Веда
Несколько дней меня периодически метало между телами, но Крейну больше не удалось нормально поговорить со «своей леди». Зато он точно убедился, что она жива, но ранена, если судить по моему состоянию после пребывания в её теле. Каждый раз, когда я возвращалась в себя, меня почему-то тошнило и кружилась голова.
Фантомная боль на спине, испытанная в первый раз при пробуждении на кровати в маленькой комнатке, иногда напоминала о себе. Каждый раз, когда я появлялась в теле третьего воплощения, то не могла встать или даже приподняться. У неё просто не было сил. Интересно, это её так наёмники того Берика отделали? Только на третьи сутки после начала снегопада всё прекратилось. Перемены телами не случались уже целый день, и Крейн настороженно посматривал на меня в ожидании её следующего появления.
Джеймс менялся с ней только один раз, в последнюю ночь, что мы провели в трактире. Он подробно и с эмоциями рассказал нам, как очнулся в каком-то стойле, не разобрался, что тело не его, ощупал висевшую на стенах одежду, нашёл оружие и пошёл искать Кату. Незнакомые люди встретили его настороженно и испуганно, а потом всё потемнело, и он вернулся на своё место, где спал.
В ту ночь Крейн не успел ничего выведать у «своей леди», зато потом точно узнал, что они едут в Митл и на момент беседы были где-то возле Гричера. С тех пор прошло почти три дня. Куда сейчас мы ехали, мне никто не отвечал.
Из-за падавших с неба хлопьев снега всё кругом занесло и не имело значения, едем мы по дороге или посреди леса. Главное, чтобы телега пролезала между деревьев. Её колёса утопали в ямах и сугробах слишком часто, раздражая Крейна и вынуждая его ругаться неприличными словами.
Было бы проще, останься у нас три лошади, но в первое утро в трактире мы обнаружили, что кто-то украл одну из них. Две другие спокойно перебирали копытами под навесом, воротя нос от сырого сена. Ехать по двое, особенно учитывая категоричное «нет» Каты, на вопрос Крейна: «А не поехать ли Джеймсу с…», никто не захотел. Даже я. Особенно я, ведь в таком случае мне в пару мог достаться красавчик, а я так неосмотрительно угрожала ему перед сном… Точно не стоило этого делать.
Пока горе-похитители обсуждали сложившуюся ситуацию и раздумывали над тем, как им быть, кто-то из посетителей нашёл тело в канаве. Поднялась паника, люди засуетились, но что именно происходило, я так и не поняла. Старалась ни во что не вмешиваться и молча допивала остывший чай.
Выпросить его оказалось целым приключением. Ни один работник не понимал, что я от него хочу. Ну что непонятного в слове «чай»? Я даже пыталась объяснить иначе, называла «чашка горячей воды с травой», но ничего не вышло. Вмешался Джеймс, сказал всё то же самое, что говорила я и его прекрасно поняли! Грубияны.
Ката и Крейн приняли решение задержаться в трактире, пока не закончится дождь. Они долго спорили, случится ли это когда-нибудь, и пришли к общему выводу, что ливень не должен длиться больше четырёх дней.
За это время Джеймс взял на себя задачу поиска транспорта, а Крейн где-то пропадал. Кате пришлось оставаться в трактире со мной, но в дневное время к нам никто не приставал, а если такое и случалось, одного моего прикосновения оказывалось достаточно, чтобы отвадить наглецов.
Девушка почти не разговаривала, но настороженно следила за всем, что происходило вокруг.
От скуки я время от времени пыталась залезть в голову к кому-нибудь из двух других воплощений. Я понятия не имела, как это сделать, но ведь со своей «магией» научилась справляться и не думала, что это сложнее. Всему надо учиться. Внушать правильные эмоции я тоже стала не сразу.
Поначалу это происходило неосознанно. Особенно с самым первым клиентом, которому я случайно передала свой ужас. Мужчину это разозлило, но злился он на себя и свою возникшую неуверенность. За него Девид и изнасиловал меня. К господину я имела уже определённые эмоции, и его поступок не сильно отразился на мне. Было скорее неприятно и противно, чем больно. Больше сказались побои.
Второй раз оказался иным: клиенту, попавшему под моё воздействие, даже понравилось. Я сама не поняла, как сделала это. Так, постепенно, я начала пробовать «магию» на других и со временем овладела этим.
Под конец четвёртого дня ливня, когда ещё не начался снег, Джеймс заявил, что обменял вторую нашу лошадь на телегу, и теперь мы можем запрячь ту, что осталась, в неё и продолжить путь с комфортом. Я чуть не расхохоталась после этих слов, но сдержалась. Судя по выражению лица Каты, она в очередной раз пожалела, что вышла за него.
В результате мы покинули трактир и выдвинулись по направлению к Гричеру, но единственный мост оказался сломан, и проехать на другой берег реки, что отделяла нас от цели, мы не смогли. Пришлось искать новую переправу.