2. Слово "владение" понимается не по внутригосударственному, а по естественному праву. Ведь в войнах достаточно фактическое владение и не требуется ничего другого. Земля же, как мы сказали (кн. III, гл. VI, IV), сохраняет свою принадлежность, если она огорожена какими-нибудь укреплениями, ибо временные стоянки, как, например, неподвижные лагеря, не принимаются в счет (Децио, "Заключения", т. III, 74). Демосфен в речи в защиту Ктесифона сообщает, что Филипп поспешил захватить как можно более земель, будучи осведомлен о положении дела, а заключив мир, намеревался удержать захваченное.
Нематериальные вещи сохраняют свое положение лишь благодаря тем вещам, к которым они относятся, как, например, усадебные сервитуты, или благодаря лицам, которым они принадлежат (выше, кн. III, гл. VII, IV), если только права не осуществляются на земле, принадлежавшей неприятелю.
XIII. Что касается другого способа заключения мира, коим восстанавливается владение, нарушенное войной, то необходимо заметить, что сохраняется в силе последнее владение, имевшее место до войны, но так, что частным лицам, лишенным владения, дозволено прибегать к поссессорному иску или виндикации.
XIV. Если же какой-нибудь независимый народ добровольно подчиняется одному из воюющих, то на него не распространяется восстановление владения имуществом; ибо восстановление касается лишь того, что причинено насилием и угрозой или же умышленной хитростью, дозволенной лишь в отношении неприятеля. Так, по миру между греками фивяне удержали Платею9, ссылаясь на то, что они овладели этим местом не путем насилия или измены, а в силу добровольного подчинения тех, кому оно принадлежит. По такому же праву Низея осталась у афинян Сходным соображением против этолиян пользовался Т. Квинций: "Таков закон, касающийся завоеванных городов. Фессалийские же городские общины подчинились нам добровольно" (Ливии, кн. XXXIII).
XV. Если не заключено иного соглашения, то следует полагать, что в любом мирном договоре не предусмотрено вчинение исков о возмещении ущерба, причиненного войной. Это должно распространяться даже на ущерб, понесенный частными лицами, ибо и такой ущерб есть последствие войны. В случае сомнения нужно считать, что воюющие стороны договорились таким образом, что ни с той, ни с другой стороны никто не будет осужден за нарушение права.
XVI. Тем не менее частные долги возникшие до начала воины, не должны считаться прощенными, ибо они не были погашены по праву войны, война лишь воспрепятствовала истребованию уплаты (Децио, "Заключение", 61). Таким образом, после устранения препятствия сила долговых обязательств восстанавливается. Что касается права, существовавшего до войны, то оно не должно считаться отнятым у кого-либо (ибо ведь государства и гражданские общины установлены преимущественно ради сохранения каждым лицом своего имущества. как это правильно утверждает Цицерон - "Об обязанностях", кн. II), но это следует полагать о праве, возникающем из неравенства имуществ.
XVII. Иначе дело обстоит с правом наложения наказаний10. Ибо постольку, поскольку это право относится к государям или народам, оно должно считаться утраченным из опасения, что мир не будет совершенным миром, если сохранятся в силе прежние причины войны.
Поэтому здесь под общими выражениями скрываются даже вещи неизвестные. Например, римляне ничего не подозревали об утоплении карфагенянами римских купцов, по рассказу Аппиана. Дионисий Галикарнасский замечает: "Наилучшие соглашения есть те, которые стирают гнев и память о причиненных оскорблениях". Исократ в "Платейской речи" говорит "При заключении мирного соглашения не следует допытываться о былых правонарушениях".