9—13
Это предостережение служит дополнением к проповеди вечного Евангелия в ст. 6—7. Поклоняющиеся зверю будут пить вино ярости Божией… вино цельное. Греческий текст описывает это вино как крепкую смесь, неразбавленное водой вино (символизм см. в Пс. 74:9; Ис. 51:17—23). Метафора в огне и сере как образ суда восходит к ветхозаветным текстам, в частности к Быт. 19:24—25 — рассказу о гибели Содома (ср.: Ис. 34:8—10). 12 Призыв к терпению святых получает свое развитие в рассказе о судьбе поклоняющихся зверю, а также в осмыслении того, что многих христиан ожидают тюрьмы и смерть (см.: 13:10).13
Отныне блаженны мертвые, умирающие в Господе. Это блаженство имеет то же назначение, что и призыв к терпению. Если выражение отныне отмечает некий временной момент, то он связан с искуплением Христовым (ср.: 12:10). Вариант перевода «несомненно» вместо отныне придает этому обетованию просто усилительный оттенок: «Несомненно, блаженны мертвые, умирающие в Господе».14–20
Обычно ст. 14–16 интерпретируются как изображение Церкви Христа, которая составит единое целое при Его пришествии, а ст. 18—20 как собирание безбожного мира для суда, особенно ввиду появления подобного Сыну Человеческому в ст. 14 (ср.: 1:13). Вместе с тем довольно странно, что ангелы должны повелевать Христу явиться во славе и совершить Его работу по спасению. Более вероятно, что некто, подобный по облику человеку, может быть небесным созданием, сопричастным к славе Христа, наподобие Ангела сильного из 10:1. В таком случае, жатва и обрезание виноградных гроздьев представляют собой акт правосудия, как в Иоил. 3:13, откуда и взяты образы этих двух пророчеств. Жатва на земле, которая совершается ангелами, описывается в Мф. 13:41—42.Шестой ангел, имеющий власть над огнем,
выходит от жертвенника; здесь явная параллель с 6:9–11; 8:1–5; 9:13; 16:7. Снова проявляется связь между жертвой и молитвой святых и пришествием Царства Божьего. Метафора Божественного суда, описанного как процесс изготовления виноградного вина, восходит к Ис. 63:1–6. Кровь сравнивается с виноградным соком, истекающим из виноградного пресса (точила): и потекла кровь из точила даже до узд конских (20). Очевидна гиперболизация образа.В 1 Енох. 100 говорится о войне в конце истории земли, когда отцы и сыновья будут сражаться друг с другом, а братья убивать своих братьев так, что «потоки крови хлынут… а кони будут по грудь погружаться в кровь нечестивых, а колесница потонет в ней». Подобным же образом иудеи описывали кровавые деяния римлян в эпоху Адриана: «Они убивали людей [из Бефера] не останавливаясь, так что кони по ноздри погружались в потоки крови, а кровь вливалась в море и обагряла его на протяжениии четырех миль. Если вы думаете, что Бефер находился на берегу моря, то ошибаетесь, так как он лежал в сорока милях от него». Пророчество Иоанна — типичная апокалиптическая картина суда в день второго пришествия Христа и должно истолковываться в свете апокалипсиса.
15:1 — 16:21 Семь чаш гнева
После большого отступления в гл. 12—14
Иоанн возвращается к теме мессианских судов конца времени. Число семь и здесь, как и в случае семи печатей и семи труб, сохраняется, однако символизм в значительной мере искажается в некоторых переводах, где речь идет о чаше гнева (в 15:7 и по всей гл. 16). Это греческое слово обычно используется в его бытовом значении как посуда (так, вероятно, в Отк. 5:8), но оно может означать и сосуд для пития (см., напр.: Прит. 23:31). Частое использование выражения чаша гнева в качестве ветхозаветного символа суда предопределяет его смысловое значение здесь (из многочисленных примеров следует упомянуть Иер. 25:15; 49:12; Иез. 23:31–32; Авв. 2:15). Особый интерес с этой точки зрения представляет Ис. 51:17,22, где речь идет о «чаше» и «кубке» гнева (☼ в русской синодальной Библии в обоих случаях — «чаша»). (Большинство переводчиков ошибочно передают «кубок» словом «чаша».) Поскольку Иоанн сам использует символику пития из чаши Божьего гнева в 14:10 и 16:19, создается впечатление, что тот же образ доминирует и в изображении судов в гл. 15–16.