Читаем Откуда есть пошла Земля русская полностью

Но мы не знаем своего прошлого. Даже после великих трудов во Имя и Славу России: Нестора летописца, Николая Михайловича Карамзина, Василия Никитича Татищева, Михаила Васильевича Ломоносова, Сергея Михайловича Соловьева, Льва Николаевича Гумилева, трудов Геродота по Скифии, летописца Ягила Гана, летописца епископа Новгородского Иоакима Корсунянина, Стефана Ляшевского, Ю. П. Миролюбова, С. Я. Парамонова, А. И. Асова, Льва Ильича Мечникова, Аполлона Григорьевича Кузьмина – мы так и не знаем ответа на вопрос: «Откуда есть пошла Русская земля?». Ответом на этот вопрос и написана эта книга. Книга об истине в истории. Об истории, которую человечество имеет, но не знает, более того, человечество свою историю отвергает. История – это мировой, т. е. диалектический процесс со всеми её законами и правилами. В диалектике существует третий закон «Отрицания отрицания», и в истории он так же действует: Каждая последующая фаза развития, отрицает предыдущую фазу таким образом, что удерживает, сохраняет все необходимые положительные моменты последней. Если не сохраняются все необходимые положительные моменты предыдущей фазы, то это уже несоблюдение третьего закона диалектики, не диалектическое развитие, это действие, ведущее к разрушению, к исчезновению. Следуя этому закону, но, не соблюдая его положительные моменты, русский летописец Нестор, русская историческая наука, российская наука, советская наука, новая российская наука замалчивают, не изучают, не озвучивают, отвергают, отрицают предыдущую ступень – историю и существование русов, наших предков. История, которая нам известна официально, неоднократно, многократно переписана начисто. Почему официальная власть боится особенно своей же истории? Непонятно. При формировании нового государственного устройства, государства, формируется новая идеология, которая в первую очередь, по прямому указанию властей, зачищает предыдущую историю, как идейно вредную – это прямое преступление перед наукой, мировоззрением, культурой, обществом, человечеством. Это проявление действия третьего закона диалектики на практике, но ошибочное. Петр I указами от 1720 г., 1722 г. и 1726 г. приказал, под предлогом копирования и сохранения древнего наследия, собрать по всей стране из монастырей, библиотек древние книги. Больше их никто не видел. Спустя 20—30 лет наша древняя история была переписана приглашенными варягами, немцами. Фридрих Миллер был первым, кто издал полную версию русской истории в том виде, как она существует сегодня, даже «История Российская с древнейших времен» В. Н. Татищева издана после смерти Татищева именно Ф. Миллером. С 1733—1743 гг. Миллер ездил по России и собирал древние рукописи. Август Людвиг Шлёцер с 1762—1767 гг. собирал и редактировал древние рукописи России. Все эти рукописи больше никто не видел. 1571 г. – библиотека Ивана Грозного – пропала. 1472 г. – библиотека Софьи Палеолог Византийской – пропала. В 1018 году, все исторические материалы были вывезены из киевских земель Святополком Окаянным во время его бегства от Ярослава Мудрого к своему шурину и союзнику польскому королю Болеславу Храброму. Больше эти рукописи никто не видел. Древних подлинников вообще никаких не сохранилось. Утрачены: «Великое Летописание доисторической Руси», «Начальный свод», «Первый Киево-Печерский свод» Никона Великого, «Второй Киево-Печерский свод» Никона Великого. Все остальные рукописи, летописи дошли до нашего времени в позднейших копиях. Христианская церковь с началом своего летописания просто отсекла всю историю языческой Руси, как идейно вредную. Кроме того, книги сжигались на протяжении всей истории человечества. Знаменитая Александрийская библиотека в Египте горела несколько раз: пожар в 48 г. до н. э. – диктатор Юлий Цезарь, пожар в 272 г. н. э. – император Аврелиан, пожар в 391 г. – патриарх Феофил, пожар в 640 г. – халиф Омар. Первые «Книги Сивилл» – пожар в Риме 6 июля 83 г. до н. э., вторые «Книги Сивилл» – сожжены в 405 г. н. э. по приказу военного магистра Стилихона. Сожжение древних книг, летописей в древнем Китае по приказу первого императора Цинь Шихуанди. Сожжение книг у ацтеков в 1428 г. н. э. по приказу правителя Теночтитлана. Сожжение книг в нацистских Германии, Италии, Испании. Святая инквизиция и Священная «Конгрегация по Индексу» – издавала «Индекс запрещенных книг», по нему шло сожжение древних книг. Наша цель – истина в истории, то есть истина как она есть, её познание и всеведение. Истина, счастье ведать даровано всем, а записана в этой книге лишь для того, чтобы не быть затемненной временем. Исследованием, изложенным в этой книге, даровано счастье познания истории Русов и Русских, священной и героической, в горе и славе, в дни бед и побед народных. Спешу исполнить волю первозданных, желание современников, любовь потомков и воссоединить народ со своей историей. История должна принадлежать народу, он за неё платит по самой высшей цене. История бесценна, ибо она оплачена кровью. Кровь, отданная за Отечество, – святая кровь! Народ – творец истории, ему принадлежит вечность! Нам принадлежит мгновение! Русам принадлежит первенство!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Борис Годунов
Борис Годунов

Фигура Бориса Годунова вызывает у многих историков явное неприятие. Он изображается «коварным», «лицемерным», «лукавым», а то и «преступным», ставшим в конечном итоге виновником Великой Смуты начала XVII века, когда Русское Государство фактически было разрушено. Но так ли это на самом деле? Виновен ли Борис в страшном преступлении - убийстве царевича Димитрия? Пожалуй, вся жизнь Бориса Годунова ставит перед потомками самые насущные вопросы. Как править, чтобы заслужить любовь своих подданных, и должна ли верховная власть стремиться к этой самой любви наперекор стратегическим интересам государства? Что значат предательство и отступничество от интересов страны во имя текущих клановых выгод и преференций? Где то мерило, которым можно измерить праведность властителей, и какие интересы должна выражать и отстаивать власть, чтобы заслужить признание потомков?История Бориса Годунова невероятно актуальна для России. Она поднимает и обнажает проблемы, бывшие злободневными и «вчера» и «позавчера»; таковыми они остаются и поныне.

Александр Николаевич Неизвестный автор Боханов , Александр Сергеевич Пушкин , Руслан Григорьевич Скрынников , Сергей Федорович Платонов , Юрий Иванович Федоров

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Учебная и научная литература / Документальное