Читаем Невмешательство и свобода торговли. История максимы Laissez faire et laissez passer полностью

Труды по истории политической экономии наших дней, как и вслед за ними все прочие специальные статьи, с достаточным единодушием называют ее автором коммерсанта, а позднее парижского интенданта торговли Жака Венсана де Гурнэ (1712–1759), которого причисляют к основателям физиократической системы. Якобы он, не будучи сам пишущим теоретиком, во всяком случае согласно имеющимся данным, впервые произнес эту максиму, которая стала центральным пунктом его системы, продолжающей жить в трудах его учеников. Такова традиционная версия, более надежные сведения на этот счет отсутствуют. Примечательно, однако, то, что чем более отдалены от нас по времени исследуемые источники, тем чаще помимо Гурнэ возникает еще одно имя – имя некоего современника Кольбера (1619–1683) Лежандра. Тем самым поле исследования расширяется, и обоснование общепринятого сегодня предположения становится шатким.


Германия

Начнем наше исследование, отталкиваясь от последних данных на этот счет, которые содержатся в историческом введении справочника политической экономии Г. Шёнберга под редакцией Г. фон Шееля. В томе I на с. 66 справочника читаем следующее: «В первую очередь речь при этом (система агрокультуры) идет о желательном освобождении людей, занятых экономической деятельностью, от установившихся ограничений, т. е. о требовании Венсана Гурнэ (коммерсанта, затем финансового чиновника), который не оставил после себя никаких литературных трудов и которого считают одним из основателей физиократической системы, к королю, сформулированном в ставшем знаменитым изречении: laissez faire et laissez passer (свобода труда и торговли)».

Оставим пока в стороне вопрос о том, насколько точны или неточны приведенные здесь факты, и рассмотрим традиционную версию на основе тех основных работ прошлого, в которых содержатся какие-либо сведения о происхождении этой максимы.

Так, в частности, Вильгельм Рошер в «Истории политической экономии в Германии»[3], в которой также затрагиваются другие страны, говорит о «сначала сформулированном Гурнэ выражении laissez faire, laissez passer». То же самое утверждает Ю. Каутц, когда пишет о Гурнэ[4], что он «рекомендовал следовать известному и предложенному им принципу laissez faire, laissez passer как наиболее разумному». Напротив, в вышедшей еще в 1847 г. специальной работе Г. Кельнера о физиократах[5]мы находим указание еще на одно имя. В одном из примечаний в связи с изложением системы Гурнэ о нашей формуле говорится: «Это ставшее устойчивым выражение обязано своим происхождением Лежандру, который использовал его, чтобы высказаться против правительственного рвения Кольбера». Таким образом, здесь мы имеем дело со сведением, которое формально отличается от предыдущих. Кельнер добавляет к сказанному сообщение о происхождении другого родственного изречения, заявляя следующее: «Другой, также известной фразой является восклицание д’Аржансона pas trop gouverner [не надо слишком управлять]». В то же время в немецких справочниках, вышедших до работы Кельнера, опять-таки происхождение максимы единогласно связывают с Гурнэ; так, например, в сочинении Ф. Листа[6], который говорит о «словах старого Гурнэ laissez faire, laissez passer» и т. д.


Италия

Перейдем к другим странам, и в качестве их представителей, сначала итальянцев, возьмем исторический очерк Л. Бьянкини[7]. В нем авторство изречения lasciate fare, e lasciate passare хотя однозначно не приписывается Гурнэ, тем не менее указывается на то, что оно вышло из стен физиократической школы, совместно основанной Гурнэ и Кенэ, т. е. в любом случае возникновение максимы Бьянкини не относит к более раннему периоду времени.


Англия

Историк политической экономии англичан Трэверс Туисс называет одновременно обе версии. В курсе лекций, прочитанных Туиссом в Оксфордском университете (1847), в котором также рассматривались вопросы истории политической экономии, говорится: «With him (Gournay), according to many writers, originated the saying “laissez faire, laissez aller”, leave labour to itself, leave produce to itself; though its origin is by others attributed to a merchant of the name of Legendre, on occasion of his being consulted by others as to his proposed tariff» <«…с ним [Гурнэ], согласно мнению многих писателей, связывают происхождение изречения “laissez faire, laissez aller”, предоставьте труд самому себе, предоставьте производство самому себе; хотя другие писатели приписывают его авторство купцу по имени Лежандр, который якобы произнес эту фразу по поводу обсуждения предложенного им таможенного тарифа»>. Ниже мы еще рассмотрим и другие подтверждения тех изменений, которые претерпела традиционная версия происхождения максимы у англичан.


Швейцария

Перейти на страницу:

Похожие книги

Иудеи в Венецианской республике. Жизнь в условиях изоляции
Иудеи в Венецианской республике. Жизнь в условиях изоляции

Сесил Рот – известный британский исследователь и крупнейший специалист по истории евреев, автор многих трудов по названной теме, представляет венецианскую жизнь еврейской общины XV—XVII вв. Основываясь на исторических исследованиях и документальных материалах, Рот создал яркую, интересную и драматичную картину повседневной жизни евреев в Венецианской республике на отведенной им территории, получившей название – гетто. Автор рассказывает о роли, которую играли евреи в жизни Венеции, описывает структуру общества, рисует портреты многих выдающихся людей, сыгравших важную роль в развитии науки и культуры. Удивительно, но в венецианском гетто возникла невероятно интересная и теплая общественная жизнь, которую автору удалось воссоздать в необычных подробностях.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Сесил Рот

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Постправда: Знание как борьба за власть
Постправда: Знание как борьба за власть

Хотя термин «постправда» был придуман критиками, на которых произвели впечатление брекзит и президентская кампания в США, постправда, или постистина, укоренена в самой истории западной социальной и политической теории. Стив Фуллер возвращается к Платону, рассматривает ряд проблем теологии и философии, уделяет особое внимание макиавеллистской традиции классической социологии. Ключевой фигурой выступает Вильфредо Парето, предложивший оригинальную концепцию постистины в рамках своей теории циркуляции двух типов элит – львов и лис, согласно которой львы и лисы конкурируют за власть и обвиняют друг друга в нелегитимности, ссылаясь на ложность высказываний оппонента – либо о том, что они {львы) сделали, либо о том, что они {лисы) сделают. Определяющая черта постистины – строгое различие между видимостью и реальностью, которое никогда в полной мере не устраняется, а потому самая сильная видимость выдает себя за реальность. Вопрос в том, как добиться большего выигрыша – путем быстрых изменений видимости (позиция лис) или же за счет ее стабилизации (позиция львов). Автор с разных сторон рассматривает, что все это означает для политики и науки.Книга адресована специалистам в области политологии, социологии и современной философии.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Стив Фуллер

Обществознание, социология / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука