— Нет конечно! Он хотел, чтобы я страдала! Но, он спас меня, Влад. Этого достаточно, чтобы я не желала мести.
Я подошел ближе к ней. Невероятно красивая женщина, хрупкая девушка. Принцесса из азиатской сказки, у ног которой должен быть весь мир. Умница к тому же, раз способна быть личным секретарем такого мастодонта, как Грин. И какой-то урод так поломал ее, что она кончала не от языка, а от плетки и веревки!
— Знаешь, как русские говорят, — начал я, едва касаясь ее влажной от слез щеки, — «не родись красивой, а родись счастливой». Это про тебя, лиса Алиса! Как бы я хотел, чтобы ты никогда не проходила через подобное…
— Я боялась, что ты станешь призирать меня, — призналась она.
— «Призирать»? За что? — чуть повысил голос от удивления. — За то, что любила мужчину до упора, до смерти? Любила даже ту боль, что он причинял, потому что били его руки?!
Она смущенно кивнула.
— Дура ты, лиса Алиса! Дурочка!
— Но, ведь…
— Молчи! Хотя нет, не молчи. Можно вопрос?
— Конечно!
— Чем тебя? — не мог не спросить.
С минуту она смотрела на меня непонимающе, а потом догадалась.
— Отверткой, Влад, — ее мордашка тут же залилась новым румянцем.
Все бабы точно дуры, потому что стыдиться еще и этого — уже за гранью бреда.
— Когда бывший понял, что пытка превратилась в кайф, его это взбесило. И он потребовал, чтобы я перекинулась. Притащил инструменты, пока со мной продолжили развлечение волки. Те что не перекинулись меня и связали. Помню, что он долго выбирал и остановил свое внимание на отвертке. А когда ему показалось, что крови слишком мало — отрубил хвост.
В ушах зашумело, и мне потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, где я, и что я. «Очнулся» когда Алиса уже тянула меня за руку через зал в сторону уборных.
— Тебе надо остыть, Влад. Да и мне привести себя в порядок, а то от таких откровений весь макияж потек.
Я улыбнулся, подхватывая ее под руку и устраивая ее ладошку на сгибе локтя.
— Мне нужно найти тебе отличную девочку, — отозвался я.
— Пф, — фыркнула она. — Вот уж с чем у меня точно нет проблем, так это с красотками.
— Точно? — притворно нахмурился я.
— Точно, папочка! — заливисто рассмеялась она.
— Ох, доча-доча, загонишь же отца в могилу! — покачал я головой.
На что услышал ее облегченный смех на ползала. Слава Творцам Веера, что ее все-таки отпустило. А про «папочку» — это она зря озвучила. Только услышав это слово из ее уст, я сообразил, что в каждой шутке… В общем, похоже через несколько лет у меня может появиться новая приближенная или ученица.
Глава 11.
(Видана)
Проснулась резко, подскочив на кровати, от собственного воя-крика!
Футболка, шорты, простыни, и даже подушка пропитались моим потом так, что выжимай. Голову разрывало внутреннее давление, будто внутри надували воздушный шарик, стенки которого давили не только на череп, но и на уши, до шума, почти до боли. Сердце переместилась куда-то в область шеи, отдаваясь в вены на висках.
— Сон! Только сон! — сипло выдавила я из себя, голосом как после попойки.
Горло в очередной раз сорвала, к чертям. Противно, обидно, но ничего не сделать. Профессиональная травма, так сказать. Провела рукой по лицу, ощутила капли холодного пота по коже. Да куда там, пот был везде, даже на ладонях.
И тут, что называется, включился мозг.
Это был всего лишь сон… а значит…
Быстро перевела взгляд на распахнутое окно. Небо уже заливали отблески близкого заката.
— Слава Богу! — выдохнула.
Трясущиеся руки принялись шарить по кровати в поисках телефона. Ввести пароль удалось с пятой попытки. Сенсорный экран, будь он проклят, никак не желал «видеть» влажные пальцы. Пока искала нужный номер в контактах, едва не выронила трубку. Прижала щекой к плечу аппарат и принялась выбираться из кровати.
«Телефон абонента нервно курит» — послал меня оператор. Бросила трубку на стол и, покусывая ногти, включила чайник. Хоть полностью проснулась, но «кошмар» не отпускал, держал нервы натянутыми. Казалось, еще минута, другая — и я услышу «бздынь» внутри черепной коробки. Вторя мыслям, щелкнул чайник. Руки дрожали, когда засыпала в чашку три ложки растворимого кофе. Дольку лимона решила не отрезать, ибо побоялась, что с моим «тремоло», оттяпаю себе полпальца.
Когда по пищеводу сползал уже третий глоток, а сердце перестало отбивать дробь где-то в горле, телефон телинькнул сообщением, что абонент снова в мире связи.
Спешно бросилась набирать последний вызов. Длинные, мучительные гудки. Долго. Черт, как же долго!
— Нечаева-а! — восторженно заорал динамик. — Я только прилетел, а ты уже звонишь! Хочешь меня, детка!? Хоче-е-ешь…
— Безумно! — выдохнула, едва не разрыдавшись на радостях. Живой!
— Я так и знал! Опиши мне какие на тебе трусики сейчас?
Учитывая, что голос продолжал орать в трубку, а на заднем плане слышались разговоры, звук машин и общимйшум города, я невольно представила какое количество людей сейчас нервно оглядывается на него.
— Белые, — буркнула, продолжая накусывать и без того изгрызенные ногти. Дрожь из рук переместилась в ноги, и теперь у меня подрагивали под кожей коленки.