Китаянка забирает записку и относит красавчику, так же вручая обеими руками. От её широкой улыбки МОЕМУ незнакомцу меня сдавливает странное чувство. Пакостное такое. Неприятное.
Барменша ждёт, пока парень нацарапает свой ответ, затем удаляется с его кредиткой, оставив двадцатку наличными на столе нетронутой. Надо же! Чаевые не взяла за свои любезные услуги, и мои зубы начинают поскрипывать.
Пока мы переглядываемся, всё так же улыбаясь друг другу, я всерьёз обдумываю мысль пересесть за его столик. Потому что китаянке с рябиновой помадой на пухлых губах он тоже улыбался!
Я вообще долго размышляла в последнее время и для себя решила, что в случайном сексе нет никакого вреда. И аморальности тоже нет – это как сбегать в Макдональдс, если не можешь отобедать в ресторане.
Китайская физиономия вновь у моего стола. Опять с чёрной квадратной тарелкой: на этот раз тирамису…
И до меня, наконец, доходит: он наблюдал за мной! Улыбка растягивает мою недовольную до этого мину, я благодарю барменшу и принимаю наш салфеточный диалог:
Вывожу ответ:
Получив салфетку обратно, незнакомец улыбается ещё шире и, сверкнув своими тёмными глазами в мой адрес, вновь что-то пишет.
На третьей чёрной тарелке я получаю стакан с коктейлем и мороженое.
А ниже круглыми цифрами словно напечатан номер телефона. И подпись мелко:
Поднимаю глаза и обнаруживаю, что моего нового друга по переписке нет… Сдуло его. Словно и не было этого диалога, а всё только приснилось мне. Трогаю краешек чёрной тарелки с тирамису – проверяю свою вменяемость: нет, всё-таки был этот чудак с пирожными, сидел напротив, улыбался, смотрел в глаза и дарил лакомства.
Глава 2. Происки Провидения
Стою в зале прибытия и жду мать около получаса. Плановое время моего прилёта уже давно осталось в прошлом, всех, кого должны были встретить – встретили, и только я жду в гордом одиночестве, подпирая стеклянный декоративный бортик второго этажа. Из этой точки идеально просматриваются и лестница, и эскалатор: я не могла её пропустить, не могла! А если бы и пропустила, должна же она вернуться за мной!
Спустя минут десять начинаю волноваться и ещё через десять серьёзно нервничать. В итоге не выдерживаю и, злющая, спускаюсь вниз, мысленно выговаривая матери всё, что о ней думаю, о нашей жизни и вообще…
На улице, прямо за стеклянной дверью центрального входа стоят люди, и один из них – мой сбежавший незнакомец. Увидев меня, он улыбается и опускает голову, ненадолго разорвав наши взгляды – явно флиртует. Мы вновь играем в гляделки, но совсем недолго: мой кавалер часто поглядывает на часы – явно куда-то торопится.
Наконец он отрывает свой божественный (и тут я не вру и даже не преувеличиваю) зад от металлических перил и приближается ко мне красивым уверенным шагом, как раз таким, каким ходят знающие себе цену Нарциссы:
– Привет… – мило улыбается, глядя с обаятельным прищуром.
А я в шоке от самой себя, потому что его голос… его голос заставляет меня, МЕНЯ – непробиваемую Еву, дрожать!
– Привет, – отвечаю и тут же возвращаю его же вопрос, – встречаешь или улетаешь?
– Встречаю! – гордо вскидывает брови. – А ты?
– А меня должны встретить, – заливаю его своей самой обаятельной улыбкой.
Я помню о Макдональдсе. Говорят, чизбургеры в Европе вкуснее американских. Может, дело в ингредиентах? Ну там, выросла корова или бычок на лугах Прованса или на ферме Техаса?
Незнакомец смотрит на мои губы… О чёрт, выражение его лица сложно описать, могу только констатировать: ему явно срочно нужно в Макдональдс! Товарищ выглядит так, будто его не кормили вечность, и теперь, выбирая блюда, он, с голодухи, готов заказать всё меню!
Мне неловко, и я смущаюсь, а когда это происходит, у меня обычно случается словесный выброс. Вот как сейчас, например:
– Меня мама должна встретить. Обычно рейсы задерживают, а мне как всегда «повезло»: мой прилетел раньше почти на час, поэтому я тут давненько зависаю! Хе-хе! – натянуто посмеиваюсь и наблюдаю за выражением лица моего потенциального партнёра.
Мне очень нравится этот самоуверенный кадр. Первый секс должен быть если не с «прынцем», то уж, по крайней мере, с кем-то особенным.
– Я в перелётах вторые сутки, – заявляю ему, – лечу из Австралии, и знаешь, эти пересадки… кажется, сейчас ноги отвалятся, и открутится голова! Ха-ха…