Читаем Общественный переход полностью

В нашем с вами сегодняшнем настоящем, это же сообщество людей, но уже существенным образом изменившись и находясь в ранге Человечества, производит обратный переход в состояние отсутствия сквозной вертикальной дифференциации человеческого общества. Происходящий у нас перед глазами «Общественный переход» – это естественный процесс роста и развития любого живого субъекта. Мы надеемся, что вы также как и мы знаете и понимаете, что Человечество – несомненно, живое, что оно выросло и повзрослело, его состояние меняется. (См. книгу: «Итоги роста Человечества и задачи Человека Сознательного» [6]).

В этом переходе для людей нет ни ужаса, ни боли, ни трагедии, хотя для отдельных личностей, групп, слоёв или даже страт, имеющихся сегодня в составе Человечества, этот переход сопряжён с ужасом, болью и трагедией.

Изменение состояния живого происходит постоянно и непрерывно, составляет саму суть живого, демонстрирует процесс жизни, как он есть, отличает живое от не живого.

По завершении «Общественного перехода», с обретением Человечеством субъектности, все иные общественные субъекты становятся просто не нужными, что вовсе не означает и не предполагает их уничтожение или какие-либо действия в отношении людей их составляющих.

Это означает обретение Человечеством возможностей принципиально иного, по интенсивности, ресурсной оснащённости и результативности, уровня взаимодействия людей. Означает обретение возможностей достижения принципиально иных целей, решения задач, совершенно небывалой сложности, на порядки отличающейся от той сложности, что мы знаем сегодня.

1.2. «Общественный переход» как объект

Рассматривая «Общественный переход» как объект, мы для удобства изложения, как уже показано выше, проводим аналогию объекта «переход» с объектом мост – объектом хорошо знакомым большинству людей. Мы надеемся, что такая аналогия поможет нам доступнее изложить, а читателям понять, о каком объекте идет речь.

Итак, давайте же вместе поразмышляем:

«Мост, кто-то сказал мост. Да, мне не послышалось, точно, было произнесено – мост. Мост, мост, хм… Это что-то смутно знакомое, где-то я это явно видел и даже пользовался этим». Так или примерно так может подумать практически каждый человек, достаточно взрослый для того, чтобы размышлять.

Мы не будем здесь приводить определение значения термина «мост», в этом нет необходимости, поскольку каждый читатель может самостоятельно с этим определением ознакомиться, а расхождения в толковании термина не принципиальны, в данном случае. Так же, мы не будем здесь расписывать то, почему люди строят мосты – эти сложные и красивые инженерно-строительные сооружения, зачем они вообще нужны, какие задачи решают, и какие цели позволяют достичь. Это тоже каждый читатель сам в состоянии определить и ответить самому себе на эти и другие подобные вопросы о мостах.

Отметим только, что при создании моста действуют, как правило, планомерно и последовательно. Мост нужно провести изыскания, спроектировать, рассчитать, построить, проверить на соответствие заданным количественным и качественным характеристикам, и только потом мост можно использовать по назначению всеми, кому это потребуется. Но до всех этих действий, необходимо собрать команду людей знающих и способных, которые действуя сообща и обладая возможностями и достаточными ресурсами, будут в состоянии решить поставленную перед ними задачу создания этого самого моста. Однако, и этого недостаточно. Прежде всего, надо определиться с начальной и конечной точками будущего моста с привязкой к местности, где мост будет возводиться. Необходимо точно и однозначно определить какие участки земной поверхности будут соединены этим мостом. Для этого, как вам возможно известно, люди придумали геодезию, что и решает исход дела, мосты успешно строятся и используются Человечеством уже давным-давно.

Но, как мы с вами помним, мост – всего лишь образ, прототип для определения типов и последовательности действий, которые надо совершить, чтобы сформировать необходимый нам всем, всему Человечеству объект с наименованием «Общественный переход», по которому оно, по возможности без потерь, пройдет в своё собственное будущее. А ведь Человечество движется в будущее постоянно и непрерывно, процесс это не остановим.

Хорошее обстоятельство в этом то, что нет необходимости впрягать в сооружение объекта – «Общественный переход» всё Человечество или даже значительную его часть. Достаточно собрать сплочённую команду созидателей и аналогия с технологией сооружения мостов нам это наглядно показывает. Но, всегда есть это но. От качества команды, квалификации её участников, их увлеченности делом и самоотверженности зависит, каким будет этот объект «Общественный переход», выдержит ли он те нагрузки, которые должен, туда ли он будет проложен, куда требуется Человечеству.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы
Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы

Откуда взялись серийные убийцы и кто был первым «зарегистрированным» маньяком в истории? На какие категории они делятся согласно мотивам и как это влияет на их преступления? На чем «попадались» самые знаменитые убийцы в истории и как этому помог профайлинг? Что заставляет их убивать снова и снова? Как выжить, повстречав маньяка? Все, что вы хотели знать о феномене серийных убийств, – в масштабном исследовании криминального историка Питера Вронски.Тщательно проработанная и наполненная захватывающими историями самых знаменитых маньяков – от Джеффри Дамера и Теда Банди до Джона Уэйна Гейси и Гэри Риджуэя, книга «Серийные убийцы от А до Я» стремится объяснить безумие, которое ими движет. А также показывает, почему мы так одержимы тру-краймом, маньяками и психопатами.

Питер Вронский

Документальная литература / Публицистика / Психология / Истории из жизни / Учебная и научная литература
Самоуничижение Христа. Метафоры и метонимии в русской культуре и литературе. Том 1. Риторика христологии
Самоуничижение Христа. Метафоры и метонимии в русской культуре и литературе. Том 1. Риторика христологии

Кенозис, самоуничижение Христа через вочеловечение и добровольное приятие страданий – одна из ключевых концепций христианства. Дирк Уффельманн рассматривает как православные воплощения нормативной модели положительного отречения от себя, так и секулярные подражания им в русской культуре. Автор исследует различные источники – от литургии до повседневной практики – и показывает, что модель самоуничижения стала важной для самых разных областей русской церковной жизни, культуры и литературы. В первом из трех томов анализируется риторика кенотической христологии – парадокс призыва к подражанию Христу в его самоотречении, а также метафорические и метонимические репрезентации самоуничижения Христа.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дирк Уффельманн

Литературоведение / Учебная и научная литература / Образование и наука