Остролистая молча поковыляла по туннелю, очень огорченная тем, что не смогла пройти дальше. Но к тому времени, когда он добралась до подстилки, ее лапа разболелась так, что перед глазами начали роиться мушки, а в ушах тоненько зазвенело. Не в силах сдержать стон, Остролистая повалилась на землю.
- Завтра попробуешь еще разок, - тихо сказал Листопад, словно почувствовав ее страдания. - Торопиться некуда. А теперь отдохни.
Он повернулся, чтобы уйти, но Остролистая потянулась к нему дрожащей лапой.
- Постой! Мне надоело все время лежать тут в одиночестве! Не уходи! Прошу тебя, останься, поговори со мной!
Он наклонился и посмотрел на ее своими тихими зелеными глазами.
- Отдыхай! - повторил Листопад. - Так твоя лапа заживет быстрее. Я еще приду!
Когда он ушел, Остролистая устало растянулась на перьях. Скорее бы ее лапа зажила! Да, она хотела сбежать из Грозового племени, но вовсе не для того, чтобы поселиться в кромешной тьме, целиком завися от доброй воли незнакомого кота.
Глава III
Тонкий лучик солнечного света припекал черную шерсть Остролистой, уверенно шагавшей до стены пещеры и обратно.
- Видел? - торжествующе мяукнула она Листопаду, сидевшему перед входом. - Как новенькая!
Ей казалось, что прошло несколько месяцев, прежде чем она смогла одолеть этот путь, не хромая и не останавливаясь перевести дух, но Листопад уверял, что луна еще не округлилась. Он уговаривал ее продолжать тренироваться в пещере, и Остролистая ходила и ходила кругами, пока у нее не начинала кружиться голова. Листопад по-прежнему где-то пропадал большую часть дня и по ночам, но у Остролистой не было ни малейшего желания отправляться на его поиски по темным туннелям. Один раз ей чудесно повезло, но не стоит полагаться на то, что Листопад сумеет разыскать ее снова.
Он подошел, обнюхал лапу Остролистой.
- Если ты говоришь правду и действительно больше не чувствуешь боли, значит, все зажило.
- Разумеется, я говорю правду! - оскорбилась Остролистая. Как он смеет даже подозревать, что она способна солгать? Правда - это самое главное в жизни!
«Почему же тогда я до сих пор стыжусь, что выложила эту правду перед всеми на Совете?»
Остролистая тряхнула головой, прогоняя воспоминание о полных ужаса глазах Белки. И о боли в глазах Ежевики.
- Ну что, пойдем изучать подземелье? - спросила она у Листопада.
Он задумчиво провел лапой по пыльному полу.
- Ты хочешь, чтобы я показал тебе выход?
- Нет! - взвизгнула она. - Я хочу, чтобы ты показал мне свой дом. Где пещера с подземной рекой? Как далеко тянутся туннели?
Рыжий кот с белыми пятнами удивленно посмотрел на нее.
- Тебе в самом деле это интересно? Большинство котов хотят только поскорее убраться отсюда.
В его зеленых глазах засветилась такая горечь, что у Остролистой сжалось сердце.
- Мне… мне некуда отсюда убираться, - тихо ответила она. - Ты был мне хорошим другом, Листопад. Зачем мне уходить от тебя?
Листопад вывел ее из пещеры по узкому туннелю, и вскоре Остролистая очутилась в такой густой темноте, что ей стало казаться, будто она плывет по черной воде. Пол под лапами был гладкий и холодный, о существовании стен с обеих сторон можно было догадаться, только если коснуться их кончиками усов.
Сначала Остролистая продвигалась вперед слишком порывисто, но пару раз врезавшись головой в невидимую стену, она научилась полагаться на усы и не сильно крутить шеей.
- Вот здесь выход из туннеля, - донесся до нее голос Листопада. Видимо, он услышал, как она мечется из стороны в сторону.
Приглядевшись, Остролистая увидела темный силуэт своего провожатого на фоне серой мглы впереди. Журчание воды эхом разносилось по туннелю, это был не плеск, а немолчный мерный лепет, источником которого могла быть только река. Забыв обо всем, Остролистая припустила трусцой, протиснулась мимо Листопада и первая выскочила в огромную пещеру.
Тусклый сумрак заливал огромное пространство подземелья, но для Остролистой, так долго заключенной во тьме, пещера показалась светлой и уютной, как палатка в родном лагере. Прямо перед ее лапами бежала река, тихая и кроткая, совершенно не похожая на тот бешеный пенный поток, который когда-то едва не погубил их. Высоко вверху, под сводом, тянулся каменный выступ, на который залезал Львиносвет.
- Твой брат играл здесь с одной красивой кошкой, - сказал Листопад, подходя к Остролистой.
«Он говорит о Львиносвете и Верескоглазке», - догадалась Остролистая.
Ей стало не по себе. Что Листопад мог подумать о них, если все коты, которых он встречал своем подземелье, только и делали, что тайком удирали из своих племен и нарушали закон?
Чтобы сменить тему, она кивнула на туннель, черневший на другом берегу реки.
- Это выход наружу?
Было немного странно понимать, что отсюда можно в два счета добраться до самого сердца Грозового племени.
- Раньше был, - ответил Листопад, - но сейчас его занесло грязью и илом. Ты помнишь вон тот туннель? Там вы когда-то нашли котят.