги и ложь. Зависть и предательство. Вот она, правда. В глуши, среди этих бабок, слухом не слышавших о такой певичке, но сразу понявших ее суть. И стоит ли карабкаться наверх, чтобы постоянно скрывать свое истинное лицо и забывать о нем с годами? Чтобы один раз случайно очутиться в деревне и услышать о себе правду. Впрочем. Они и бегут наверх. Потому что там их место, их воздух. Вернее его отсутствие.
Сегодня я поняла своего брата. И сегодня я поняла, что не хочу туда, за ними. В очередь за подачкой в виде очередной маски. Мне нравится мое лицо. И мне другого не нужно. И я нашла под столом руку Игната и крепко ее пожала. Он взглянул на меня понимающим взглядом.
А потом пели старички и старушки. И эти песни, эти народные сильные голоса, эти истинные таланты уносили меня вдаль, в васильковое поле. Где можно было развалиться на траве, глядя в бесконечное небо и дышать свежим воздухом, чувствуя себя истинно свободной. Сегодня я уже понимала свободу, которую гораздо раньше меня понял мой старший брат.
…Мы уезжали на рассвете. Было удивительно тихо и почти темно. Только где-то далеко вдали слабые блики зари напоминали о скором утре. Нас провожала вся деревня. И махала вслед, еще приглашая в гости.
Полина так и не подняла головы и не проронила ни слово. Я знала, что ее душат обида, боль и ненависть. Но ничем помочь не могла.
Я знала, что ее так называемые коллеги вчера получили истинное удовольствие от ее случайного унижения. Наконец-то они взяли реванш за свою второсортность и незначительность. И сполна отыгрались за прошлое.
Только Игнат попытался сесть с ней рядом, но она категорически отказалась. Тогда пришлось это сделать мне. Хотя не очень хотелось. Я не знала, какие подыскать слова утешения вразрез сказанной правде.
Она меня не прогнала. Но и не бросилась плакать на плече. От обиды она стала жестче и высокомерней. И заявила.
– Ты, надеюсь, понимаешь, что Игнату не место в моем коллективе. Я вчера слушала его. Он ужасно бездарен. Сама понимаешь, уровень этих сумасшедших старух. На эстраде такой уровень не нужен. Пусть поет в клубе.
– Он и поет в клубе, – ответила я, хотя понимала, что Полина случайно сыграла словами.
– О, для этих людей. Собирающихся в аристократических местах это просто низко и унизительно слушать уровень твоего брата. Я конечно имела в виду сельский клуб.
А я подумала, что дай ей бог хоть разок в сельском клубе спеть и услышать хоть какие-то аплодисменты. Тогда бы она, возможно, и смогла называться певицей. Но вслух не сказала этого. Я не пинаю ногой уже побитых.
Мы вернулись в город. И через некоторое время я услышала по телевизору, что известная поп-звезда заняла первое место во всех хит-парадах, победила в каком-то престижном международном конкурсе, что ее выбрали королевой красоты нашей несчастной страны и присудили титул леди Уимблдонской, пригласив в Голливуд. Сам Ален Делон предложил ей руку и сердце, но она отказалась ради карьеры. И вообще ей для полного счастья не хватало только лаврового венка. И я смутно догадывалась, что вскоре она купит и его.
Тогда же Полина заявила, что вынуждена уволить целиком прежний состав музыкантов (естественно, кто же позволит, чтобы перед глазами маячили свидетели такого унижения).
Вообщем, она, как я поняла, была ужасно несчастна. И всеми силами пыталась доказать свою значимость на этой земле. И если будет нужно – запросто может купить и саму землю. Но все же, я была абсолютно уверена, что она ни на секунду в жизни не забудет о той маленькой заброшенной деревушке в паутине моросящего дождя, о парном молоке, к какому она не притронулась, о чистосердечных словах бабы Насти и о песне, которую спел мой старший брат. А еще ей обязательно будет сниться сказка Андерсена «Голый король». Спасибо, вам, великий сказочник. Когда-нибудь вашу сказку по-настоящему оценят. Еще просто не пришло время. Еще время жить в окружении голых королей.
А мой старший брат был уволен из клуба, «в связи с невыполнением обязательств и долгосрочным отсутствием», как гласила формулировка в приказе. У него начался трудный период. Воистину месть женщин не имеет границ. Особенно если они мстят за свою собственную неполноценность.
14