— Я к девочкам. А ты принесешь мне коктейль? Здесь бар говорят обалденный, — говорит Бьюла, проводя по груди мужа рукой.
— Давай, малыш. Отдыхай, набирайся сил. Ночью они тебе понадобятся, — они целуются, а мы дружно охаем.
— Вы такие милые, — говорит Андреа. Бьюлу засыпают вопросами, делятся впечатлениями о прошедшей свадьбе.
— Ну хватит, девочки. Пойдёмте лучше купаться. Вода просто чудесная.
Бьюла скидывает голубое парео-платье. Мы взявшись за руки бежим к воде по тёплому белому песку. Мужчины перестают разговаривать, провожают нас взглядами. А потом присоединяются к нам. Все кроме Глеба.
Все разошлись по парам. Даже Андреа визжит, когда Богдан тащит её под воду. Лишь я одна.
Возвращаюсь на берег, сажусь на шезлонг и достаю солнцезащитный крем. Моя белая кожа совсем не переносит солнце. Краснеет, потом облазит. Открываю крышку. Ко мне подходит Глеб. Взгляд останавливается на сильных бедрах, задерживается на боксерах, ползет вверх по кубикам.
— Коктейль? — понимающе хмыкает он, правильно истолковав мои пылающие щеки. Я сильно надавливаю на тюбик и крем белой полоской ложится на ноги.
— Держи. Я сам размажу, — сует мне в руку бокал с зонтиком. Садится напротив меня. Лицом к лицу. Сильные умелые руки, втирают в бедра крем, ползут выше, подбираясь к эпицентру пожара.
— Ты мокрая, — хрипло говорит он.
— Я купалась.
— И я вижу как у тебя торчат соски. Ты же хочешь, малыш. Сколько ещё будешь меня мучать, Лесь?
— Глеб, я просила. Не дави на меня.
— Переворачивайся на спину, — выдавливает крем на руку. — И попку тоже намажу. Не хочу, чтобы она обгорела.
— Глеб, — холодно приветствует отец. — Я сам позабочусь о дочери. Спасибо. Ты свободен.
— Я не уйду. Я ее муж!
— Мы исправим это досадное недоразумение.
— Саша, — он резко встаёт. — Не лезьте туда, куда не спрашивают!
— У тебя был шанс! А ты изменил моей девочке с этой шалавой!
— Пап! Глеб! Перестаньте!
— Отлично! — Глеб вытирает крем о папину грудь. Раз Леся так хочет, я уйду!
— Леся! — обращается отец ко мне. — Ты забыла кто он? Кто его отец? Ты же нужна ему лишь потому, что без тебя дни Мстислава будут сочтены.
— Что? — переспрашивает Глеб. — Вы вообще про о чем говорите?
— Твой отец убил мою жену, маму Олеси. Он просто высосал из нее энергию. А она была его истинной. То же хочешь сделать ты! Вам никто не нужен кроме власти и вечной жизни. И не смей пудрить голову моей девочке!
— Вы можете все нормально объяснить? Я ничего не понимаю. Причем туту Олеся, её мама? Отец не хочет ее убивать. Да. У него есть просьба, чтобы мы поскорее обзавелись детьми. Но это нормально хотеть внука.
— А для чего ты знаешь? — Глеб растерянно посмотрел на меня.
— Твой отец с ума сошел?
— Он не сумасшедший. Это правда, Глеб.
Я рассказала всё Глебу, хотя папа был против. Все собрались вокруг нас. Простой отдых на пляже превратился в важное совещание.
Сэм задумчиво обнимал Бьюлу. Лулу иногда отвлекалась от споров, что делать дальше и как обезопасить меня, крича детям, чтобы не заходили в воду.
— Я его убью! Он с самого начала планировал, чтобы Олеся была его подпиткой! Он это уже делал? — Глеб вопросительно смотрит на меня.
— Он часто держал меня за руку, а потом меня словно силы покидали. Я никак не связывала это с ним, пока папа не рассказал о маме.
— Он точно труп! — Глеб взял в руки телефон.
— Что ты хочешь сделать? — спросил Майкл.
— Я позвоню, скажу чтобы готовился к смерти. Всем только легче станет, если Мстислава не будет.
— Не нужно делать необдуманных поступков, — Майкл мягко забрал телефон. — Мстислав довольно силен. У тебя не получится. Он окружил себя защитниками. И на его жизнь часто покушались. Он осторожен. Лучше скажи. Ты материально независим?
— Фирма, которой я руковожу оформлена на меня. Есть счета и имущество.
— А люди проверенные? Нужно в первую очередь обеспечить безопасность Олеси. Если что, я могу помочь.
— Да. Я в них уверен.
— Мстиславу не нужно знать, что ты в курсе. От него лучше съехать. Скажи, что молодым лучше жить отдельно.
— Согласен. Я уже присмотрел домик.
Они рассуждали так, словно мы уже вместе. Будто меня здесь нет. Даже папа иногда утвердительно кивал, соглашаясь с вариантами Майкла. Я встала и пошла вдоль пляжа.
— Олеся! — окликнул Глеб. Я не останавливаясь шла дальше. Во мне бушевала ярость.
— Оставь меня! — рявкнула я. Он побежал, я от него. Но быстро догнал, схватил и повалил на песок, устраиваясь между моих ног.
— Отстань, Глеб! — колотила его по груди, пыталась вырваться, но сделала только хуже. Он схватил меня за запястья и задрал над головой, удерживая одной рукой.
— Дикая кошка, — стёр кровь с щеки. — Поцарапала меня.
— Ничего. Заживёт как на собаке.
— Очень смешно, — приблизился к моим губам, между моих разведенных ног упирался твердеющий член, а мокрое белье это слишком хрупкая преграда. Мое дыхание участилось, а перед глазами поплыло.
— Чего ты взбесилась?
— А то, что мне не нужна твоя защита. Вы так говорите, словно я готова переехать к тебе в новый дом и сделать вид, что у нас все в порядке. А это не так!