На миг я просто забылся, позволив себе порадоваться от проявления хоть кем-то такого уважения к моему опыту, возрасту. Обычно волков волнует моя сила, других — мои деньги, третьих — связи. А вот так… Приятно, черт возьми.
Из оцепенения меня выдернули многочисленные вспышки камер, кто-то из «звезд» несколько раз хлопнул в ладоши. Похоже, смотрелись мы и правда эффектно.
— Моя леди, — я подал ей руку.
Мелочь, а как приятно, что кто-то из волчиц помнит, что мне много-много лет, и я знаю, что такое бальные танцы. Волчица вложила свою ладонь в мои пальцы, и выпрямилась.
— Владеющий Миром, я рада видеть вас.
— Алиса, ты, как всегда, прекрасна!
— Я старалась! — улыбнулась она, плавно уводя меня от свидетелей, в сторону балконов.
Алиса Браун волчица-одиночка, которую я нашел больше десяти лет назад в Бостоне. Умирающую, грязную, с отрубленным хвостом и… разодранным нутром. Надеюсь, вы поняли, о чем я. Моей фантазии явно не хватило, чтобы представить, какой именно предмет должен был заменить один орган, чтобы настолько покромсать девушку. Ясно только, что это был не нож, как уверяли меня врачи.
Я был первым мужчиной, которого Алиса может касаться без дрожи и отвращения, и угрозы перекинуться. И она же относится к тем редким представителям оборотниц, что предпочитает девочек. А еще Алиса — волк прошедшая через истлевание метки пары.
За десять лет девочка полностью восстановилась, хотя хвост ей отрастить я так и не смог, хотя пытался. Вернула уверенность в себе, и зажила. Переехала в Канаду, и уже четвертый год вкалывает личным секретарем Грина.
Я отодвинул тяжелые портьеры и пропустил девушку на большой балкон с видом на ночной город.
— Как твои дела, малышка? — первым делом спросил я, пока Алиса скидывала туфли.
— Отлично! Насколько может быть отлично, учитывая, что я единственная лесби в коллективе мужиков, — рассмеялась она.
Я нахмурился.
— Что-то не так? — и сам не заметил, как асс во мне стал перехватывать управление телом, а сознание плавно стало опускаться в полутранс.
— Нет! Нет! Что ты, — Алиса поспешно схватила меня за руки и почти насильно заставила расслабить пальцы. — Влад, я же пошутила. Ну а как ты думаешь у меня дела? Каждый второй мужик компании хочет меня тра*ть. А каждый первый уверен, что я предпочитаю девочек, потому что не могу оценить «настоящую колбаску»!
Она говорила задорно, с улыбкой, но я-то заметил, как закаменело ее лицо при последних словах. Даже спустя столько лет она еще не переступила через страх перед мужчинами.
И во мне что-то щелкнуло. В груди что-то заныло. Я притянул ее к себе и прижал, стараясь закрыть от всего мира. Она напряглась, но почти тут же расслабилась, шмыгнув вздернутым носом мне в подмышку.
— Я никому не позволю даже пальцем тебя тронуть, слышишь, лиса Алиса? Никому!
— Угу, — кивнула она, еще сильнее прижимаясь ко мне.
— Слушай, я что-то давно не был в Канаде, да и в Америке, — протянул я, поглаживая ее по спине, но не опуская ладони ниже пояса.
Смешок в ответ.
— А что, Грин тоже мечтает тебя поиметь? — медленно, и по возможности, спокойно спросил я.
Алиса подняла свою милую головку с дорогой укладкой и глянула мне в глаза.
— И да, и нет, — ответила она.
— Это как?
— Похоже, я ему нравлюсь, но ухаживать за лесби его не учили, — улыбнулась она.
— Тяжко мужику, — чмокнул я ее в макушку. — Влюбиться в тебя — хуже дефолта, честное слово.
— И я о том же, — рассмеялась она.
А я почувствовал, что челюсти тревоги за эту девочку разжимают нутро. Волк медленно отступил, а я разжал объятия.
— Что случилось? — спросила она через семь минут трепа ни о чем.
— В каком смысле? — уточнил.
— Ты весь, как натянутая струна. Что случилось, Влад?
Не знаю почему, но я рассказал. Рассказал ей почти все, без подробностей, но так, чтобы стало ясно, что происходит в моей семье. Наверное, я понимал, что помочь советом может только она. А возможно, мне просто нужно было произнести все это вслух, и чтобы меня услышала женщина. А может я просто окончательно спятил…
— Я не буду говорить ничего плохого про Ингу, — начала она, когда я закончил.
Я дал ей время подумать, а себе успокоиться, сходив за выпивкой.
— Я рассказал не для того, чтобы выслушивать помои про свою пару, Алис, — заметил я в ответ.
— Понимаю, — кивнула она. — Я могу рассказать про само явление истлевания метки. У нас это так редко случается. Примерно раз на шесть сотен пар. Так что когда это случилось у меня, пришлось очень много сил потратить на сбор информации. Все больше слухи, сказки и бредни.
— Слушаю со всем вниманием.
— Ты лучше меня знаешь, что наша звериная сущность находится в поиске пары с момента созревания, — начала она, доставая из миниатюрной сумочки пачку дорогих сигарет. Щелкнула зажигалка. — Вся наша природа нацелена на большое количество партнеров, но этого желает «человеческая» половина, а вот если бурно реагирует волк — значит, объект подходит под «пару».