Читаем Негодяйские дни полностью

   Коршун смотрел на Мару и удивлялся, отчего всегда бледное лицо окрасилось румянцем? Откуда это неподобающее живое и страстное выражение? Сейчас Такайра до безумия хотел ее. Собрался было притянуть к себе, но, неожиданно, она сделала это первой - узкие ладони обняли затылок, тело бесстыдно прижалось к его, а губы разом вынули душу. Ничего не видя, не слыша, Такайра подхватил Мару на руки, отнес в шатер, одним движением брови выгнав на улицу Дарину с Садаком. Малыш сладко спал у стены. Такайра сделал вид, что его не заметил. Если мальчик проснется, ему стоит посмотреть и прикинуть свои силы рядом с такой женщиной. Коршун подумал о том, что увидит и почуствует Малыш, разбуженный смехом Мары, довольно усмехнулся про себя и забыл обо всем, растворяясь в ее ласках. Несколько мгновений они катались по полу, избавляясь от одежды, обмениваясь безумными поцелуями, но вот она оказалась сверху, уперлась руками в его грудь и одним движением бедер приняла Такайру в себя. В сумраке шатра Мара возвышалась над ним, подобно древней богине - полной власти и силы, страсти и чувственности, гладкая кожа источала аромат и тонкое, едва заметное сияние. Она наклонялась вперед, а затем откидывалась назад, упираясь прохладными ладонями в его бедра, и подрагивающие груди то нависали над лицом Такайры, то торчали вверх, стоило ей прогнуть спину. Он схватил Мару за плечи и рывком поднялся - взбугрились на миг мышцы под смуглой кожей, только оттенившей белизну женского тела. Неровные пряди хлестнули по лицу - она отвернулась, пряча горящий взгляд. Коршун подсунул руки под ее под ягодицы и помог движению, резче насаживая на себя. Жаждал услышать смех - в то мгновение, когда семя толчками пробьет себе дорогу наружу - в горячую, влажную оболочку ее лона. Он желал бы услышать и стон, но, наверное, для того, чтобы сорвать с припухших сейчас губ Мары этот запретный плод, надо было перестать быть человеком! На какой-то миг он потерял себя в ней, приник жадным ртом к ее, вбирая язык здесь и пронзая - там и, наконец, получил то, о чем мечтал. Она прикусила его плечо, содрогнулась и вдруг оттолкнула от себя, запрокинув лицо к куполу шатра тихо, хрипло смеясь. От этого звука мурашки побежали по спине и утихающие судороги возобновились, заставив Такайру закусить губы, чтобы не застонать от острого, невозможного наслаждения.

   Какое-то время он еще держал ее в объятиях, так крепко, как мог. Другая бы задохнулась от силы его рук, но Мара не шевелилась и, кажется, даже не дышала. Лишь билась синяя жилка на ее шее - мелко сотрясая кожу и указывая на то, что женщина еще жива.

   Малыш все-таки проснулся. Коршун обнаженной спиной ощутил его взгляд, полный ненависти и желания. Мара ничего не видела - ее лицо все еще было запрокинуто, глаза закрыты. Другую Такайра столкнул бы с себя, оделся и вышел. Ему никогда не было дела то того, что происходило после с обнаженными, беззащитными, не пришедшими в себя от любовной истомы телами женщин, которых он получал или насиловал. Когда Дарина примкнула к нему и братьям - они пользовались ею после того, как она дарила ласки Такайре, и она терпела, пряча за кажущимся равнодушием боль и отчаяние. А потом... потом не смогла жить по-другому.

   Такайра провел большим пальцем по диагональным, розоватым шрамам на шее, под волосами - скрывая их, Мара никогда не забирала волосы в хвост. Он с самого начала знакомства ломал голову над происхождением этих отметин, но если она не желала говорить о себе и своем прошлом (а она, обычно, не желала) - из нее не удавалось вытянуть слов, ни побоями, ни лаской. Складывалось ощущение, что некто - педантичный, но безумный, ножом с иззубренной кромкой аккуратно размечал кожу, для того, чтобы позже нарезать шею Мары ломтями.

   Повеяло сквозняком - Малыш выскочил на улицу.

   Такайра усмехнулся, пробуя на вкус соски Мары, потом опрокинул женщину на смятые шкуры, лег сверху и тихо сказал:

   - Рано или поздно ты найдешь всех, кого искала. Я не знаю, за что ты мстишь им, но месть жива - пока живут те, для кого она предназначена. А после ты почувствуешь опустошение, и жизнь покажется холодной и бесцельной.

   Не открывая глаз, она замотала головой. Уголки кажущихся воспаленными губ приподнялись.

   - Думаешь, я не знаю, о чем говорю? - спокойно спросил Такайра, но не выдержал - захватил ее губы своими, сминая и давя, словно сладкие ягоды.

   Она отвечала едва заметными движениями и улыбалась странной, отстраненной улыбкой. И глядя на нее, Такайра со звериной интуицией понял, о чем она думает - Мара вспоминала тех четверых, в чьей крови купалась, улыбаясь так же, как сейчас.

   - Куда ты отправишься, когда твоя дорога будет окончена? - требовательно спросил он и ощутимо тряхнул ее за плечи.

   Бирюзовые глаза открылись и, как всегда, он поразился - радужки были прозрачными, неоднородными, словно мрамор, меняли цвет, как камень аквамарин - но лишь в границах спектра от синего до зеленого.

   - Что ты пытаешься мне сказать, Айра? - спросила она.

Перейти на страницу:

Все книги серии Гончая

Капкан для гончей
Капкан для гончей

Неладно что-то в Шотландском королевстве!.. При невыясненных обстоятельствах погибает наследник престола, самого государя пытаются отравить, вокруг короны зреет заговор, страна на пороге войны за власть. Правителю Шотландии не на кого опереться, кроме своего верного советника, лорда Мак-Лайона, у которого и у самого реальной власти – как кот наплакал… Но именно от первого советника короля и зависит судьба династии! Вопрос – что делать? Ответ – выгодно жениться. Например, на дочери всесильного торговца с побережья, за спиной которого стоят норманны. А уж дальше… «Муж и жена – одна сатана»? Вестимо, так! Ибо, если бы его величество только знал, как хорошо сработается эта парочка на благо родной Шотландии, – он женил бы своего советника лет на пять пораньше. А если бы об этом знали мятежники – лорд Мак-Лайон не женился бы вообще…

Надежда Григорьевна Федотова

Фантастика / Героическая фантастика / Детективная фантастика / Фэнтези / Юмористическая фантастика
Негодяйские дни
Негодяйские дни

Данный проект родился весьма забавным образом. Один из моих читателей, находясь в крайне раздраженном состоянии духа, обвинил меня в том, что я пишу, потому что являюсь скучающей домохозяйкой, которая ждет, когда приедет принц на белом коне с совершенно определенной целью (уточняю, цель относилась к принцу, а не к коню, и озвучена была прямо и лаконично.). Во-первых, всю сознательную жизнь я работала, как и многие из нас, в режиме с 9.00 - до упора, и продолжаю по сей день. Дома же просидела около трех лет, пока дочка была мала, и в это время ни меня не знали на Самиздате, ни я сим ресурсом не интересовалась. Во-вторых, никогда не взирала с высокомерием на творчество этих самых "скучающих" домохозяек. Сублимация - отличная вещь, и среди писательниц, появившихся в подобные периоды жизни, есть просто замечательные авторы - примеры вам отлично известны. В общем и целом, я попыталась представить, что могла бы написать, окажись запертой в четырех стенах, с ребенком (ребенками), имеющим обыкновение доводить до белого каления; с горой белья, которое требует глажки; кастрюлями, которые уже на следующий день оказываются пусты - и надо снова вставать к плите, как к станку. Планировалась красивая история, с принцем, ага, на белом коне. Причем принц, если и хотел того самого - прямого и лаконичного, должен был сделать это только после романтичнейшего хеппи энда: деликатно и задыхаясь от нежности. Но. Если вы уже знакомы с моим творчеством, то знаете, что получилось у меня в "Кольце Волка" вместо так любимых народом "гламурных" вампиров с пронзительными взглядами. В общем, чисто женское фэнтези на мой взгляд... валяюсь...  

Мария Александровна Ермакова

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы

Похожие книги