Читаем Николай Онуфриевич Лосский: философские искания полностью

Н. О. Лосский также отмежевывается от «чистой» мистики, пытается уйти от ее односторонности, но основные идеи мистической традиции он включает в свою философию. Более того, он развивает и научно обосновывает идеи Платона и неоплатоников. Это неслучайное явление в философии Лосского. Объективный идеализм дает ему философское оправдание и обоснование догматов религии. Именно поэтому учение Платона и неоплатоников органически вошло в русское православие и мистику. Учение о боге, как творце всего мира, о высшем духовном мире, вечном, неизменном философски выводится из мира «идей» Платона.

Они имеют в интуитивизме своеобразную интерпретацию. В нем роль объективных идей играют субстанциональные деятели. Одни отличаются от других долей активности и содержанием. Абстрактные идеи пассивны, они не обладают способностью самооблачаться, перевоплощаться в различные формы. Субстанциональный деятель предназначен придать форму реальному процессу в соответствии с абстрактными идеями. Субстанциональный деятель – это творец отдельного. Он соединяет внутреннюю сущность с внешней формой или наполняет форму внутренним содержанием, делает ее сущностной. Абстрактные идеи, безликие формы имеют ограниченное содержание. Субстанциональный деятель, будучи творческим, потенциально бесконечно богат по содержанию и не может быть исчерпан никакой комбинацией абстрактных идей, и сам может быть назван конкретно-идеальной сущностью. Он порождает реальный процесс и осуществляет его в соответствии с абстрактными идеями.

Таким образом, в интуитивизме Лосского конкретно-идеальные деятели являются носителями абстрактно-идеальных форм. Это значит, они являются реальным единством единичного и абстрактно-всеобщего в самих себе, и только за счет осуществления этого соединения одного в другом они существуют как конкретные. Но сами сущности не отделены друг от друга – они сущности одной и той же конкретной всеобщности. Поэтому за счет наличия субстанциальных деятелей во всяком отдельном весь мир соединен в целое.

Н. О. Лосский нередко акцентирует внимание на том, что его философия отличается и от монадологии Лейбница. И это неслучайно, так как его субстанциональные деятели очень похожи на монады. Главное свое отличие, как в отношении идей Платона, так и в отношении монад Лейбница, Лосский видит в понятии консубстанциональности субстанциональных деятелей, но полностью соглашается с ним в теории перевоплощения душ.

Как известно, Лейбниц является сторонником персонализма. Его монады, являясь самостоятельными идеальными сущностями, «не имеют ни окон, ни дверей», они закрыты.

Лосский отрицает эту непроницаемость. Субстанциональные деятели, как носители творческих сил, у него сепаратны, множественны, индивидуальны и независимы, но, как носители абстрактно-идеальных форм, они тождественны и образуют единое целое бытие. Они и независимы, и свободны, и в то же время образуют всеобщую связь идеального бытия. Лейбницу свойственна субъективистская интерпретация материального процесса. Лосский признает определенную зависимость материальных процессов от психических. В этом пункте его философия отличается от субъективизма Штерна, который является сторонником психофизического параллелизма. На Лосского наибольшее влияние оказали взгляды известного немецкого представителя антипсихологизма Рудольфа Германа Лотце. Он выступал за «чистую логику», свободную от психологии. Лосский воспринял у него положение о необходимости различать «психологический акт мышления» и его логическое содержание, независимое от психики человека. Акт знания (процесс мышления) и содержание знания – не одно и тоже. Под содержанием знания Н. О. Лосский понимал наличие в сознании субъекта объекта знания в подлиннике. Он тем самым стремился размежевать сферу психического и сферу действительного. Последняя выступала в качестве содержания значений понятий, суждений и умозаключений. Через все работы Лосского проходит критика субъективизма и агностицизма. Он не согласен с субъективизмом Дж. Беркли прежде всего в том, что тот превращает весь мир в психические состояния познающего индивидуума и пытается доказать невозможность другого бытия. Не разделяет взглядов Шуппе, так как тот, хотя и признает присутствие предметов внешнего мира в сознании и не сводит их полностью к психическим состояниям индивидуального «Я», но оставляет за ними значительный приоритет.

Н. О. Лосский, как известно, далек от того, чтобы встать на позиции материализма, не приемлет механистичность материалистического познания. Опираясь на философские взгляды немецких романтиков, а также Шеллинга, Шопенгауэра, логику неоплатоников и метафизику Канта, Лосский разрабатывает новый метод познания. Он всегда уделял главное внимание вопросам гносеологии. Новый метод познания не самоцель, а средство перехода от теоретико-познавательных вопросов к онтологическим проблемам, вопросам этики и религии. Н. О. Лосский обосновывает необходимость взглянуть на мир с его «внутренней» стороны для того, чтобы проникнуть в сущность мироздания.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное