Есть основания предполагать, что первые годы по прибытии в Новый Свет Орельяна провел в Никарагуа. Во всяком случае, где бы он ни странствовал, но к началу 30-х годов уже прошел суровую школу завоевательных походов и сумел выделиться даже среди прошедших «огонь и воду» людей из окружения Писарро. Не ясно, попал ли Орельяна в Перу вместе с самим Франсиско Писарро или с одним из последующих отрядов, участвовал ли он в событиях, ареной которых стала в 1532 году Кахамарка, - упоминания об этом нам не удалось разыскать в хрониках. Но по мере выдвижения Орельяны имя его в хрониках начинает встречаться чаще. Особо ценные сведения о его жизни перед походом в страну Корицы содержатся в документе под названием «Свидетельство о добросовестной службе капитана Франсиско де Орельяны» от 4 февраля 1541 года, которым открывается настоящая публикация.
В 30-х годах молодой конкистадор принимает участие во всех сколько-нибудь значительных походах и сражениях на территории Перу: в захвате Куско (1533) и Трухильо (1534), в походе на Кито (1534), в экспедиции на мыс Санта-Элена (северная оконечность Гуаякильского залива) и к Пуэрто-Вьехо (1535), в походе на Лиму (1535). В одной из этих битв он лишается глаза. Некоторое время Орельяна занимает важную должность в Пуэрто-Вьехо. В 1536 году он спешит на помощь осажденному восставшими индейцами Куско; он направляется в Куско «на коне и более чем с восьмьюдесятью пешими людьми, взяв с собой свыше десяти или двенадцати лошадей, коих приобрел за собственный счет да по своему почину». В этих походах складывается характер Орельяны - человека смелого, несгибаемого, опытного вожака и в то же время алчного и жестокого конкистадора, который оставляет за собой кровавый след на берегах открытой им великой реки и во имя Христа, ради золотого тельца грабит, убивает, вешает и сжигает заживо индейцев.
В следующем году правитель Перу направляет его в чине генерал-капитана (командующего самостоятельным войском) на усмирение возмутившихся индейцев провинции Кулата (Гуаякильское побережье). Как можно понять из хроник, Писарро по своему обыкновению хотел заслать подальше чересчур способного и честолюбивого офицера. Орельяна выполнил трудное поручение, оказавшееся не под силу двум другим капитанам, и, надо полагать, был так же жесток, как и все прочие конкистадоры. Победитель был назначен губернатором Сантьяго и Пуэрто-Вьехо и заложил в том же, 1537 году на реке Гуаяс невдалеке от разрушенного новый город - Сантьяго-де-Гуаякиль, нынешний Гуаякиль, крупнейший порт и населенный пункт Эквадора, жители которого считают Орельяну основателем своего города (
В это время в Перу началась распря между Франсиско Писарро и его бывшим другом Диего де Альмагро. Возвратившийся из чилийского похода и считавший себя обделенным Альмагро в апреле 1537 года взял приступом Куско и захватил засевших в нем Эрнандо и Гонсало Писарро. Франсиско Писарро, не располагая достаточными силами, сперва сделал вид, будто согласен на любые уступки, но немедленно нарушил соглашение, едва его старший брат Эрнандо обрел свободу (Гонсало удалось бежать прежде). 26 апреля 1538 года между противниками произошло решающее сражение, вошедшее в историю под названием битвы при Салйнас. В этом сражении Орельяна командовал основными силами войска Писарро - семьюстами пешими и конными солдатами (по Сьеса де Леону). Сторонники Писарро одержали полную победу, Альмагро был взят в плен и казнен.
Потом снова Сантьяго-де-Гуаякиль: Орельяна управляет пожалованной ему территорией, у него «множество хороших индейцев... и всякие поместья да стада и много прочего имущества, коего достало б для того, чтобы быть очень богатым человеком, коли он удовольствовался бы тем, что сиживал дома да копил деньгу» (Карвахаль). Как и прочие вожаки конкисты, Орельяна прибирает к рукам богатства истерзанной завоевателями страны. Но ненасытная алчность и страсть к приключениям гонят его в новые походы, влекут к новым авантюрам.
Орельяна немедленно решает присоединиться к Гонсало Писарро, едва только ему становится известно, что тот собирает войско, чтобы идти в страну Корицы.
В СТРАНУ КОРИЦЫ