Именно так всё и начиналось когда-то: её люди вырезали целые семьи, чтобы не было свидетелей, разбрасывали повсюду шерсть и оставляли на земле следы от заточенных медвежьих когтей, задолго до того, как Зверь вырвался на свободу.
Значит она снова вернулась к этому? В прошлое полнолуние ничего не произошло и в позапрошлое тоже, люди могут решить, что Зверь убит и нет смысла больше воевать с Лааре.
А ей нужна эта война…
И она не остановится. Она продолжит убивать.
Понятно почему Лея так расстроена, но… но что он может сделать сейчас?! Ничего. Если только утешить.
Проклятье!
— Я сожалею…
Он задумался, какие бы слова подобрать, но Лея его прервала.
— Сожалеешь?! — воскликнула она и подняла голову.
Сквозь тонкую прозрачную вуаль Дитамар разглядел, наконец, как она бледна, тёмные круги под глазами и губы дрожат. А глаза — два огромных озёра, полные слёз. И эти слёзы были вовсе не о погибших в Милгиде. Дитамар ощутил, как по земле стелется холод, поднимается, как вешняя вода, оборачиваясь вокруг ног змеёй, и ползёт вверх, прямо к его сердцу.
— Я знаю, кто ты… Я знаю кто ты на самом деле! И я знаю, что ты сделал, — произнесла она сорвавшимся голосом и слёзы потекли по её щекам.
Ледяная змея добралась до сердца и вонзила в него острые зубы.
— И кто же я? — глухо спросил Дитамар, чувствуя, как внутри всё застывает от ощущения необратимости.
— Ты — Дитамар Сколгар, князь Лааре. И тот, о ком ты только что прочёл в этом письме, — она произнесла это тихо, но твёрдо, не отводя взгляда.
И он понял… Только что всё рухнуло. Абсолютно всё. Месть королеве, его планы, и будущее…
В ледяной синеве её глаз он видел только одно — она не простит. Она никогда его не простит.
— Как ты поняла? — спросил он тихо, сам не зная, почему именно эти слова внезапно сорвались с губ.
— Неважно. Мой кулон… он у тебя? — спросила она в ответ, стискивая пальцами ручку сумочки.
— Да.
— Почему ты не отдал его мне?
— Я забрал его у тебя на Суре, потому что ты умерла бы прямо на берегу. Он бы тебя убил и утащил в реку. Ты ведь не понимаешь какую силу он имеет! И не умеешь ею пользоваться. Ты хоть знаешь кто ты такая? Ты чуть не умерла у меня на руках, и я едва смог вернуть тебя к жизни!
Дитамар пытался объяснить, но всё это были не те слова. Всех слов в мире было недостаточно, чтобы она поняла. Всё должно было быть не так! Не здесь! И не сейчас! Но теперь уже было поздно.
Ноги заледенели и Дитамар внезапно понял, почему вдруг стало так холодно. Холод наполнял всё вокруг, стелился голубым туманом. Это был её холод. Холод её души, теперь он мог его чувствовать.
— Ты любишь играть со своими жертвами… Я тоже часть этой игры? — спросила Лея, закусив губу, и слезы потекли по щекам.
— Игры? Какой игры? Нет никакой игры!
Дитамар ощутил, как вокруг поднимается уже не просто холод, а сила, похожая на ледяную воду, она прибывает, как рокнийский прилив, и от неё густеет кровь и ноги уже почти не чувствуют земли. Вода в источнике у ротонды забурлила, и будто взбесилась. И камни зашептали:
Беги!
— Послушай, Лея! Ты должна меня выслушать! Ты ведь любишь меня, — произнёс Дитамар медленно, и в его голосе страсть смешалась с мольбой, — я это чувствую. Мы ведь теперь связаны, и поэтому я чувствую всё!
Он пытался найти нужные слова, но всё выходило не так. Он не сможет достучаться до её сердца. Оно словно заледенело.
Лея отбросила вуаль и прижала ладони к глазам, убирая выступившие слёзы.
— Ты прав. Я полюбила тебя. По глупости. Но я… я не хочу любить тебя, Дитамар Сколгар, — произнесла она устало. — Я хочу тебя ненавидеть. Всеми силами, какие найду.
— Нет, Лея! Нет! Послушай…
— Там в тумане на Суре это ведь был не Ройгард Лардо? Это ведь был ты? Это тебя испугалась моя лошадь? Просто ответь.
Беги!
Ледяная вода поднималась, доходя уже почти до пояса.
— Да. Это был я. А потом я спас тебя из реки, и укололся твоим кулоном. И это всё: река, кулон, твоя кровь, моя кровь, всё это связало нас айяаррским ритуалом. Ты должна знать, что хоть ты и считаешь себя дочерью барона из Милгида, на самом деле это не так, ты дочь прайда Реки. В тебе есть айяаррская кровь и подвластна их магия. И ты теперь в опасности!
— Ты приходишь в чужих обличьях… Ты убил Ройгарда Лардо и взял его личину… Ты убил их всех… Ты взял мой кулон… И тебе нужна была книга… Ты всё это время играл со мной… Я не хочу ничего слушать. Все твои слова ложь, кроме тех, что ты сказал на постоялом дворе о доверии. Я не должна была тебе доверять… Не должна была…
Лея говорила устало и обречённо, и слёзы бежали из глаз, но она была не в силах их смахнуть.