Вся переписка И.М. Троцкого с литераторами-эмигрантами в основном вращается вокруг проблем сугубо материальных — просьбы о вспомоществовании, поддержке тех или иных литературно-деловых начинаний. Письма Дон Аминадо не являются здесь исключением. Однако они выделяются на общем фоне — в первую очередь за счет своей литературности. Их тексты расцвечены шутками-прибаутками, цитатами и аллюзиями на те или иные исторические факты: «Счастливое избавление царской семьи в Борках», «морские жители», «Андрюша Ющинский»... При этом сатирической ноты не прослеживается: «Ювеналов бич» всегда нацелен на современность, а Дон Аминадо с головой погружен в прошлое.
Как острослов, славившийся своими каламбурами и афоризмами, Дон Аминадо тоже не на пике мастерства: часто повторяется, странным образом забывая, что он на данную тему буквально так же шутил в предыдущих посланиях.
Создается впечатление, что этот выдающийся сатирик, знаток человеческих душ, «умный, находчивый, при всей легкости настороженный <...> внутренне сосредоточенный человек» (см. его личностную характеристику из мемуарной статьи Л. Зурова), никак не может найти верную ноту в обращении со своим адресатом. Ему явно неловко оттого, что приходится клянчиться, и нет охоты посвящать нью-йоркского друга в местные эмигрантские разборки, хотя И.М. Троцкий, находившийся как секретарь Литфонда при распределительной «кормушке», естественно, хотел бы быть в курсе всех парижских событий.
Даже об их общих хороших знакомых: Г. Адамовиче, Буниных, Алдановых и др., Дон Аминадо ничего не рассказывает И.М. Троцкому. Похоже, что в старости Дон Аминадо жил по принципу, который сам же сформулировал:
Когда прошлое становится легендой, настоящее становится чепухой.
Его не интересует повседневность. Он приглашает И.М. Троцкого встретиться, чтобы посудачить лишь о прошлом, о канувших в Лету «баснословных годах». Однако тот, будучи в гуще повседневной жизни, всецело занятый общественной деятельностью, уклоняется от такого рода посиделок.
Кроме того, доброжелательный и отзывчивый по природе Илья Троцкий был вместе с тем, говоря словами одного из донаминадовских афоризмов, «тот человек, который не верит в бесплатный энтузиазм».
Все это, очевидно, задевало самолюбие Дон Аминадо. Поэтому в книге «Поезд на третьем пути», описывая с большим мастерством и выразительностью русское литературное сообщество первой половины XX в., он не отказал себе в удовольствии проигнорировать личность своего «дорогого друга»: И.М. Троцкий упомянут им всего лишь
Такого рода «шутка», естественно, не была оставлена Ильей Троцким без внимания, и переписка между старыми приятелями прекратилась. Ибо, как заметил однажды Дон Аминадо:
Когда люди не сходятся в главном, они расходятся из-за пустяков.
Примечания
1
2
3
4
5
6 Там же. С. 254-255
7 27 мая 1946 г. В.Н. Бунина записала в дневнике: «Предлагают Яну полет в Москву, туда и обратно, на две недели, с обратной визой».
8
9
10
11
12
13 BAR, Chekver Coll, box 3, folder 3.
14
С. 47—56.
15 И.А. Бунин: pro et contra. СПб., 2001. С. 58.
16
17 Видные общественные деятели либерально-демократического направления, братья-близнецы Павел и Петр Долгоруковы погибли в СССР соответственно в 1927 и 1951 гг.
18
19
20
21
22
23 Писатель Борис Зайцев был знаком с Буниным с начала 1900-х и в течение более 40 лет поддерживал с ним тесные дружеские отношения.
24 В Союзе русских писателей и журналистов состояло в то время 128 членов.