Тут Эрик осознал, что пока он пялился на нее, она, переминаясь с ноги на ногу, молча ждала, что с ней будет дальше. Бедняжка, в чужой обстановке, среди всего неизвестного и непонятного, она молча переносила все свои переживания и даже не устроила истерику, почему ее так беспардонно лишили привычной ей жизни и близких людей, ее семьи. Эрик был ошарашен не только ее красотой, но и ее силой воли: она еще себя покажет, она еще напишет историю.