– Я прерву вас на несколько минут, можно? Спасибо! Я тоже учитель математики. Стаж достаточный. Детей люблю, профессию учителя выбрал сознательно. Но как готовят учителей в университетах, вам должно быть известно: заполнят твою голову всякой ерундой, но забудут сказать о самом главном, о том, что в педагогическом процессе, кроме учителя, существуют ученики, и вообще, всё педагогическое придумано не для взрослых, а для детей. Ученики в педагогическом процессе не манекены, а живое будущее. Ни один профессор в университете не наставлял меня, как мне с этим живым будущим быть – как любить, как уважать, как возвышать… Потому пережил много столкновений с ними. Но если прислушаешься к ученикам, они из тебя сделают прекрасного педагога-мастера. Я это понял, когда подкараулил меня семиклассник, оскорблённый и высмеянный мною на уроке, и сказал: «Можно с вами поговорить?» И он поговорил со мной по-мужски, ясно и прямо. Он объяснил мне, что оскорблять ученика, придираться к нему, проявлять несправедливость, взвешивать отметками – опасно. «Нам в голову приходят мысли, которые вам не понравятся, – сказал он мне. – Вот, например, вчера, когда вы издевались надо мной, а это видела моя любимая девушка, мне захотелось запустить вам в лицо учебником математики. И что бы вы тогда сделали? А вот Гаяна, после того как вы сказали ей, что её ум обратно пропорционален её косам, и что она позорит Армению, знаете, что надумала? Выброситься с восьмого этажа своего дома. И что бы вы тогда сделали? Подружки три дня её караулили, покуда она не передумала… Вы же хороший человек, поймите, что я вам сказал…» Может быть, кто-то из вас скажет, что мне надо было гнать его в шею. Но я поступил по-другому: крепко пожал мальчику руку и сказал: «Тебе надо быть профессором педагогического университета. Спасибо! Завтра же увидишь перемены». И они с любопытством наблюдали, как я менялся, как менялось мое отношение к ним, как менялись мои уроки, и вы знаете, они полюбили меня. Гуманная эта педагогика или нет, я ещё не знаю, но обязательно пройду курсы повышения квалификации. Учительскую профессию после того я начал познавать глубже и больше увлекаюсь ею… А теперь я хочу спросить у своей коллеги, которая переняла этот чудовищный, с позволения сказать, «метод», писать анафемы на лбу ученикам. Я помню, коллега, эту вашу историю, вы тогда не были привлечены к суду, дело было замято. А те девушки, которые чуть не отправились на тот свет, уже студенты университета. Мой вопрос вот в чём: помогла ли вам эта грустная история в своём совершенствовании?