Читаем О брачной и внебрачной жизни полностью

Но это, естественно, касалось связей беззаконных. Что же касается законных браков, то индийцу возбранялось жениться не только на девушке из другой варны, но и на той, «у которой нет брата и отец неизвестен», поскольку она могла оказаться родом из презираемой касты или же родственницей жениха (что тоже не дозволялось).

Вообще говоря, в случае сомнений по поводу достоинств будущей невесты родители индийского жениха могли прибегнуть к гаданию. Достаточно было взять восемь комьев земли, подобранных в разных местах: «с алтаря, с борозды, из пруда, из коровника, с перекрестка, с места для игры, с места сожжения трупов и с бесплодного участка», а девятый ком слепить из смешанной земли. По тому, какой ком выбирала невеста, можно было судить, насколько она подходит своему суженому. Но никому не пришло бы в голову предлагать этот выбор невесте из неподобающей варны или же той, чьи родители были неизвестны.

Правда, Страбон, ссылаясь на слова греческого историка и дипломата Мегасфена, посетившего Индию в III веке до н. э., сообщает, что нарушать кастовые запреты было дозволено философам «ради их высоких достоинств». Но поскольку наряду с неподвластными закону философами Мегасфен, по словам того же Страбона, сообщает о живущих в Индии дикарях, у которых «пятки спереди, а ступни и пальцы сзади», о людях, питающихся одними лишь запахами, «так как вместо ртов у них лишь дыхательные отверстия», а также об «одноглазых с собачьими ушами, с глазом посреди лба», то авторы настоящей книги не стали бы слишком буквально воспринимать слова доверчивого дипломата. Судя по другим источникам, философы в Индии женились внутри своей варны, а то и касты, как и все прочие.


Но и внутри своей варны жениться было не так-то просто. Законы Ману сообщают, что при заключении брака надо избегать целого ряда семейств, «даже если они большие и богаты коровами, козами, овцами, деньгами и зерном». Среди них: «семейство, пренебрегающее исполнением обрядов, лишенное мужчин, в котором не изучается Веда, члены которого волосаты, подвержены геморрою, чахотке, плохому пищеварению, падучей, белой или черной проказе». Позднее сборник «Вирамитродая»[43] не рекомендовал родниться с семьей, если в ней попадались люди «слишком высокие или слишком низкие, слишком бледные или слишком темные», а также «воры, обманщики, импотенты, неверующие, живущие незаконными средствами, уроды, склонные к ссорам, государственные преступники, кормящиеся на похоронах, пастухи, люди с дурной репутацией».

Под строжайшим запретом находились браки с родственниками, даже и достаточно дальними. Как и в случае с запретами кастовыми, в ведические времена на это смотрели проще — в одном из «дополнительных» гимнов Ригведы разрешается брак с дочерьми дяди по материнской линии и тетки по отцовской. Но законы Ману уже требуют покаяния от имевшего «сношение с дочерью сестры отца, <…> дочерью сестры матери и родного брата матери». Закон говорит: «Благоразумному человеку не следует брать в качестве жены этих трех; они не должны браться в жены вследствие родства, ибо сочетающийся с ними низвергается в ад». Позднее индийская традиция запретила мужчине «жениться на девушке, которая является ему родственницей по мужской линии до седьмого колена, а по женской — до пятого». Более того, независимо от степени родства не рекомендовалось брать жену из своей «готры» — семейно-родовой группы, или клана. А жених из воинского сословия раджпутов к тому же не мог брать жену из своего клана, из клана своей матери, из клана, в который он отдал замуж дочь, и т. д. Кроме того, в Северной Индии традиционно запрещалось вступать в брак с жителями своей деревни и даже с жителями соседних деревень.


Строгие требования предъявлялись и к самой невесте. Законодатели предостерегали индийцев от женщин, «имеющих лишний член» (к примеру, шестой палец), болезненных, безволосых, слишком волосатых, болтливых и красноглазых. В этот же список, к нашему удивлению, попали и рыжие невесты.

Ватсьяяна отдельно предупреждает о женщинах, с которыми он не рекомендует вступать не только в брачную, но даже и в любовную связь: «Вот женщины, с которыми не следует вступать в близость: прокаженная, безумная, изгнанная из своей касты, не хранящая тайн, соблазняющая на людях, та, чья молодость уже позади, слишком светлая, слишком темная, дурно пахнущая, родственница, подруга, странствующая монахиня, жена родственника, друга, просвещенного брахмана или царя». Кроме того, Камасутра предлагает избегать «носатых, сутулых и потливых» и, разумеется, тех, которые младше жениха «меньше чем на три года», а также тех невест, чьи имена оканчиваются на «л» или «р». В законах Ману тоже перечисляются неподходящие для невест имена: не рекомендовалось брать в жены девушку, «носящую имя созвездия, дерева, реки, название низшей касты, горы, птицы, змеи, слуги или устрашающее имя».

Законы гласят: «Надо брать в жены женщину, свободную от телесных недостатков, имеющую приятное имя, походку лебедя или слона, нежные волосы на теле и голове, красивые зубы, нежные члены».

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука

Похожие книги

Бывшие. Книга о том, как класть на тех, кто хотел класть на тебя
Бывшие. Книга о том, как класть на тех, кто хотел класть на тебя

«Эта книга обо мне, такой, какая я есть: тридцативосьмилетняя женщина, мать двоих детей, разведенка, автор ТВ- и радиопрограмм, стендап-комик, учитель общеобразовательной школы и (к моему величайшему стыду) "популярный блогер, автор юмористического бьюти-блога".Каждый бывший в свое время очень логично появлялся в моей действительности и так же логично из нее исчезал.А потом я обычно ревела, потому что "это была любовь всей моей жизни".А потом делала выводы.А потом забывала. Потому что влюблялась в нового будущего бывшего»…Эта книга – просто о веселой, а местами и не очень веселой бабе.Эта книга – рассказы о типажах мужчин, которых мы все так или иначе встречаем в этой жизни, и особенностях отношений с этими типажами.Эта книга – о женских проблемах, которые мешают каждой хорошей бабе жить счастливо с хорошим мужчиной.

Наталья Николаевна Краснова

Семейные отношения, секс