Читаем Никогда не называй это любовью полностью

Он стоял на палубе и махал рукой мистеру Келли и мистеру Клэнси, которые пришли на пристань проводить его. По-прежнему шел дождь, и море было серо-стального цвета, когда теплоход медленно отошел от причала. Провожающие смотрели вслед уходящему теплоходу, вглядываясь в одинокую фигуру худощавого мужчины, стоящего на палубе. Мистер Келли и мистер Клэнси провожали взглядом пароход до тех пор, пока он, превратившись в маленькую точку, и вовсе не скрылся из виду. Почему-то обоим казалось, что человек, только что простившийся с ними, прощался и с этой землею… Прощался навсегда.

Кэтрин не ожидала приезда Чарлза и очень обрадовалась при виде его. Но ее радость сменилась страшной тревогой, когда она поняла, насколько сильно он болен. Ей показалось, что он с трудом переступил через порог и находится на грани обморока.

– Это всего лишь простуда, – тихо вымолвил он. – В Лондоне я побывал в турецких банях. Наверное, это было глупостью с моей стороны. После них я почувствовал сильную слабость.

Кэтрин помогла ему снять пальто. К счастью, час тому назад в гостиной разошли камин, и поэтому в комнате было тепло и уютно. Чарлз со вздохом опустился в кресло, стоявшее поближе к камину.

– Опять этот проклятый ревматизм. Иногда я едва передвигаюсь. М-да, тот ливень в Креггсе явно не пошел мне на пользу. После него я приехал в Дублин и, наверное, трое суток еле передвигал ноги.

– Эти ужасные ирландские дожди! – воскликнула Кэтрин. Ей надо было сорвать свою злость и страх хоть на чем-то: она впервые видела Чарлза в таком плачевном состоянии.

Он усмехнулся и пожал плечами.

– Да, что-что, а ливни не подчиняются указаниям британского правительства.

Сильно постаревший Гроуз, как всегда, устроился у ног своего хозяина, он приветственно помахивал хвостом и умиротворенно фыркал, чувствуя прикосновение любимой руки. Потом он вытянулся и затих. Кэтрин подбросила угля в камин и встала на колени, чтобы стянуть с Чарлза сапоги.

– Не надо, дорогая. Я посижу в них.

– Тогда сиди и постарайся отдохнуть с дороги. А я пойду на кухню, приготовлю тебе горячий кофе.

– Не надо, милая. Не уходи. Побудь со мной.

Она взглянула на него, стараясь скрыть охвативший ее страх.

– Что тебе сказал доктор Кенни? Он прописал тебе какое-нибудь лекарство?

– Он прописал мне шампанское.

– Тогда я откупорю бутылку.

Он погладил ее по волосам.

– Не сейчас. Чуть позже. Останься здесь, со мной. Я так люблю, когда ты рядом.

И она опустилась на свое излюбленное место – на коврик возле камина, уткнувшись головой в его колени. Кэтрин никак не удавалось расслабиться. Надо было что-то предпринять, ведь Чарлз серьезно болен. Но, наверное, сейчас ему хотелось только одного: немного подремать. И он непрерывно поглаживал ее волосы, будто хотел удостовериться, что она никуда не ушла.

В гостиную заглянула Нора. Она хотела было войти, но резко остановилась, когда Кэтрин сделала ей знак уйти, и исчезла, тихо прикрыв за собой дверь. Гроуз поскуливал и вздрагивал во сне, а спящий Чарлз метался в кресле, бормоча что-то о голодающих детях:

– Голод… Дождь… Все время дождь… Наступила зима… Надо что-то сделать для них, ведь большинство может умереть…

Кэтрин встала и ласково тронула Чарлза за плечо.

– Дорогой, ты уже спишь. Тебе надо в постель.

Когда он открыл глаза, они сверкали. В его взгляде не чувствовалось болезни, и от этого Кэт еще больше испугалась. Вглядываясь в эти бездонные темные глаза, она в страхе проговорила:

– Дорогой, давай я помогу тебе. Ты можешь подняться?

Он с трудом пошевелился.

– Если я смог приехать из Лондона, то, наверное, уж смогу подняться по лестнице в спальню.

Однако, встав с кресла, он вцепился в ее руку, боясь упасть. Кэтрин пришлось позвать Нору, чтобы та помогла ей.

Девушка тоже встревожилась не на шутку. Она тихо спросила, не надо ли сходить за доктором, но Чарлз ответил:

– Нет, нет, мне не нужен врач. Это все проклятый ревматизм. Полежу два-три дня, и все пройдет.

Когда он разделся и лег в постель, Кэтрин заставила его выпить бокал шампанского. Она надеялась, что это поможет ему заснуть. Она зажгла ночник и погасила газовую лампу. Но Чарлз беспокойно ворочался в постели, приговаривая, что не уснет, если Кэтрин не будет рядом.

Она спустилась вниз, чтобы успокоить Нору и слуг.

– Надеюсь, к утру ему полегчает. Если же нет, то я обязательно пошлю за доктором Джоуэрзом. Хочет он того или нет. А сейчас я пойду к Чарлзу.

– Но, мадам! А как же ужин? – запротестовала Эллен.

– Если мне захочется есть, я сама спущусь ночью и возьму все, что нужно. Может быть, мистеру Парнеллу понадобится горячее питье.

– Мамочка, обязательно позови меня, если что, – настойчиво проговорила Нора. – Обязательно!

– Разумеется, дорогая. Только не надо так волноваться, а то на тебе лица нет. Болезнь мистера Парнелла не опасна.

Она говорила уверенно, словно убеждала сама себя, что все в порядке. Однако ночью ее страхи возобновились.

Чарлз в течение нескольких часов непрерывно бредил. В тускло освещенной спальне появились призраки несчастных ирландских крестьян, умирающих от холода и голода…

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже